Затея, что Эдвард соблазняет Анетту мне не понравилась изначально. Едва я услышала его предложение, как внутри все сжалось, а по спине пробежал неприятный озноб. Хотелось сказать нет, запретить, я еле сдержалась.

Понимала, что других претендентов у нас просто нет. Те кандидаты, что мы видели по объявлению - на них Анетта точно не купится. Она девушка умная, проницательная. Чтобы заманить в западню нужен был настоящий дракон - харизматичный, властный, умеющий пускать пыль в глаза и оставаться неотразимым.

И мой Эд именно таким был. При виде него мурашки бежали по коже от восхищения. Да, я его ревновала!

Понимала, что это беспочвенно, ведь все ради дела, не по-настоящему, но успокоиться не могла. Сердце сжималось при одной мысли о том, как он будет улыбаться Анетте, говорить ей те слова, которые до этого шептал мне…

Поэтому, когда к нам пришел его сын и мы заговорили о плане, я втайне надеялась, что Уильям откажется, не согласится. Сидела в кресле, поджав губы, и с замиранием сердца слушала их разговор.

Странно, никогда раньше не замечала за собой таких собственнических замашек. Я всегда считала себя разумной, рассудительной, способной отделить чувства от долга. А теперь…

Я задумалась и поняла, почему. Мне так нравился Эд, что я боялась его потерять. И вдвойне обидней было бы осознавать, что если это случится, то по моей вине. Ведь именно я его к этому подтолкнула.

С тяжелым сердцем я принялась подбирать ему наряд. Перебрала несколько камзолов, пока не выбрала самый красивый - темно‑синий, с серебряной вышивкой на манжетах и воротнике. Ткань переливалась в свете свечей, подчеркивая его стать.

Я помогла ему одеться, стараясь не встречаться взглядом, но пальцы дрожали, когда я застегивала пуговицы. Эдвард заметил мое смятение. Он подошел вплотную, крепко обнял за плечи, и притянул к себе. Его дыхание коснулось моего виска, а голос прозвучал тихо и нежно:

- Берта, если ты передумала и не готова, одно твое слово, и я не стану этого делать. Мы найдем другой путь, я не хочу, чтобы ты мучалась и переживала.

На мгновение я обрадовалась. Внутри вспыхнула надежда, вот он, выход! Надо всего лишь все откатить. Мы откажемся от этого безумного плана, останемся вместе, и все будет как прежде…

Но потом я подумала о последствиях. От этого зависит судьба графского сына, легкомысленной Алии, но больше всего мне было жаль их нерожденного сына. Если план не сработает, семья может распасться, а малыш вырастет без отца. Разве я могу поставить свои чувства выше их будущего?

Я глубоко вдохнула, подняла глаза на Эдварда и твердо сказала:

- Я в порядке. Все хорошо. Я буду терпеливо ждать. Давай, иди, сын уже извелся поди.

Он улыбнулся, страстно поцеловал меня в губы и вышел.

Стоило двери закрыться за истинным, как тревога в груди стала стремительно нарастать, словно волна, готовая накрыть с головой. Я стала бесцельно ходить кругами в большой гостиной.

- А вдруг она его очарует? А вдруг он забудет там обо мне? А если ему понравится эта роль и он во мне разочаруется?

Пытаясь успокоиться, я подошла к окну. Но пейзаж не успокаивал, наоборот. И тут я вспомнила о подзорной трубе. Она хранилась наверху, я спрятала ее в укромном месте.

Тотчас развернулась и побежала наверх. Достала инструмент и быстро метнулась к окну. Установив трубу на подоконнике, я навела ее на дом Уильяма.

Сердце билось тревожно. Руки от волнения слегка дрожали, но я упорно вглядывалась в очертания дома, пытаясь разглядеть хоть что‑нибудь, хоть кого.

Спустя пару часов мои наблюдения увенчались успехом. Вот открылась дверь, предназначавшаяся для слуг. Показалась фигура в темном плаще… Судя по очертаниям, это была женщина.

Вспомнив, что в доме Уилла не было слуг, выходило, что это Алия или Анетта. Я растерялась, а куда она так поздно пошла?

Проследила куда та направилась, быстро тоже накинула плащ и выбежала из дома, стараясь не потерять ее из виду.

