— Слава Богу за это, Линчи, — сказал Гибси, держа сковороду, подошел к Джоуи и положил на его тарелку яйцо. — Мне нравится мое мужское достоинство.

Джоуи протянул руку через стол и достал чайник под теплым чехлом, разлил два чашки чая и покрутил чайником в нашу сторону. — Шэн, Кавс, чай?

Гибс?

Линчи?

Кавс?

Это был типичный Джоуи — заводил дружбу так же легко, как щелкнул пальцами.

Вдруг внутри меня вспыхнула ревность, ощущение несправедливости того, как легко живется моему брату, заставило меня почувствовать себя ущемленной.

Но это чувство быстро смыло огромное цунами вины.

Джоуи не имел легкой жизни.

Он извлекал максимум из любой ситуации.

Он просто пытался выжить, как и все мы.

— Дать тебе полотенце или что-нибудь? — тихо предложил Джонни, взгляд скользнул по мне. — Ты промокла.

— Господи, — вскрикнул Джоуи, заставив меня вздрогнуть. — Что с тобой случилось?!

Он поставил чайник и подошел ко мне.

Наклонившись, Джоуи вдохнул запах и тут же отпрянул.

— Господи, Шэннон, — он поморщился. — Во что ты закатилась — в собачье дерьмо?

Ну да, тактичность, старший брат, спасибо…

— Нет! — запротестовала я и попыталась незаметно понюхать себя. — Я не воняю.

— Не воняешь? — насмешливо откликнулся Джоуи. — Ты так воняешь, что глаза слезятся.

Боже, Джоуи!

— Мои собаки на нее напали, — быстро вмешался Джонни, проводя рукой по волосам. Капли воды стекали с его широких плеч на плитку. — Они сбили ее с ног и катались по ней снаружи.

— Хм, — пробормотал Джоуи. — Забавно, как моя сестра всегда оказывается покусанной и сбитой с ног, когда ты рядом, Кавана.

Челюсть Джонни дернулась, но он не ответил.

Обратив внимание на меня, Джоуи сказал: — Тебе нужно снять мокрую одежду, Шэн, пока не подхватила пневмонию.

Я открыла рот, чтобы ответить, но Джоуи продолжил, не давая слова.

— У тебя есть что ей надеть? — спросил он Джонни. — Или отбеливатель, чтобы замаскировать этот ужасный запах?

Джонни медленно кивнул. — Да, я что-нибудь найду…

— Или мы просто можем уйти? — предложила я, глядя на брата, молясь, чтобы он понял намек. — Нам пора домой, Джоуи.

— Ты не сядешь в машину моей девушки в таком виде, — парировал Джоуи.

— Не будь придурком, — рявкнула я. — Отвези меня домой.

— Рано же, у нас еще чай и разговоры, — вмешался Гибси. — А у меня в духовке печутся сконы.

— Ты печешь сконы? — на мгновение я отвлеклась. — Ты?

— Да, я, — ответил Гибси, слегка оскорбленно. — Я хочу, чтобы ты знала, что я отличный пекарь.

— Извини, — быстро ответила я, не желая обидеть его. — Просто не похоже на тебя.

— Расслабься, я прикалываюсь, — рассмеялся он. — Я вообще не знаю, что делаю. — Он указал на плиту: — Сконы могут быть убийцами, кто знает.

— Убийственные сконы? — я скривила нос. — Тогда, надеюсь, ты не будешь против, если я откажусь.

Гибси усмехнулся. — Ты мне нравишься. — Он посмотрел через мою голову и сказал: — Мне она нравится, — затем вернулся ко мне. — Но запах… не очень. — Он защел пальцами нос и добавил: — Твой брат прав — нужно переодеться.

— Все в порядке, я пойду домой…— я начала, но снова была прервана Гибси.

— Джонни, она может принять душ здесь, да?

Мои глаза округлились. — Что?

— Эм, да, думаю, — медленно ответил Джонни, все еще стоя за мной. — Если захочет?

Джоуи, вернувшийся на свой стул за островом, кивнул.

— Отличная идея, Гибс, — согласился он, продолжая есть. — Смой мокрый собачий запах, пока нам не придется ехать в машине.

— Я не воняю, — пробормотала я.

— Ты воняешь, — сказали хором Гибси и Джоуи.

— Отвяньте и оставьте ее в покое, — вмешался Джонни, раздраженно. — Она совсем не воняет.

— Ты этого не чувствуешь, потому что привык, — парировал Гибси. — Он пускает псину к себе в кровать каждую ночь.

