Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

ПАРОД

На орхестру вступает хор финикиянок.[383]
Хор
Строфа I
Тирийские волны, простите навек!
Прости, мой остров родимый!
Недолго на воле сияла краса, —
И горькой я стала рабыней.[384]
И на склоны, венчанные снегом,
К Парнасу иду я печально,
В чертог Аполлона влекома...
Мне звучало музыкой сладкой
В парусах дыханье зефира,
Когда ионийские волны
210 Тирийская ель рассекала
И мимо меня пробегали
Сицилии влажные нивы.[385]
Антистрофа I
Так боги велели, чтоб в Тире моем
Для Феба я расцветала,
Но сердцу мой жребий почетный не мил.
Увы мне! Под стенами Кадма,
У потомков царя Агенора,
Тирийского царского рода,
Я только рабыня, подруги.
220 Я теперь — золотая статуя,
Я — красивый дар Аполлону, —
И ждут Кастальские воды
Омыть волной благодатной
У Фебовой девы-рабыни
Ее шелковистые косы.
Эпод
О блестящие скалы Парнаса,
И ты, о светлая высь его двуглавой вершины,
Где факелы пляски священной
Царя Диониса мелькают!
О вечно цветущая лоза,
230 Точащая сок виноградный
В бессменно-обильные кисти!
Дракона божественный грот,[386]
И ты, ущелие Феба,
И вы, священные склоны,
Венчанные снегом!..
Примите меня, рабыню,
Когда я Диркею покину,
И пусть, вплетясь в хороводы
Светлой девы-богини,
Я пред жерлом священным[387]
Бледного страха не знаю.
Строфа II
Кровавый сигнал пылает!
240 И бурю и смерть
Уж сеет Арей
На нивы Кадмеи,
Но вы, о другие, от Фив
Губительный бой удалите!..
Мы горе друзей
И беды свои
Не знаем делить...
И стоны с башен фиванских
Слезой в Финикии прольются.
Недаром и кровь и дети
Одни, что в Кадмее, что в Тире,
И корень недаром один — рогатая Ио!
Мне так вас жаль, Лабдакиды!
Антистрофа II
250 Уж в воздухе кровью запахло,
И тучей густой
Повисли щиты
Близ башен фиванских...
Но в лязге мечей боевых
Поймут ли, скажи, Лабдакиды,
Что братская их
Эриний рукой
Вражда зажжена?..[388]
Боюсь тебя, для Кадмеи
Аргосцев страшное войско,
Но больше страшит мне сердце,
Что боги стоят за Аргос,
Что меч Полинику-царю в походе на Фивы
260 Точила вечная правда.[389]