Судя по тому, как девушка настороженно оглядывалась по сторонам, нервно дергая головой и то и дело бросая быстрые взгляды через плечо, я была уверена, она задумала что‑то нечистое.

Мы пешком прошли полкилометра, завернули на шумный рынок, где пахло пряностями, пирожками и прочей вкусной едой. Пару раз она заходила в лавку и выходила через вход для слуг - хитрый маневр, чтобы сбить со следа преследователей.

Но я не зря столько лет прослужила прислугой. Я предугадала ее умный ход.

Когда она заходила в лавки, я обходила их кругом и ждала у черного входа. Поэтому оторваться ей не удалось.

В итоге, она привела меня к серому, ничем не примечательному зданию на окраине города. Оно стояло чуть в стороне от других домов, штукатурка местами осыпалась, ставни покосились, а на двери виднелся сбитый замок.

Девушка проскользнула внутрь. Я заметила, что дверь никто не открывал изнутри, она просто толкнула ее и зашла, только пол скрипнул под ее ногами.

Я аккуратно, шаг за шагом, приблизилась и тихонько, едва дыша, приотворила дверь. Как раз услышала обрывок разговора - незнакомый женский голос спрашивал у кого‑то:

- Мне срочно нужен Диабло. Он здесь?

Сиплый мужской голос, словно простуженный, произнес раздраженно:

- Нет, он в таверне.

Понимая, что девушка сейчас пойдет обратно, я быстро выскочила и спряталась в рядом растущих кустах, достаточно густых, чтобы скрыть меня. И действительно, скоро на крыльцо вышла девушка.

Я сумела разглядеть ее лицо. Судя по тому, что это была не Алия, значит, Анетта. Она ловким движением поправила плащ, скрыв лицо, и быстрым шагом направилась прочь.

Наверное, в таверну. - догадалась я и двинулась следом, стараясь держаться в тени домов. Минут через двадцать мы были в маргинальном районе. Воздух был пропитан дымом сигарет и тошнотворным запахом мочи.

Мы вошли в какой‑то страшный кабак, набитый пьяными в хлам мужиками непотребного вида. Кто‑то горланил песни, кто‑то спал лицом в тарелке, а кто‑то размахивал кулаками, что-то крича.

Анетта уверенным шагом прошла в центр и села за стол, где уже сидели три мужика: один с седыми усами, второй с татуировкой змеи на шее, а третий с шрамом на впалой щеке.

Я села чуть поодаль, у стены, рядом с бочкой, из которой несло квашеной капустой. Зато меня практически не было видно с их стороны.

Ко мне подошла подавальщица - усталая женщина с красными припухшими глазами. Я заказала травяной отвар и похлебку. А когда она принесла, то будто бы невзначай, задала вопрос:

- А что за мужчина с татуировкой змеи сидит за тем столиком напротив?

Она наклонилась и с благоговейным ужасом в глазах прошептала:

- Это Глава гильдии наемников. Говорят, он может в драке уложить дракона. И никогда не прощает тех, кто встает у него на пути.

Я сглотнула. Только этого не хватало. А я ведь даже не предупредила Эда, куда пошла.

Разум кричал, что надо срочно уходить. Я положила на стол золотой и сделала шаг к двери, кутаясь в плащ, как за спиной услышала голос:

- Проверь Эдварда Блайда. Мне нужно знать про него все. Особенно благосостояние.

- Зачем тебе нужен этот старик? - спросил мужчина с нескрываемым недовольством.

Женский голос, холодный и расчетливый, тут же ответил:

- Так потому, что старик. Если все подтвердится, достань мне яд для дракона. Но такой, чтобы все решили, что он умер от старости в первую брачную ночь. Я готова работать на прежних условиях – половина на половину.

Мужчина зло рассмеялся и этот звук отозвался дрожью в моих коленях. В ушах зашумело, давление поднялось. Перед глазами поплыли темные пятна.

С трудом я заставила себя пойти к выходу. Надо срочно предупредить Эда, чтобы ничего не смел пить.

До двери оставался всего один шаг, как вдруг почувствовала, как кто‑то хватает меня под локоть. Я замерла, забыв, как дышать.

- Ты куда-то собралась, красавица? - прозвучало над ухом.