— Назовешь мою собаку псиной еще раз — и получишь сковородой, — предупредил Джонни.

— Искренне извиняюсь, чувак, — поднял руки Гибси. — Я не хотел оскорбить твою дорогую собачку.

Я отвернулась и посмотрела на Джонни. — Прости за это.

Он посмотрел с ребят на меня и задержал взгляд. — Все в порядке, Шэннон. — Голос был спокойным, но глаза пылали чем-то, что я боялась разгадать. — Ты можешь помыться в моей ванной.

— Нет, честно, все в порядке, — смущенно сказала я. — Мне не нужно принимать душ в твоем доме.

— Ах, да, нужно, — крикнул Джоуи. — Я серьезно, когда сказал, что ты не сядешь в машину Ифы такой. Я бы устроил тебе волынку из-за состояния, в котором ты.

— Черт побери, — вырвалось у Джонни.

Он открыл дверь кухни, схватил меня за руку и почти втянул по коридору.

— Пошли, — приказал он. — Я присмотрю за тобой.

— Эм, хорошо, — выдавила я, потому что в глубине души понимала, что шансов отказать гиганту-регбисту нет.

— К слову, — крикнул Джонни через плечо, таща меня по лестнице, — ты не так уж и воняешь.

— Эм, спасибо? — пробормотала я, не зная, как реагировать на комплимент от парня и слишком запыхавшись, чтобы придумать что-то лучше.

Он двигался быстро, моя рука все еще была в его, и мне приходилось бежать, чтобы поспевать за его длинными шагами.

Он не остановился, пока мы не дошли до конца площадки и не встали перед закрытой дверью.

Освободив мою руку, Джонни открыл дверь и жестом пригласил меня войти.

Я последовала — и это было словно войти в версию спальни Зала Славы.

Комната была огромной, стены синие, а громадная четырехколонная кровать занимала центр.

Напротив стоял развлекательный центр, похожий на мини-кинотеатр, но мои глаза сразу бросились на ряды трофеев и медалей на стенах.

Витрины с майками, странные кепки и постеры ирландской регбийной команды.

Большое дубовое письменное место стояло между двумя окнами, на нем дорогой ноутбук, кипы учебников и экзаменационных бумаг.

Над ним висела большая пробковая доска, уставленная фотографиями знаменитых спортсменов, рядом с которыми стоял Джонни.

— Итак, — пожал плечами Джонни. — Это моя комната.

Он подошел к кровати и закинул несколько вещей под нее.

— Хорошая комната, — пробормотала я, прикусывая губу.

Типично для подростка — полный хаос: полуголые постеры, одежда разбросана, контроллеры и игры на полу рядом с телевизором и кожаными креслами-мешками.

— Ты можешь принять душ здесь, — сказал Джонни, затем направился к двери в левом углу комнаты.

— Если ты уверен? — выдавила я, чувствуя себя неуверенно в чужой личной зоне.

Мы были почти незнакомы.

Кажется, это было неправильно, но ощущалось так правильно…

— Да, проблем нет, — быстро ответил он, заглянув в ванную. — На вешалке свежие полотенца. Используй любые.

Боже мой.

Это было безумие.

Слишком сюрреалистично.

Я вышла из дома утром, чтобы купить хашбрауны и банку колы, а теперь стою в спальне Джонни Кавана, готовая принять душ в его ванной.

Как это вообще возможно?

— Хочешь, чтобы я закинул твою одежду в сушилку, пока ты в душе? — спросил он, возвращая меня в реальность.

— Мою одежду? — Я быстро покачала головой. — Эм, нет, все в порядке.

Он кивнул и я наблюдала, как он закидывает еще несколько вещей под кровать. — Я бы дал тебе что-нибудь своей одежды, но мама закрывает свой гардероб, когда уезжает.

— Ее гардероб?

— Да, она, эээ… Моя мама работает с одеждой, — неудобно пробормотал Джонни. — На самом деле это огромная комната-гардероб, но она называет ее офисом. — Он усмехнулся, явно думая о чем-то смешном. — Гибси однажды туда вломился и испортил важную вещь для новой линии, поэтому мама теперь держит ее закрытой, когда в Лондоне.

— Твоя мама шьет одежду?

— Да.

Мои глаза расширились. — Как дизайнер одежды?

Джонни кивнул.

— В Лондоне?

Еще один кивок.

— Правда?

— Да.

Ого…

— А твой отец? — пробормотала я. — Врач?