Лицо обдало жаром, когда я прочитала название на коробке сверху — Pussy Pleasure XXX.

— Черт, — пробормотал Джонни, заметив, куда я смотрю. Он поспешно подошел и закинул порно за телевизор. — Это, э-э… — Он замолчал, тяжело выдохнул и провел рукой по лицу. — Прости. Я не вожу сюда девушек. — Он нахмурился и добавил: — Кроме тебя.

Ерзая от неловкости, я сказала:

— Не переживай.

— Ну, — протянул он.

— Ну, — прошептала я.

— Это чертовски странно, — пробормотал Джонни.

— Ага, — согласилась я, и на губах появилась маленькая улыбка.

Джонни заметил ее и улыбнулся в ответ.

— Бьюсь об заклад, ты не планировала провести вечер здесь, да?

— Я совсем не против, — сказала я и, к собственному удивлению, имела это в виду.

Быть здесь означало отложить возвращение домой — к еще одной ночи драмы.

А быть здесь с Джонни было пугающе… в хорошем смысле.

Я хотела быть здесь, с ним.

Я хотела его. Точка.

— Ну, — снова сказал Джонни, беспокойно сдвигаясь и проводя рукой по бедру. — Чем хочешь заняться?

— Мне все равно, — ответила я. — Я сделаю все, что ты захочешь?

— Черт, — Джонни зажмурился и простонал.

— О боже, с тобой все в порядке? — поспешно спросила я, уверенная, что ему больно.

— Все нормально, — заверил он меня напряженным тоном.

— Точно?

Его голубые глаза были дикими и полными неуверенности, когда он сказал:

— Я немного выбит из колеи, Шэннон.

— Ты хочешь, чтобы я ушла?

Он покачал головой.

— Ты уверен?

Он медленно кивнул.

— Я хочу, чтобы ты осталась.

— Хорошо, — выдохнула я.

Сделав глубокий вдох, я обхватила себя руками и подошла к его огромному письменному столу, заваленному нераскрытыми учебниками.

— Ты хорошо учишься? — спросила я, оглянувшись через плечо.

— Нормально, — ответил Джонни, подходя ко мне.

— А «Цыпленка Ликена» нет?

Джонни громко рассмеялся.

— Нет. — Подойдя и встав за моей спиной, он усмехнулся. — Точно без «Цыпленка Ликена».

Пылая от смущения, я сосредоточилась на столе, водя пальцем по контрольным и книгам, пока мой взгляд не упал на пробковую доску над столом.

— Ух ты, ты познакомился с кучей знаменитостей, — прошептала я, переводя взгляд с фото на фото, где Джонни был с разными звездами и спортсменами. — Кто из них твой герой?

Я была уверена, что он есть.

Он же подросток.

У всех они есть.

Джонни протянул руку и снял одну фотографию с доски.

Кнопка, на которой она держалась, упала на стол.

— Видишь эту? — спросил он, стоя за мной и протянув руку вокруг моего тела, чтобы я могла видеть.

Дыши, Шэннон, просто дыши…

Заставив себя сосредоточиться на его вопросе, а не на том, как мое тело реагирует на его близость, я посмотрела на фотографию в его руках.

— Вижу, — прошептала я, разглядывая снимок, на котором не было знаменитости.

Я сразу узнала красивую блондинку, лежащую на пледе на траве, — молодую версию миссис Кавана.

На ней были огромные солнцезащитные очки и большая белая шляпа, и она лучезарно улыбалась мужчине над ней.

Этот мужчина — красивый, удивительно похожий на повзрослевшего Джонни — стоял над ней, а на его плечах сидел маленький темноволосый мальчик лет пяти-шести.

Мальчик был в светло-голубой и белой полосатой форме и белых шортах.

Его волосы торчали в сорока разных направлениях, а в руках он гордо держал регбийный мяч, сияя широкой, беззубой улыбкой с ямочками.

— Это моя любимая фотография, — сказал Джонни, вырывая меня из мыслей. Он коснулся снимка. — И он — мой герой.

— Твой папа? — прошептала я, не отрывая глаз от фото. — Это ты с мамой и папой?

— Да, — ответил Джонни. — Во всей нашей красе.

— И она твоя любимая, потому что на ней ты и твои родители?

Джонни пожал плечами, и от этого движения его твердая грудь коснулась моей спины.

— Отчасти поэтому.

Я непроизвольно вздрогнула.

