— Как, черт возьми, ты заставил меня согласиться на это? — я выхожу из ванной, и Далила визжит.

— Это так прекрасно! Это потрясающе! — она подходит ближе и поправляет мой ошейник...

— Что это, блядь, такое? Накидка? — я спрашиваю.

— Нет! — Далила хихикает. — Это халат!

— Неважно. Я выгляжу как ботаник. Я двадцатилетний студент колледжа. Я должен выглядеть круто, — я надуваюсь.

— Мы можем выглядеть некрасиво вместе, — говорит Коул, выходя из своей комнаты, одетый в тот же халат, что и я. Только на нем чертовски уродливый оранжевый парик. Я захлебываюсь от смеха.

— Я думаю, могло быть хуже. Я мог бы быть морковным волчком, — я киваю в сторону его головы.

— Как насчет того, чтобы ты пошел нахуй, — язвит в ответ Коул.

— Вы двое, остановитесь, — упрекает Далила. — Теперь стой спокойно, Ксандер. Мне нужно нарисовать молнию у тебя на лбу, — она снимает колпачок с маркера и, встав на цыпочки, рисует на мне. — Вот так! — она отступает назад и секунду смотрит на меня, прежде чем сказать: — О! Очки! — она убегает в свою комнату и возвращается с очками в черной оправе. Она возлагает их на меня. — Теперь ты совершенен! — она прыгает вверх-вниз, хлопает в ладоши, и когда я смотрю на Коула, он ухмыляется. Его не волнует, насколько занудно он выглядит. Ему нравится делать Далилу счастливой. Мы оба это делаем. Я просто хотел бы, чтобы мне не пришлось делать это в костюме Гарри Поттера, мать его.

— Знаешь, мы собираемся быть лучше всех одетыми, — говорит Далила, когда мы направляемся по коридору к входной двери. — Насколько это идеально? Гермиона, Гарри и Рон... три лучших друга.

— Я почти уверен, что они втроем не трахались, — указываю я, хватая Далилу за талию и игриво притягивая ее к себе.

— Нет, они этого не делали. Но ты же знаешь, что все хотели бы этого.

— Неужели? Все дети, которые смотрели фильмы, надеялись на секс втроем? — шучу я, нажимая кнопку лифта. Коул смеется и качает головой.

— Нееет, подростки и взрослые. Да ладно, все чувствовали сексуальное напряжение между ними, и автор должен был сохранить это.

Мы прибываем на вечеринку в честь Хэллоуина, которую устраивает один из домов кампуса. Далила сразу же замечает своих подруг Саммер и Кейлин, которые живут здесь, и подбегает к ним. Я замечаю нескольких парней из баскетбольной команды, и они подзывают меня. Когда я подхожу к ним, я вижу Коула, стоящего в одиночестве. Он здесь уже год, но все его внимание было сосредоточено на выздоровлении Далилы и учебе. Конечно, у него появилось несколько друзей, и несколько наших старых друзей из средней школы тоже ходят сюда, но Коул всегда был скорее одиночкой. Даже будучи одним из звездных баскетболистов в нашей школе, с девушками, желающими встречаться с ним, и парнями, желающими тусоваться с ним, он всегда предпочитал тусоваться со мной и Далилой всему остальному.

— Привет, — окликаю я его в ответ. — Пойдем, — он кивает один раз и присоединяется ко мне. Следующие пару часов мы проводим за выпивкой и игрой в карты с кучей других людей.

— Рон! Гарри! — мы слышим, как Далила кричит, и мы оба стонем.

— Я думаю, она немного пьяна, — смеясь, говорит Коул, когда Далила приближается. Она плюхается Коулу на колени и обнимает его.

— Ты знал, что Гермиона и Рон поженятся в конце последней книги? — говорит она, ее слова звучат невнятно. Коул оглядывается вокруг и бросает на меня взгляд, означающий Пожалуйста, помоги мне. Пьяная Далила — это распущенная Далила.

— Хорошо, Гермиона. Сегодня вечером никто не женится, но ты знаешь, что делаешь ты? — я встаю и подхожу, чтобы помочь ей подняться.

— Околдовываю тебя! — она указывает на меня пальцем и усмехается.

— Нет! — я отвечаю, стараясь не смеяться над ее выходками. Коул, с другой стороны, трясется от смеха. — Ты идешь домой и отсыпаешься после своего пьянства.

