— Теперь я знаю лучше, — буркнул Джонни. — Ты маленький демон.

Прикусив губу, чтобы не рассмеяться над его истерикой, я еще сильнее сосредоточилась на уходе от копов, которые гнались за мной.

— Как ты вообще это делаешь? — возмутился Джонни. Он подался вперед и махнул рукой в сторону экрана. — У тебя пять, мать твою, звезд. Пять. И ты все еще не умерла.

Поставив игру на паузу, я повернулась к нему и полностью сосредоточилась на Джонни.

— Ты что, плохой проигравший, мистер «я большая звезда регби»?

Лицо Джонни стало уморительно красным.

— Тебе не нравится, когда девочка тебя обыгрывает? — продолжила я дразнить его, используя тот же треп, от которого Джоуи всегда сходил с ума. — Не можешь принять поражение как мужчина?

— Тебе сейчас очень повезло, что ты девочка, — сказал Джонни, дернув губами.

— Почему? — хихикнула я. — Ты предпочитаешь проигрывать мальчикам?

— Дай сюда этот чертов контроллер, — зарычал Джонни и тут же накинулся на меня. — Власть ударила тебе в голову.

— Нет! — закричала я, одновременно смеясь, переворачиваясь на бок и защищая контроллер. — Я еще не закончила — а-а-а!

— Отдай, — смеялся Джонни, пытаясь просунуть руку мне под локоть.

— Никогда, — заявила я сквозь приступы смеха. — Он мой — перестань, пожалуйста — а-а-а, я боюсь щекотки…

— Шэннон, милая, прости, пожалуйста. Рабочий звонок затянулся дольше, чем я ожидала, — объявила миссис Кавана, заходя в комнату Джонни без стука.

Я тут же подскочила с кресла-мешка, а Джонни застонал от отчаяния.

— Иди в ванную и переоденься из этих мокрых вещей, — сказала миссис Кавана, ставя стопку аккуратно сложенной одежды у изножья его кровати. — Я закину твою форму в сушилку, и она будет готова к тому времени, как ты пойдешь.

— Нет-нет, — поспешила сказать я, выставив перед собой контроллер, словно он мог защитить меня от ее заботы. — Со мной все в порядке… спасибо.

— Глупости, милая, — отмахнулась она. — Нельзя сидеть в мокрой одежде. Простудишься насмерть.

— Ма, — с болезненным вздохом сказал Джонни, поднимаясь на ноги. — Оставь ее в покое, ладно?

— Не груби, Джонни, — предупредила миссис Кавана. — Проводи бедную девочку в ванную и принеси мне ее одежду, я высушу.

— Я правда в порядке, — выдавила я, умоляюще глядя на Джонни. — Я уже подсыхаю.

Это было неправдой.

Я была влажной и замерзшей, но мне было так весело, что я напрочь забыла о промокшей форме.

Я буквально забыла обо всем: о проблемах, о родителях, о мокрой одежде — обо всем — на целый час.

И как только мозг осознал, что влага пробирается прямо до костей, меня внутренне передернуло.

Черт.

— Она только что сказала, что с ней все в порядке, Ма, — простонал Джонни, глядя на мать с ужасом. — Оставь это. Пожалуйста.

Проигнорировав протесты сына, она повернулась ко мне и улыбнулась.

— Горячий душ тебя согреет, милая.

— Ч-что? — прохрипела я. — Я не могу принимать душ в вашем доме.

Снова.

Почему люди постоянно предлагали мне принять душ в доме этого парня?

Боже!

— Конечно, можешь, — ответила она с самой теплой улыбкой, какую я когда-либо видела.

— Ма, ты можешь просто уйти? — резко сказал Джонни. — Сейчас? Мы вообще-то были заняты.

Она посмотрела на него строгим взглядом.

— Заняты чем?

Я махнула в ее сторону контроллером.

— Я обыгрываю его в PlayStation.

— Нет, — поправил Джонни. — Она меня ни в чем не обыграла — он остановился, чтобы свирепо глянуть на меня, — ты еще не выиграла — а потом повернулся к матери. — Она просто сдвинула планку.

— В космос, — пробормотала я себе под нос.

— Я это слышал, — ухмыльнулся он.

Миссис Кавана посмотрела на нас обоих и расплылась в улыбке.

— Он ужасный проигравший, правда?

— Ни хрена подобного!

— Знаю, — хихикнула я.

— Его отец такой же, — добавила миссис Кавана. — Ты бы видела его, когда он проигрывает дело в суде. Часами ни слова не говорит.

