– Как ты, вообще?

– Сам же прекрасно всё видишь. С чего это вдруг ты начал играть в отца-командира? – подозрительно сощурилась люра. – Лучше скажи, что там с Юнгом.

– Да нормально всё. Волью ещё чутка сил, и завтра уже побежит. Привязалась к нему?

– Не то, чтобы, – она отвела глаза. – Ладно, пошла я дрыхнуть. Набегалась за сегодня, что твоя лошадь.

Легко поднявшись, она двинулась к остальным, а Мерк вдруг поймал на себе пристальный взгляд Юнга. Напряжённый такой. Но лицо люмена сразу расслабилось, стоило ему поглядеть на Хаши. Неужели?!

– Боюсь, что да. Ты не заметил, но в её организме произошли некоторые изменения, как после… В общем, когда восстанавливается гормональный баланс. 

Взвившись на ноги, тёмный молниеносно развернулся в сторону леса и зашагал прочь.

– Ты куда, командир? – окликнула его сзади Хильда.

Колдун на ходу отмахнулся, показывая, чтоб от него отстали, и ускорил шаг. Отойдя подальше от лагеря, он не выдержал и, создав на руке настоящие, а не иллюзорные когти, рубанул по ближайшему дереву. За первым ударом последовали ещё два, а потом парню пришлось уворачиваться от падающего ствола. Тяжело дыша, он взглянул на поверженную деревяшку… Смешно! Хотелось разойтись на полную, выкосить всё вокруг! А ещё лучше – вернуться обратно, придушить белобрысого, вытащить его трясущуюся душонку и запихнуть в Хаши! Чтоб были вместе отныне, присно и во веки веков!

– Не сходи с ума. Не трать энергию понапрасну и не убегай далеко от лагеря. Там твои люди, а ты даже сигналку не выставил.

– Да пошли они все Шилу под хвост со своими грешками, мелкими страхами и животной тупостью!

– Твоё чувство к Хаши тоже высоким не назовёшь. Сам же об этом думал. 

– Брандеф, мне нужно побыть одному!

– Увы, этой привилегии мы с тобой лишены. 

– Меркел?

– Чего тебе? – впервые подкравшаяся сзади Трикс его не перепугала. Злость не оставила места для прочих эмоций.

– Не майся ты так! Шил бы с ней!

– Убирайся!

– Да щас!

Рыкнув, Мерк попытался дать ей пощёчину, но девушка присела, пропустив его руку над головой, а после неожиданно крепко его обняла.

– Ты лучше этой блохастой! Пусть катится, ещё найдёшь себе подходящую.

Она была такой хрупкой, такой уязвимой… Остатки ярости в считанные секунды переплавились в новое, не менее жгучее чувство.

– Не стоит, у неё в руке нож.

И правда, спину его холодил какой-то твёрдый предмет. Вот, значит, как?! Одна раздвинула ноги перед первым же зрячим, которых терпеть не может, а вторая припёрлась играть с ним в свои игрушки?! На мгновение погрузив сознание Трикс в дремоту, парень вырвался из её рук и наотмашь ударил девушку по щеке, так что та кубарем полетела на землю.

– Пошла прочь!

Всхлипнув, красноволосая подхватила кинжал и скрылась среди деревьев. Мелкая сучка!

– Она больна, Мерк, причём серьёзно. 

– Это не повод трепать мне нервы! Пойду сейчас и к шиловой матери вырежу всю эту шайку-лейку! Оставлю только Нашада и Анис, чтобы кухарила!

– Тоже вариант, но с этим ты несколько запоздал, не находишь?

– Твоя правда. Но вот чего этой чокнутой от меня надо было?!

– Чужая душа – потёмки, особенно вот такая… Рискну предположить, что она испытывает тебя. Проверяет, не залезешь ли ты на неё тогда, когда она не будет этого ждать. 

– Мне и без её комплексов тошно! Прав ты был, стоило её валить сразу, как только увидели. И Юнга этого. На хрена я его только лечил?!

– И вообще, принцип «всех убью, один останусь» – это наше всё.

– Очень смешно!

– Как раз ничего смешного. Это и правда вариант, но я не хотел бы, чтобы мой ученик пошёл по такому пути.

– Хватит морали читать, – угли в груди уже подёрнулись пеплом, и Мерк досадливо сплюнул, будто бы избавляясь от излишков скопившегося внутри яда. – Будь другом, помолчи, хотя бы часок, а я пойду контур поставлю.