Далила взмахивает запястьем и кричит.

— Амортенция! — затем она слегка отстраняется от Коула и поворачивает к нему запястье, снова повторяя это слово. — Вот так! — она хлопает в ладоши. — Я околдовала вас обоих!

Коул встает и ставит Далилу на пол, держа ее за бедра, чтобы она не раскачивалась.

— О да, мы собираемся превратиться в лягушек?

— Неа, — говорит она, издавая хлопающий звук, когда медленно растягивает слово. Она сгибает указательный палец, показывая мне подойти ближе. Я слегка придвигаюсь к ним, но она качает головой, молча говоря мне подойти еще ближе. Когда я оказываюсь достаточно близко, чтобы понравиться ей, она шепчет: — Это любовное заклинание.

— Мы уже любим тебя, милая девочка, — указываю я.

— Я знаю это, глупышка, — она хихикает. — Это заклинание, которое заставит вас двоих влюбиться! Ага.

Я смотрю через ее плечо на Коула и вижу, что его пристальный взгляд впивается в мой.

— Давай отвезем тебя домой. Ты определенно слишком много выпила.

— Хорошо, но не говори, что я тебя не предупреждала.

Далила

— Дай мне красный лак для ногтей, — говорит Саммер Кейлин, которая в данный момент красит ногти на моей правой руке.

— Хммм...на самом деле это называется соблазнением, — Кейлин смеется и бросает его в свою сторону.

— О... так даже лучше, поскольку завтра вечером я планирую соблазнить мужчину и заманить его обратно в свою комнату, — Саммер игриво поводит бровями. Я познакомилась с Саммер и Кейлин на первом курсе в нашем классе английского языка. Девушки уже были подругами, но они приняли меня в свой крошечный круг с распростертыми объятиями. Я беспокоилась, что, как только я скажу им, что у меня рак, они будут сторониться меня или, как это делали мои школьные друзья, оттолкнут меня из страха заразиться. Они, однако, оказались замечательными друзьями, поддерживающими меня.

— Мне серьезно нравится этот вид, — говорит Саммер, вставая с шезлонга и подходя к стене. — Каждый раз, когда мы приезжаем сюда, я никогда не хочу уходить.

В данный момент мы сидим в моем частном патио на крыше, куда можно попасть прямо из моей квартиры. Мои родители, зная, как много для меня значит находиться на улице, позаботились о том, чтобы в купленном ими кондоминиуме был выход во внутренний дворик на крыше. Это не так потрясающе, как мой сарай, и в нем не так много приятных воспоминаний, но с несколькими шезлонгами, большим зонтиком и набором из стола и стульев это довольно потрясающее место, чтобы провести время и создать новые воспоминания. Правда в том, что за последние несколько месяцев я, вероятно, провела здесь больше времени, чем в кондоминиуме. Мы даже готовим здесь барбекю, и ребята часто готовят на гриле.

— Ты думаешь, что останешься жить здесь после того, как мы закончим школу? — Спрашивает Кейлин.

После того, как мы закончим школу... Было время, когда я даже не думала, что доживу до окончания средней школы, не говоря уже о поступлении в колледж, а теперь до моего второго курса остался всего один месяц. Эта мысль заставляет меня улыбнуться.

— Я не уверена, — как бы мне ни нравилось жить здесь, моей мечтой всегда было получить диплом о начальном образовании и преподавать в начальной школе, в которую я ходила, чтобы я могла жить рядом со своими родителями, но сейчас так много изменилось. Коул официально специализируется на физкультуре и надеется тренировать баскетбол, а Ксандер специализируется на бизнесе, хотя он, скорее всего, окажется в НБА. Мы никогда не говорим о будущем, но я хотела бы быть там, где они. Я просто не уверена, чувствуют ли они то же самое. Я так долго боялась, что не доживу до следующего дня, поэтому мы никогда не обсуждали месяц в будущем, не говоря уже о годе или пяти годах. Ксандер и Коул помогли мне сбежать от реальности моей жизни, от моего рака, и они никогда бы не спросили о будущем, зная, что у меня есть хороший шанс, что его у меня может и не быть. Но теперь, когда у меня снова ремиссия, и так уже почти два года, я чувствую, что, возможно, пришло время снова начать планировать свое будущее.