— А другая часть? — прошептала я.

— Потому что она настоящая.

— Настоящая?

— Невинная. Хорошая. Чистая. До всеобщего внимания, — объяснил он. — Когда для меня имели значение только мяч и мои родители.

— Ох, — выдохнула я, глядя на самого счастливого мальчика на свете. — Ты был очень красивым ребенком.

— Был? — поддел он. — То есть теперь нет?

— Эм… нет — то есть да, конечно — я не — ну, у тебя теперь все зубы есть, — выпалила я, чувствуя себя смущенной и глупой.

Джонни усмехнулся.

— Я просто шучу, Шэннон.

Покраснев, я положила фотографию на стол и обошла его, стараясь создать между нами расстояние.

Я не могла думать, когда была так близко к нему.

— Ты играешь в ГТА? — спросила я, заметив на полу приставку PlayStation.

— Да, — ответил Джонни, с любопытством глядя на меня. — А ты?

Я кивнула.

— Я офигенная в этом.

Он приподнял бровь.

— Да ну?

— Ага. — В жизни я была плоха почти во всем, но в GTA я рвала всех. — У Джоуи есть Vice City и San Andreas, и я прошла обе.

Его брови взлетели вверх.

— За неделю.

У него отвисла челюсть.

— Не может быть.

— Еще как, — гордо кивнула я. — Я лучшая.

Джонни наклонил голову набок и улыбнулся.

— Хочешь сыграть?

Я усмехнулась.

— Если хочешь?

Он ухмыльнулся.

— Думаешь, ты настолько хороша?

— Я это знаю, — ответила я, и впервые в жизни сказала это с уверенностью.

Это, конечно, не слишком хорошо говорило обо мне как о человеке — если единственное, в чем я преуспевала, было мочить всех в ГТА, — но лучше, чем ничего.

— Ну что ж, малышка, — с ухмылкой бросил Джонни, — придется тебе отвечать за слова. Потому что лучший здесь я.

Я фыркнула.

— Посмотрим, малыш.

Джонни покачал головой, явно забавляясь моими подколами, и поспешил включить игру.

— Без карт памяти, — крикнул он через плечо. — Начинаем с нуля. Кто выполнит больше миссий, прежде чем умрет, тот и выиграл. И дамы вперед.

— Это буду я, — сказала я, принимая протянутый контроллер.

— Потому что ты девочка?

— Потому что я лучшая.

— Ты, э-э… — Джонни почесал затылок и кивнул в сторону кровати. — Хочешь играть тут?

— На твоей кровати? — пискнула я.

Он пожал плечами, выглядя таким же неуверенным, как и я.

— Или на креслах-мешках, если хочешь?

— Эм… да, ладно, — ответила я. Я подошла к кожаным мешкам, лежавшим рядом, но остановилась и оглянулась на него. — Если ты хочешь, чтобы я…

— Садись уже, Линч, чтобы я мог тебя уделать, — перебил меня Джонни с весельем в голосе.

Я плюхнулась на один из мешков и посмотрела на него с выражением «тебе конец».

— Устраивайся поудобнее, — заметила я, когда он развалился рядом. — Тебе долго смотреть. — Запуская игру, я щелкнула кнопками на контроллере, не отрывая взгляда от огромного экрана, и пробормотала: — Очень долго.

— Без читов! — рявкнул Джонни час спустя. — Это, блядь, жульничество.

— Нет, не жульничество, — рассмеялась я, вводя очередной чит-код, чтобы пополнить жизнь персонажа. — Ты ничего не говорил про чит-коды.

— Еще как говорил, — фыркнул Джонни рядом со мной.

— Без карт памяти. Начинаем с нуля, и тот, кто выполнит больше миссий до первой смерти, побеждает, — передразнила я его голос. — Про чит-коды ты не говорил.

— Ты опасная, — пробурчал Джонни. — И хитрая.

— Я лучшая, — захохотала я, закрывая очередную миссию. — Я же пыталась тебя предупредить.

— Да уж, но я не ожидал, что ты окажешься, блядь, Биллом Гейтсом от «Grand Theft Auto».

Я громко рассмеялась, чувствуя себя с ним в этот момент совершенно спокойно и свободно.

— Потому что я девочка?

— Потому что я думал, что ты милая, — огрызнулся Джонни, и мне даже не нужно было на него смотреть, чтобы понять — он дулся.

Он дулся уже почти час.

Я тихо прыснула.