– Как скажешь.

* * *

– Сюда, все сюда! Молодящие эликсиры и мази! Лучшие благовония по самым выгодным ценам!

– Ткани! Лучшие ткани с Тибанских мануфактур! Купи три отреза и получи четвёртый задаром!

– Не слушайте этого мошенника, его товар давно уже моль поела! Заходите ко мне и узнайте, что такое настоящее качество!

Торговцы затеяли перебранку, но их голоса сразу же потонули в общем гвалте, царившем на рыночной площади. Вильгельм еле успел натянуть поводья, чтобы не сбить вывалившегося из толпы оборванца. Тот бешено огляделся и ринулся наутёк, сжимая в руке чей-то худой кошель.

– Ну и влипли! – Дилоя завистливо посмотрела на нескольких богато одетых всадников в стороне, что расчищали себе дорогу при помощи плёток.

– Да уж, настоящее столпотворение, – выдохнул компаньон и отвесил пинка пёстро одетому мужику, бросившемуся к его стремени со связкой каких-то амулетов и камушков наперевес. – Ладно, выбрались из Харлама, и отсюда выберемся.

Он оказался прав, и уже через полчаса спутникам удалось миновать так неудачно подвернувшийся по пути рынок и добраться до местного отделения Литтэрского банка.

– Лучше останься здесь, – предложил Вилли, спешиваясь. – Не стоит оставлять лошадей без присмотра.

– Ты прав.

Он скрылся в богато отделанном здании с чугунными решётками на окнах первого этажа, а девушка стала обозревать улицу, в надежде увидеть что-нибудь интересное. Увы, Тибану не удалось оправдать её ожиданий. Такой же торговый город, как и сотни подобных ему в империи, разве что население здесь чуть более склочное и крикливое. Внезапно один из прохожих на секунду остановился, а после неторопливо приблизился к ней.

– Благородной госпоже нужен гид?

– Нет, спасибо.

– Очень жаль, – он опечаленно склонил голову, увенчанную белым тюрбаном. – Готов поклясться звёздами, сияющими в ваших глазах, что вы здесь впервые. А ведь в Тибане хватает мест достойных внимания даже самого искушённого странника.

– Например? – лениво спросила Ди. Делать всё равно было нечего, так отчего бы не поболтать?

– Конечно же, в первую очередь, знаменитая пальма желаний, – со знанием дела начал перечислять гид. – А также цирк, где лучшие мастера укрощают самых жутких зверей всего мира, а ловкие канатоходцы балансируют на струне, не толще конского волоса. А, может быть, вас манит уют тенистых веранд, где подают сладчайшие кушанья, а музыка столь прекрасна, что хочется остаться навек?

– Ты точно гид, а не писатель или поэт? – не удержалась Ди.

– Я тот, кто готов открыть благородной госпоже все чудеса этого прекрасного города за скромную сумму в двадцать медных империалов.

– Ещё раз спасибо, но мне это не интересно.

Мужчина немедленно растворился в потоке разумных, будто его и не было. Жалко, конечно, но с тем же успехом он мог завести их в какую-нибудь подворотню к своим не столь сладкоречивым, зато чуть более мускулистым друзьям… Тьфу ты, сама начала размышлять, как этот прохвост.

– О чём задумалась? – Вильгельм уже был тут как тут и, судя по его довольной улыбке, всё прошло, как по маслу.

– Да так, ни о чём. Куда мы теперь?

– В гостиницу, – он ловко вскочил в седло. – Мне уже успели кое-что присоветовать, осталось только не заблудиться в этом бедламе.

Они всё же заблудились, и, спустя час скитаний, таки вынуждены были прибегнуть к услугам гида, в лице прыткого черноглазого мальчугана, который и отвёл их к нужному дому. Солидная такая трёхэтажная коробка, с обнесённым стеной двором, чьи грубые очертания немного смягчали ряд декоративных балкончиков, и лепнина, проходящая по фасаду. Хозяин принял их с истинно кунтанским радушием, усадил за один из приземистых столиков в общем зале и попотчевал сытным обедом, состоящим в основном из незнакомых девушке блюд.

– Что будем делать? – спросила она, когда последний кусочек пряного мясного рулета в тесте исчез с тарелки. – По городу прогуляемся?

– Честно говоря, неохота, – признался Вилли. – Нутром чую, нарвёмся на какие-нибудь неприятности. Лично я подумывал о том, чтобы выпить. Причём не этой их вонючей гумры, а вина поприличнее.