— Ма, — огрызнулся Джонни. — Можешь просто оставить нас в покое? Пожалуйста?

— Оставлю, — ответила она. — Как только эта бедная девочка примет теплый душ и наденет сухую одежду.

— Она не хочет…

— Знаешь что, Шэннон, милая? — снова перебила она сына. — Кажется, у меня в кабинете есть кое-что, что тебе подойдет. Она окинула меня взглядом. — Ты шестого размер?

Я растерялась и просто стояла, пока миссис Кавана ходила вокруг меня с сосредоточенным видом.

— Ма! — рявкнул Джонни. — Отстань.

— Нет-нет, — задумчиво протянула она, снова игнорируя его.

Нахмурившись, она подошла ближе, потянула за подол моей юбки и поджала губы.

— Ты маленькая четверка. Ее взгляд скользнул по мне. — С потрясающей костной структурой. Шэннон, милая, жаль, что ты не выше. Из тебя получилась бы невероятно красивая мод…

— Иисусе Христе, Ма, — рявкнул Джонни, проводя рукой по волосам. — Она тебе не кукла.

Глаза его матери загорелись еще сильнее.

— Хочешь пойти посмотреть, найдем ли мы что-нибудь тебе надеть в моей…

— Нет, ни хрена она не хочет, — перебил Джонни, перехватывая мать и уводя ее к двери. — Она не проект, Ма, и не чертова вешалка для одежды.

— Ладно, — фыркнула миссис Кавана.

— Спасибо, — прорычал Джонни.

Повернувшись к сыну, она прошептала:

— Дверь открытой, Джонатан, — и строго посмотрела на него, прежде чем выйти из комнаты, тихо напевая.

Джонни дождался, пока она уйдет по коридору, затем захлопнул дверь и повернул замок.

Тяжело выдохнув, он повернулся ко мне.

— Еще раз, мне чертовски жаль из-за нее, — беспомощно пожал плечами Джонни. — Не знаю, что с ней сегодня.

— Все нормально, — поспешила успокоить его я. — Она, э-э… очень дружелюбная.

— Ага, — буркнул он. — Радуйся, что она не затащила тебя в ту комнату с одеждой. Содрогнувшись, добавил: — Оттуда живыми не выходят.

— Правда?

— Еще как.

— Ох.

— Прости за весь этот цирк с примеркой, — сказал он, выглядя смертельно смущенным. — Она хотела девочку — им вообще-то сказали, что будет дочь. Он неловко улыбнулся. — А получился я.

— Сын-регбист ростом метр девяносто, — задумчиво сказала я, улыбаясь ему. — Понимаю, почему ты мог ее… разочаровать.

— Ага, — усмехнулся он и с неловкостью ущипнул себя за переносицу. — Они с отцом хотели много детей, но не сложилось. Он поморщился, явно вспоминая что-то личное. — Куча попыток ЭКО или еще какой-то хрени. Он пожал плечами и указал на себя. — Вот что им купили деньги.

— Тебя, — улыбнулась я.

Он хищно ухмыльнулся.

— Везунчики, да?

Да.

Очень везунчики.

— Она большую часть времени в разъездах по работе, — продолжил он. — Завтра утром снова улетает в Лондон на пару недель. Но когда она дома, ей нравится участвовать в моей жизни.

— Это мило, — сказала я. — Тебе повезло с такой мамой.

— Ага, — саркастично отозвался он. — Очень.

А ведь повезло.

Джонни этого не осознавал, но за час-другой его мать проявила ко мне больше интереса, чем моя собственная за последние месяцы.

А может, и годы.

— Слушай, тебе правда лучше принять душ и отдать мне одежду, — вздохнул Джонни. — Иначе она вернется и опять начнет зудеть про пневмонию и прочую хрень.

Он серьезно?

Мне правда снова предлагали принять душ в его доме?

— Я серьезен, — пробормотал Джонни, будто прочитав мои мысли. — И мне жаль.

— Ох. Покраснев, я сцепила руки перед собой и неуверенно пожала плечами. — Эм… ладно?

Он долго смотрел на меня, потом покачал головой.

— Иди сюда.

— Куда?

— Сюда, — сказал он, жестом приглашая меня пройти за ним в его ванную.

Как новорожденный жеребенок, я поспешила за ним — на дрожащих ногах и совершенно неуклюжая.

Остановившись в дверях его роскошной ванной, я смотрела, как он наклонился через край ванны и включил душ.

— Ты, э-э… говорила, что у тебя с ним были проблемы в прошлый раз, — пробормотал он, пожав плечами.