И словно в подтверждение ее слов, ко мне подошел зять и обнял.

- Берта, зря ты молчала! Мы тебя очень ценим и любим.

И тут краем глаза я увидела, как герцог Бирек с довольным видом потер ладони и повернувшись к графу, торжественно произнес:

- Раз Берта наша родня, то я не позволю ей жить с неженатым мужчиной под одной крышей. Я забираю ее с собой в замок. Так что Эдвард, ты либо женись, либо можешь приходить в гости, когда она сама того пожелает… Но не чаще раза в неделю.

Я обмерла. Не сговариваясь, мы с Эдвардом посмотрели друг на друга, абсолютно не ожидая такого поворота событий.

Первой мыслью было возразить, напомнить старшему герцогу, что я не девочка, чтобы мной командовать, а потом задумалась, ведь его светлость сказал эти слова не со зла.

Наоборот, своим отношением он всем показал, что принял меня в семью, невзирая на мое неблагородное происхождение. А значит, я теперь должна подчиняться правилам, как и любой его член семьи.

Поэтому, чтобы не бросить тень на род Биреков, не испортить его репутацию, наша сделка с Эдом отменяется. И в этот момент глубоко внутри я почувствовала, что уже и не рада своему новому почетному статусу.

Лучше бы я и дальше оставалась безродной Бертой, и могла бы продолжать вести себя так, как хочу. Не беспокоясь о том, что подумают обо мне люди.

Но самое страшное было теперь для меня – это держать свой язык за зубами и никому не острить, а вот этого я не могла гарантировать. И не очень хотела…

- Ваша светлость. – вдруг вступилась за меня дочь. – Благодарю, что вы благосклонно отнеслись к моей маме.

- Ну а как же иначе… - с гордостью в голосе перебил ее Кэлвин.

Но Адель продолжила:

- Видите ли, у мамы есть свои договоренности и своя взрослая жизнь. В связи с чем, прошу не ограничивать ее общение с … ее истинным. Я на собственном примере ее понимаю. Эта связь очень крепкая, ее нельзя вот так взять и забыть. Поэтому…

- Поэтому пусть граф либо женится, либо не морочит ей голову. Видишь ли, моя милая, я наслышан о графе Эдварде Блайде. - в этот момент герцог Бирек красноречиво посмотрел в сторону Эда. – По юности он был еще тот ловелас и ходок. Пудрил женщинам голову, а потом, правда женился, но через пятьдесят лет разводился.

- Это не ваше дело! – Эд подошел и встал напротив него. Его глаза метали молнии, но Бирек даже не шелохнулся. С хладнокровным спокойствием продолжил свою безэмоциональную сухую речь:

- У него даже сейчас есть любовница и наложница.

- Имею право! Я не женат.

Бирек поправил:

- В разводе. Поэтому ваша репутация, мой дорогой гость, не позволяет мне оставить Берту на ваше попечение, и не мечтайте.

И тут неожиданно Блайд улыбнулся.

- Уважаемый герцог, я понимаю вашу заботу и даже рад, что у моей истинной такой щепетильный в вопросах чести свекор, только вот неувязочка, это не только мое желание, это приказ. Самого Императора! Мы с Бертой должны прожить под одной крышей три месяца.

Старший Бирек нахмурился.

- Отец! – Ксавьер тронул его за рукав.

- Так и быть. - сдался герцог. – Пока я буду ждать аудиенции у Императора, вы будете жить под одной крышей у меня в замке.

Эдвард Блайд выдохнул, но оказалось, что зря. Кэлвин продолжил:

- Берта в хозяйских покоях на этаже рядом с дочерью, ну а вы – в гостевых, в дальнем крыле, с отдельным входом и прекрасным видом на высокие горы. Но так как крыша одна, то проблем с исполнением приказа Императора точно не будет.

- Я не согласен! – тут же возразил Блайд.

Бирек хитро прищурился:

- Я готов сделать вам исключение, только если вы пришлите сватов или … если Берта сама меня об этом попросит.

Все присутствующие в комнате перевели на меня взгляд. А в моей голове до сих пор звучали слова – «любовница и наложница».

Нет, я не хочу больше страдать. Я ведь за эти дни успела привязаться к графу, и даже, кажется, больше – влюбиться.