ЭПИСОДИЙ ПЕРВЫЙ

Входит Полиник.
Полиник
Там в воротах тяжелые засовы
Раздвинулись, и стража так свободно
Меня впустила в город. Но тревоги
Я побороть не в силах... Нет ли тут
Сетей каких — захватят и изранят...
Пусть зоркий взгляд обходит не спеша
Места окрестные... Ужель коварство
Тут кроется?.. О, этот острый меч
Мне бодрости прибавит... Тише, тише...
Какой-то шум! Постойте! Кто там ходит?
Нет, кажется, почудилось... Пока
270 Опасность есть, и призрак нас пугает...
Среди врагов особенно, и мать,
Хотя меня прийти уговорила,
Разубедить, конечно, не могла...
А вот она — защита — наш алтарь:
У алтаря очаг дымится... Только
Перед дворцом какие-то фигуры...
На всякий случай меч перед собой
Я протяну во мраке. Это жены...
Спросить их, кто они? О чужеземки!
Где ваша родина и в этот царский дом,
В Элладу, как попали вы, скажите!
Корифей
280 В Финикии я родилась, и в Тире
Я расцвела. Тирийские цари
Рабынею меня послали к Фебу,
За то, что бог победой их венчал...
А здесь, когда Эдипа сын собрался
Направить дар в Фокиду, к очагу
Преславного дельфийского владыки,
Ограду Фив аргосец осадил...
Но ты скажи, откуда ты, пришелец,
Сюда явился в семивратный град?
Полиник
Сын Лаия, о жены, зародил,
И дочь меня носила Менекея,
По имени Иокаста, а зовут
290 Меня мои фиванцы Полиником.
Корифей
Ты — наш! Одна в Агеноридах кровь,
Она с царями Тира дорогого
Тебя роднит, державный Полиник...
Свой я закон храню:[390]
К светлым стопам твоим
Я припадаю, царь.
В отчей ты вновь земле.
О госпожа, иди скорей и настежь
Дверь распахни для сына! Неужели
Не чует сердце матери? Что медлишь
Покинуть сень чертога и обнять
300 Свое дитя дрожащими руками?
Входит Иокаста.
Иокаста
На ваш призыв, о гости Финикии,
Спешила я, и посохом дрожащий
Прямился мой, давно неверный, шаг...
Мое дитя любимое!
О, сколько дней, о, сколько долгих дней
Я светом глаз твоих не любовалась!
Обними, Полиник, ты кормилицу-грудь
И, щекою к лицу прижимаясь,
Темнокудрой волною волос
Шею матери нежно обвей.
310 Ты — со мной... Я так долго ждала,
Я сгорала тоской и надеждой...
И гляжу на тебя и не верю,
Что со мной ты опять, дитя,
Все слова свои мать растеряла
За томление долгой разлуки.
Я стою и сама не знаю,
Обнимать ли тебя мне сладко
Или в пляске пойти кружиться...
О Полиник,
В доме отцовском
Как без тебя пусто казалось нам,
320 Сколько ты слез друзьям,
Сколько ты гражданам
Горьких оставил слез,
А Этеокла единокровного
Как укоряли мы!..
Я волны волос поседевших с тех пор распустила,
И их серебристые пряди в печали скосило железо,
И белого цвета в одежде я больше не знаю,
Но часто с тех пор
По черным и ветхим лохмотьям,
На теле повисшим,
Текут материнские слезы.
А старый слепец
В чертоге отцовском,
О, если бы знал ты:
С той самой поры,
Как ты от ярма
Из пары ушел,
330 Покоя несчастный не знает, со вздохами слезы мешая,
Зарезаться он порывался,[391]
Из петли его вынимали;
И все среди стонов проклятья свои выкликает,
И мрак наполняют тяжелые вопли слепого...
Женился ты, сын мой?
Скажи, что неправда!
340 Неужто ж действительно ты на чужбине женился?
О, горе родившей тебя!
Для древнего Лаия обида
И грех тебе, грех, Полиник,
Что в дом ты ведешь чужеземку!
Блаженства лишенная мать, не я зажигала — увы! —
Твой свадебный факел.
Ласкающей влагой Исмена родимого волны
Для брачного ложа, о сын мой, тебя не омыли,
И улицы Фив не звучали от свадебных гимнов,
Встречая царевну...
350 Ты, бедствий источник сокрытый, иссякни во мраке!
Война или распря нас губит,
Отца ль твоего преступленье,
Иль демон жестокий и черный в чертогах
Эдипа пирует...
О, кто б ни посеял вас, беды, вы сердце мое истерзали.,
Корифей
Что значит муки вытерпеть, рождая:
Не может мать ребенка не любить.
Полиник
Родимая!.. Я прав, и я — безумец,
Безумец, да... Разумный не пойдет
Один к врагам и в осажденный город,
Но этот город — дом мой, и я прав...
Да, мать моя, влечения к отчизне
Преодолеть не может человек:
360 Слова тебе докажут что угодно,
Но истина сильнее всяких слов.
Я шел сюда... все время опасаясь
Сетей врагов, и, тяжкий вынув меч,
Перед собой держал его, а очи
Тревожно мрак окрестный озирали.
И, если уцелел я, это ты
Меня спасла своей священной клятвой...
О, только ты... Да, вот он, наш чертог.
Вот и алтарь, — опять открылись взорам
Гимнасии,[392] где рос я, и родной
Диркеи блеск... я рад, а слезы льются
Из глаз моих... О милые места!
370 От вас я был отторгнут так жестоко,
В чужой земле на слезы осужден,
Но вас опять увидел я — и плачу...
Но ты, о мать моя! О, горький вид
Обрезанных волос, одежды черной!
Как ты бедой измучена моей!
О, что за бич вражда единокровных,
Когда им больше примиренья нет!
А что отец, во мраке вечной ночи
Живущий здесь? Что две сестры мои?
Всё плачут ли о беглеце невольном?
Иокаста
Эдипов род могучею рукой
На казнь влечет один из олимпийцев:
А корень зол — зачатья тяжкий грех,
380 Отцовский брак и ты, в грехе рожденный.
Но для чего все это? Так богам
Угодно было, — и довольно... Сын мой!
Моя душа горит желаньем слышать
Твой голос, но боюсь, что тяжело
Припоминать тебе...
Полиник
О нет, не бойся,
С тобой твое желание люблю:
Все спрашивай, родимая, — отвечу.
Иокаста
Скажи, дитя, отчизну потерять
Большое зло для человека, точно?
Полиник
Огромное: словами не обнять...
Иокаста
390 Но чем же, чем изгнанник тяготится?
Полиник
Речей, о мать, свободных он лишен.[393]
Иокаста
Удел рабов — трусливо прятать мысли.
Полиник
А каково от грубости терпеть?
Иокаста
Да, жить среди глупцов... какая пытка...
Полиник
Меж тем рабом изгнанник должен быть.
Иокаста
Но ведь его надежды окрыляют, —
Так говорят...
Полиник
Обманчивые, да.
Иокаста
И в их тщете разуверяет время?
Полиник
О, сладость слез изгнаннику, поверь,
Единое желанье и отрада.
Иокаста
400 Но про себя скажи мне: где же ты
До свадьбы жил и чем питался, горький?
Полиник
День сыт, порой — до завтра потерпи.
Иокаста
Отцовские друзья не помогали?
Полиник
У бедняка ты друга не найдешь...
Иокаста
Но кровь тебя от черни отличала...
Полиник
Что в знатности? Ведь ей не проживешь.
Иокаста
Итак, всего дороже нам отчизна?
Полиник
Страданьем я пять этих слов купил...
Иокаста
Как в Аргос ты попал, с какою целью?
Полиник
413 Не знаю сам: так, видно, бог велел.
Иокаста
О мудрый бог! Но как же ты женился?
Полиник
409 Оракул был от Локсия царю.[394]
Иокаста
410 Я не пойму... Какой еще оракул?
Полиник
Адрасту бог дельфийский предвещал,
Что дочерей отдаст он льву с кабаном...
Иокаста
Что ж общего имеешь ты с зверьми?
Полиник
415 Уж ночь была, когда к порогу дома
Адрастова пришел я.
Иокаста
Ты искал
Ночлега, как изгнанник бесприютный?
Полиник
Вот именно. За мной пришел другой.
Иокаста
Кто ж это был? Как ты, скиталец?.. Бедный!
Полиник
Тидей, а сын Ойнеев, говорят.
Иокаста
420 Но почему ж Адраст вообразил,
Что звери вы?
Полиник
Из-за циновки жалкой
Тягались мы: в борьбе он нас застал.
Иокаста
И... объяснив оракул Аполлона...
Полиник
Он отдал нам двух юных дочерей.
Иокаста
Что ж, ты женой доволен иль не очень?
Полиник
Раскаяться покуда не успел...
Иокаста
Но войско как склонить ты мог к походу?
Полиник
Адраст зятьям обоим обещал
В отечество вернуть их, начиная
430 С меня, — и вот данайцев лучший цвет,
Сильнейшие аргосцы здесь со мною;
Да, грустная услуга... но она
Была необходима... боги знают,
Что не своей я волею иду
На тех, кто мне всего дороже в мире.
Тебе одной, родимая, теперь
Нас помирить возможно, — этой распре
Одна предел ты можешь положить.
О мать моя, склоняя Этеокла,
Себя и всех фиванцев пожалей
И сжалься над своим бездомным сыном...
Я истиной избитой заключу
Мои слова: на свете только деньги
440 Дают нам власть, вся сила только в деньгах;
И если я привел сюда войска,
Так оттого, что беден я, а знатный
И нищий муж среди людей — ничто.
Корифей
Сюда идет для совещаний с братом
Фиванский царь — уладить их дела,
Как матери, тебе, Иокаста, должно.
вернуться

