Вооружившись, Хорхе пришёл в церковь, где с облегчением увидел Морнингтона и Рейнольдса. Артур о чём-то разговаривал с падре, а Хорхе направился к Сэму. Рейнольдс имел вид потрёпанный и немного побитый: одежда в грязи, но не порвана, под левым глазом светился довольно свежий синяк.

— Живой?

— Даже целый, — отозвался Сэм, демонстрируя обе ладони. — Пострадала в основном моя гордость.

— В Мексике говорят: El valiente debe tener ojos en la nuca. O al menos un par de amigos que le cuiden la espalda. — Хорхе увидел недоумение на лице Рейнольдса и пояснил: — У храбреца должны быть глаза на затылке. Или хотя бы пара друзей, которые смотрят ему в спину. А ты, jefe, похоже, надеялся, что враги будут предупреждать о себе письмом.

Сэм сморщился и едва не сплюнул на пол, но сдержался — вспомнил, где находится.

— Мало нам Морнингтона с его фразочками, ещё и ты туда же?

Хорхе улыбнулся.

— Зато доходчиво. — Он стал серьёзным. — Но я не шучу, amigo. Не пренебрегай товарищами.

Сэм поднял руки в жесте капитуляции.

— Хорошо-хорошо, только давай больше без мудрёных фраз, во имя всего святого.

Хорхе улыбнулся, показывая, что это была лишь шутка, а затем спросил:

— Так во что ты влип, lobo solitario?

Рейнольдс, увидев на лице мексиканца искреннее любопытство, не стал отказывать в коротком рассказе.

— У меня всё было отлично, пока какой-то вонючий итальяшка не начал проявлять слишком много рвения и внимания. Мою маскировку раскрыли, и я не сумел объяснить, кто я такой и что здесь делаю. И пока я придумывал хорошую ложь, мне треснули по голове, нашли пистолет и посадили под замок. Дальше были долгие разговоры, я вспомнил всех знакомых макаронников, юлил…

— Ты не хотел, чтобы они обратились к… — Хорхе кивнул в сторону мистера Морнингтона.

Сэм признал:

— Да, хотел сам выпутаться.

— Эй, парни! — привлёк к себе внимание Морнингтон. — Подходите, будем обсуждать гениальный план.

Хорхе и Рейнольдс подошли ближе — к отцу Эспиносе, Флоресу, Де ла Крусу и самому Морнингтону. Артур выглядел воодушевлённым и чем-то довольным.

— Итак. Первое: что нам известно о Береговом братстве…

— Son la escoria pirata, — сказал, как сплюнул, Рамон.

— Иначе говоря, — подхватил Артур, — отребье, вооружённое по большей части холодняком и старыми пистолями. Для хорошо вооружённых солдат, какими выступают бойцы охраны «Прометея», — просто мишени для отработки стрельбы.

— Sí, — подтвердил Де ла Крус. — Но там есть El Vengador и его личная гвардия. Он и ещё два наиболее опасных капитана. Магнус Ларсен, по прозвищу Hierro, и Леон Agujero де Клерк.

— Первый — бывший морской офицер, капитан фрегата, — решил пояснить Рейнольдс. — Несколько лет назад его корабль попал в шторм и затонул. Его назначили виноватым, и обозлённый Магнус захватил корабль и начал пиратствовать. По слухам, строит из себя благородного разбойника, но на деле обычный ублюдок. Второй — голландский торговец. К морю не имел никакого отношения, но за каким-то чёртом поплыл в Новый Свет. Попал к пиратам и каким-то образом к ним присоединился, через год став капитаном своего корабля.

— Agujero осторожен и никогда не нападает, если не уверен в результате, — дополнил Рамон.

— Ага… — с некоторым удивлением протянул Артур. — Так Береговое братство, получается, не из местных состоит?

Де ла Крус признал:

— Los mejores peleadores — да. El Vengador вроде испанец, но достоверно это неизвестно. Ну и los más duros среди пиратов тоже — в основном gringos y europeos.

Морнингтон кивнул:

— Ладно, приняли к сведению: самые опасные среди пиратов — ребята с европейской внешностью.

Рамон рассмеялся.

— Estas ratas — эти крысы так много времени провели под нашим палящим солнцем, что ты ни одного gringo не отличишь от los de aquí.

— Я-то как раз отличу, — не согласился Артур. — Тогда по одежде и оружию смотрите. Лучшие бойцы должны быть лучше вооружены и лучше одеты. Согласны?