Поэтому я расправила плечи, посмотрела Эду в глаза и уверенным тоном ответила:

- Пусть будет вид на горы с отдельным входом. С удобствами, к которым граф так привык.

В гостиной воцарилась тишина. Которую нарушил грозный рык Эда:

- Берта!

Я не сдержалась, и тихо ему прошептала:

- И не рычи на меня!

Заметив взгляды, тут же поправилась, пожимая плечами:

- А то денег не будет... Плохая примета.

- Так! – старший Бирек потер руки. – Я сейчас же зову своих слуг, и пусть они начинают грузить вещи в карету, через час выдвигаемся в сторону портальной арки.

Адель вопросительно взглянула на меня. Я кивнула. Но она все равно подошла, обняла, увела к себе в спальню, и пока Ксавьер развлекал сыновей, активировала полот тишины и спросила:

- Берта… Мама… Пожалуйста, расскажи, как так вышло, что Адель – твоя дочь. Ой… - тут же прикрыла рот рукой, а ее глаза расширились от боли, от осознания того, что она мне рассказала перед своей свадьбой, что она не моя дочь. А пришла в ее тело из другого мира.

Я тяжело вздохнула и ее обняла.

- Девонька моя, не вини себя, твоей вины нет. Мою дочь погубил ирод проклятый. Но ему воздалось по делам, благодаря тебе. И я очень рада, видеть продолжение дочери в твоих сыновьях. И к тебе я отношусь точно также, как и моей дочери. Я люблю тебя, внуков. Только…порой… порой… мне не хватает ее…

И как бы я не крепилась, но голос предательски задрожал. Понимая, что Адель нельзя волноваться, иначе пропадет грудное молоко, я постаралась сдержать слезы. Смахнула рукой слезинку, что все-таки потекла по моему лицу.

- Берта… - ласково произнесла Адель.

Мы сидели с ней рядом, прижавшись друг к другу. И в этой тишине я чувствовала ее поддержку, искреннюю заботу обо мне.

Но вдруг она взволнованно повернулась, схватила за плечи и легонько так потрясла:

- Берта! Ты же не знаешь самого главного! Адель – жива! Только она переместилась в мое тело. Я видела ее! Она – там! В моем мире!

Я отшатнулась.

Жива?! Как?! Я же держала ее тонкую, холодную руку. Видела, как жизнь покидает ее тело. Я столько месяцев оплакивала ее.

- Не может быть… Нет… - выдохнула я, чувствуя, как мир вокруг меня начинает вращаться.

Адель взяла меня за руку. И мягко произнесла:

- Я видела ее в вещем сне, она сама мне его показала. Она переместилась в другой мир. У нее все там хорошо. Есть свой дом, заботливый муж.

Другой мир! Эти слова прозвучали надеждой. Я считала ее умершей. Даже пробовала смириться, а она - ЖИВА!

Воздуха стало не хватать, я открыла рот, пытаясь его втянуть. А затем схватилась за грудь, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Голова закружилась, и я почувствовала, как руки трясутся.

- Мама! Что с тобой? – Адель не на шутку перепугалась, а я не могла говорить.

- А…а… - ни одного слова не смогла произнести.

- Берта! Прошу, не волнуйся… У нее все хорошо. Она вышла замуж, счастлива, и она беременна. Так что у тебя скоро будет еще один внук или внучка.

- Она – жива? - прохрипела я, цепляясь за девичью руку, чтобы не упасть. Я хотела увериться, что не ослышалась, и все правильно поняла.

- Жива. – повторила Адель.

И когда я немного успокоилась, она подробно мне все рассказала. А я еще два раза просила ее повторить, вспоминая даже незначительные, на первый взгляд, детали.

И больше не могла держать слезы в себе. Моя девочка жива, жива, и это самое главное.

Обняла крепко Адель. Попросила дать мне немного перед отправлением времени, потому что мне надо побыть одной …

Адель меня поняла, и кивнула. Еще раз обнявшись, я вышла, и не в силах ответить на вопросы идущего по лестнице за мной Эда, я зашла в комнату и только хотела закрыть дверь, как в узкую щель протиснулась рука графа, а вскоре протиснулся и вездесущий дракон.