383

Ст. 202 слл. Присутствие финикийских девушек объясняется тем, что по дороге из Тира в Дельфы они вынуждены были задержаться в Фивах из-за разгоревшейся войны.

вернуться

384

Ст. 205. И горькой я стала рабыней. — Здесь и далее — преувеличение переводчика. Девушки, отобранные для служения Аполлону в его Дельфийском храме, конечно, лишались радостей «мирской» жизни, но их «священное рабство» в качестве храмовых прислужниц считалось почетной привилегией.

вернуться

385

Ст. 211. Сицилии влажные нивы. — Каким образом могли девушки из Тира, с побережья Малой Азии, попасть в Сицилию по дороге в Грецию? Некоторые исследователи объясняют это тем, что под финикиянками Еврипид разумеет девушек из Карфагена (основанного финикийцами в IX в. до н. э.)» и тогда их маршрут вполне разумен. Намек же на Карфаген понадобился Еврипиду для того, чтобы напомнить афинянам о победе, одержанной карфагенянами в 409 г. над сицилийцами, — в Афинах, несомненно, рады были узнать о поражении их недавних противников. Однако в тексте трагедии эта гипотеза не находит другого подтверждения и нуждается в более основательных доказательствах.

вернуться

386

Ст. 232. Дракона божественный грот. — Здесь речь идет о чудовище Пифоне (см. прим. к «Ифигении в Тавриде», ст. 1234—1283).

вернуться

387

Ст. 237. ...пред жерлом священным — перед входом в храм Аполлона или перед расселиной, над которой устанавливался треножник прорицательницы Пифии.

вернуться

388

Ст. 255. Эриний рукой вражда зажжена? — Здесь Эринии выступают как исполнительницы проклятия, призванного Эдипом на головы своих сыновей.

вернуться

389

Ст. 260. Точила вечная правда — несколько усиленная переводчиком мысль оригинала, что Полиник имеет право вернуть себе силой отобранную у него часть отцовского наследства (ср. ст. 154 сл., 491—493, 547—551). В этой части характеристика Полиника у Еврипида особенно резко расходится с эсхиловской, где для Полиника нет никакого оправдания (см. «Семеро против Фив», ст. 580—583:

Ужель богам любезен этот подвиг твой
Иль у потомков хочешь ты прославиться,
Разрушив отчий город и родных богов
Во власть отдавши войску чужеземному?).
вернуться

390

Ст. 294. Свой я закон храню... — Простираться ниц перед царями греки считали обычаем «варваров», а не свободных эллинов.

вернуться

391

Ст. 331 сл. Зарезаться он порывался — деталь, совершенно не известная из других источников.

вернуться

392

Ст. 368. Гимнасий — место для физических упражнений.

вернуться

393

Ст. 391. Речей... свободных он лишен — деталь из афинской жизни V в.: неотъемлемым правом гражданина считалась свобода слова.

вернуться

394

Ст. 409. Оракул был от Локсия царю — Адрасту. Локсий — культовое имя Аполлона.

82
{"b":"813559","o":1}