Сегодняшний день...

Две полоски означают «беременна». Одна полоска означает «нет».

Две полоски. Беременна.

Одна полоска. Нет.

Я сижу на краю ванны в ванной с запертой дверью. Моя голова опущена, когда я смотрю на кафельный пол. Всего тридцать четыре плитки. Одна из них поломана. Затирка грязная. Мне следует купить моющие средства получше. Тест подсказал ждать три минуты. Наверное, было ближе к десяти, но я не могу смотреть. Будет ли тест по-прежнему точным, если я не посмотрю сразу? Может быть, мне стоит взять еще одно, на всякий случай.

Две полоски — и моя жизнь меняется.

Одна полоска, и ничего не меняется.

— Bella! Ты была там вечно. Мы все еще собираемся поужинать? Душ даже не работает. Джина будет здесь с минуты на минуту, — когда я не отвечаю, Тристан снова стучит в дверь. — Bella!

— Я выйду через минуту, — кричу я через дверь, молясь, чтобы он не услышал дрожь в моем голосе. Если он узнает, что я схожу с ума, он, без сомнения, ворвется сюда силой, чтобы выяснить, что происходит, и прямо сейчас Тристан, вероятно, последний человек, которого я хочу, чтобы он знал, что происходит.

Сделав глубокий вдох, я встаю и медленно иду к стойке, молча молясь об одной строке, как будто молитва сейчас может что-то изменить, как будто, если я помолюсь прямо сию секунду, результаты чудесным образом изменятся в мою пользу. Вторая строка просто исчезнет, и в мире все будет в порядке. Может быть, мне не нужно чудо. Может быть, там всего одна полоска. Может быть, я волнуюсь из-за ничего. Клянусь Богом, если там будет только одна полоска, сегодня я принимаю противозачаточные! Не то чтобы мне это нужно, потому что, если я не беременна, у меня никогда больше не будет секса! Хорошо, может быть, и не никогда больше, но и не в ближайшее время.

Закрывая глаза, я делаю глубокий вдох, чтобы успокоить свои нервы. Задержав дыхание на несколько секунд, я медленно выдыхаю. Нет, не работает, я все еще схожу с ума. Я открываю глаза и смотрю на тест.

.

Белла

Пять лет назад...

Я сижу в своей спальне и смотрю на прекрасную погоду за окном. После пяти дней дождя мне надоело сидеть в помещении. Светит солнце, и в поле зрения нет ни облачка. Я умираю от желания пойти на пробежку, но я не в настроении для еще одной пробежки на беговой дорожке в помещении, поэтому я отправляю текстовые сообщения двум своим лучшим друзьям: Марко и Тристану. Наверняка, кто-нибудь из них захочет присоединиться ко мне на пробежке.

Текст группы: (Марко, Тристан, Белла)

Я: Что вы, ребята, делаете? Мне скучно.

Тристан: Мама заставляет меня помогать убираться в доме. Ты?

Я: Это отстой. Смотрю кое-что о Мэри.

Марко: Конечно, ты такой...

Я: О, тише! Хочешь пойти на пробежку?

Тристан: Не могу... Я убираю!

Марко: Где?

Я: Красная Скала.

Марко: Хорошо. Заеду за тобой через двадцать минут.

Я: Хорошо.

Тристан: Веселись!

Я ставлю на паузу свой любимый фильм и надеваю спортивные шорты, спортивный бюстгальтер и майку. Затем я хватаю свою любимую толстовку со спинки стула и натягиваю ее через голову. Несмотря на то, что в Вегасе апрель, на трассах прохладнее. Я надеваю носки и кроссовки, затем беру бутылку с водой с прикроватной тумбочки, чтобы наполнить ее на кухне. Как только я одеваюсь и готова идти, я снимаю с запястья резинку для волос и собираю свою густую гриву в конский хвост.

Когда я выхожу из своей комнаты, я получаю сообщение, поэтому останавливаюсь и проверяю его.

Лукас: Хочешь потусоваться?

Я: Не могу.

Я засовываю телефон в передний карман толстовки, затем вытаскиваю его обратно.

Я: Извини. В другой раз?

С тех пор как в этом году я пошла в среднюю школу, мне кажется, что все меняется. Так долго я была просто Беллой, бойцом ММА. Парни всегда видели во мне одну из них. Но в этом году что-то изменилось.