— Sí, compañero, — кивнул Рамон.

— Отлично, тогда к плану.

Артур вздохнул. По нему было видно: то, что он собирается озвучивать, ему не очень нравится.

— План, к сожалению, не идеален, но с учётом наших целей ничего другого не остаётся. Ловим на живца — в смысле, на меня. Пираты выходят на меня и говорят, куда волочь золото. Со мной будет охрана, человек пять, для охраны золота в первую очередь. А дальше Хорхе, Рамон и ещё кто-нибудь, кто умеет выслеживать, двигаются за нами. Потом… импровизация. Если эти господа будут так глупы, чтобы остаться с нами наедине в тёмном глухом месте — мы их захватим и поинтересуемся, где прячется гавань.

— Куда вероятнее, что они проведут вас на какую-нибудь лохань, — возразил Де ла Крус. — Отслеживать корабль в море так, чтобы он не видел тебя, — бесполезное занятие.

Морнингтон оскалился довольной улыбкой.

— Отлично! Корабль — ещё лучше тёмной подворотни! Достаточно аккуратно захватить и оставить нескольких выживших. Кто-то же должен нам рассказать, где находится их гавань.

— Допустим, они потерпят вашу охрану, доставляющую золото в порт. Но на корабль они ваших людей не пустят, — возразил Рамон.

И вновь Морнингтон лишь пожал плечами.

— Ну и что? Троянский конь.

Никто не понял Артура, кроме отца Эспиносы.

— В ящики вместо золота можно посадить людей, — задумчиво произнёс священник.

Хорхе не понял, как связан какой-то конь с людьми в ящиках, но решил не забивать себе голову и переключиться на практические задачи.

— Вооружённых людей, падре, — поправил Артур.

Народ переглянулся. Хорхе задумался, сколько людей влезет в тот транспортный ящик, и был уверен, что подобный вопрос возник в головах практически у всех.

— Какова вероятность, что в порт приплывёт известный пиратский капитан со своими лучшими головорезами, а не лоханка, неотличимая от обычных рабочих судёнышек? — спросил Артур.

— Nada — нулевая, — подтвердил Де ла Крус. — Французы. Любое судно, от которого хоть чем-то пахнет пиратом, они остановят para inspección, а то и вовсе расстреляют. Нужно что-то неприметное… Un bergantín bermudense. Экипажа десятка два, не больше. Сойдут за рыбаков. У нас таких cientos. А если на палубе разложить redes y barriles con pescado podrido — сети да бочки с тухлой рыбой, вообще никто не подойдёт, побрезгуют.

— В таком случае, господа, прошу за мной, — позвал всех Морнингтон.

Он направился к ящику с оружием. Открывать приказал очень аккуратно, ничего не ломая — ведь этот ящик ещё предстояло использовать. Но через десяток минут верхняя крышка была снята, торцевые замки открыты, и ящик красиво раскрылся своим содержимым. Хорхе, не знавший точно, что именно вёз, мысленно присвистнул. Помимо ожидаемых револьверов — Colt Single Action Army, «Миротворца», Smith Wesson Russian, общим количеством под сотню, четырёх десятков Winchester Model 1873 и пятка Sharps Rifle — здесь было нечто, что привело Хорхе, да и не его одного, в злое предвкушение. Два Gatling Gun Model 1874, новёхонькие, без следов использования. Ну и патроны для всего этого добра, само собой.

— Босс… Откуда всё это? — спросил удивлённый Рейнольдс.

Артур как-то хитро улыбнулся.

— Эхо войны, — ответил он и пояснил: — Старик Уилсон расстарался. Так что не стесняемся, господа, вооружаемся и готовимся к разведывательно-диверсионной миссии. — Он повернулся к отцу Эспиносе. — Кстати, золото я пока оставляю вам. В принципе, какую-то часть могу и насовсем оставить, если оно вам надо.

Рамон удивился:

— А кто в здравом уме откажется от золота? Для нашего движения это…

Однако его остановил отец Эспиноса.

— Его слишком много, Рамон. Значит, его нужно хранить, охранять. Мы не сможем ничего купить на такие суммы. А если начнём — это привлечёт внимание. Так что мистер Морнингтон совершенно прав.

— Вот когда у вас будет своя гавань, — продолжил мысль Артур, — там сможете хранить и охранять. И пользоваться по мере необходимости.