Я смотрю на себя в зеркало, чтобы увидеть, изменилось ли что-нибудь существенное, но я все еще… я. У меня шоколадно-каштановые волосы с естественными завитками и такие же карие глаза, как у моего отца. Я похудела за годы тренировок, но была благословлена приличным декольте. Я внимательнее смотрю в зеркало. Мои губы от природы полные, как у моей мамы, а цвет кожи оливковый, как у моего отца. Большинство людей говорят, что я — идеальное сочетание обоих моих родителей.

Хотя я не считаю себя уродиной, я не думаю, что я внезапно превратилась в какую-то горячую цыпочку. Я не пользуюсь косметикой, мои волосы почти всегда собраны в хвост, закрывающий лицо, и обычно меня можно застать в одной спортивной одежде, когда я не в школьной форме, поскольку я в значительной степени живу и дышу борьбой.

Мой телефон снова звонит.

Лукас: Конечно. Может быть, мы могли бы сходить в кино?

Не имея ни малейшего представления, как я хочу ответить на его вопрос, я закрываю текст и убираю телефон. Я не думаю, что выгляжу как-то иначе, чем в прошлом году, но по какой-то причине парни ведут себя так, будто я новенькая в городе. Я родилась в Лас-Вегасе и прожила здесь всю свою жизнь, поэтому я этого не понимаю. Я бросаю последний взгляд на себя в зеркало, затем выключаю свет и спускаюсь вниз.

— Мама! Папа! — кричу я, проходя через гостиную. — Я собираюсь побегать с Марко.

Ответа нет.

Я захожу на кухню и вижу своих младших братьев и сестер — Натана и Лилли, сидящих за барной стойкой и поедающих миску хлопьев. Нейтан на пять лет младше меня, а Лилли на семь лет моложе. Короче говоря, мои родители встретились, когда были молоды, по-настоящему молоды. Моей маме было восемнадцать, она только что закончила среднюю школу, а моему отцу было двадцать два. Они влюбились друг в друга мгновенно, но оба двигались в разных направлениях в жизни. Моя мама понятия не имела, что беременна, когда их пути разошлись, а как только она узнала, у нее не было возможности связаться с моим отцом. Пять лет спустя они нашли друг друга и удивили! Я была на буксире. Как только они снова полюбили друг друга, они поженились, а затем появились мои брат и сестра.

— Эй, а где мама и папа? — я достаю из холодильника яблоко, мой любимый фрукт по утрам, и откусываю кусочек, затем наполняю бутылку холодной водой со льдом.

— В их комнате, — говорит Натан с набитым хлопьями ртом. Я смотрю на часы. На нем написано 8:00. Есть только одна причина, по которой мои родители все еще были в своей комнате так поздно, и я даже не хочу думать об этой причине. Конечно, я знаю, что именно так мы с моими братьями и сестрами появились на свет, но все же...

— Ладно, хорошо, пусть они знают, что я пошла на пробежку с Марко.

— Тьфу. Бегать, — Лилли с отвращением морщит свой маленький носик. Она явно похожа на нашу маму, когда дело доходит до упражнений, а это значит, что этого не происходит. Дайте моей маме книгу и удобный диван, и она готова идти. С другой стороны, мой отец — бывший боец UFC и владеет тренировочным центром UFC здесь, в Лас-Вегасе, под названием «Cooper's Fight Club». Хотя я люблю свернуться калачиком с хорошей книгой в дождливый день, я выросла в спортзале и предпочту что-нибудь спортивное бездельничанию, как домосед.

— Могу я пойти? — спрашивает Натан. Как и я, Натан больше любит физическую активность. На самом деле он не любит драться, но он любит попотеть. Обычно он проводит свои дни в развлекательном центре, который мой отец и его друзья основали много лет назад. Это спортивный комплекс, в котором дети и подростки могут проводить свое время, а не бегать по улицам. Натан по-настоящему увлекается футболом, и для того, чтобы ему было всего десять лет, он действительно хорош в этом.

— Не сегодня. Я надеюсь пробегать по крайней мере семь миль. Как насчет того, чтобы вместе пробежаться по окрестностям завтра после школы?