Однако Анджело упорно шёл вперёд, тщательно разглядывая вывески питейных заведений. Ему нужно было вполне определённое заведение, потому что именно там, как ему удалось узнать, уже больше недели, торчал его брат Рафаэль. В этот момент в голове Анджело не было привычных злобных мыслей, ревности, зависти и презрения, которыми он был наполнен в последние годы по отношению к брату. Просто потому, что выросшие на его пути проблемы оказались пострашнее даже этих внутрисемейных склок.

Наконец он нашёл нужное здание и юркнул внутрь, тут же оглядываясь по сторонам. Рафаэль обнаружился за самым дальним столиком. Он лениво попивал напиток из кувшина и туманным взглядом рассматривал окружающий балаган. Игнорируя любопытные взгляды, Анджело направился к нему и поспешно присел напротив.

Тот посмотрел на брата равнодушно и скривился.

— Убирайся, Анджело, я видеть тебя не хочу! А не уйдёшь — рожу расквашу.

Рафаэль выглядел совершенно разбитым и при этом абсолютно искренним. Анджело не сомневался: тот сделает то, о чём пригрозил. Но сейчас Рафаэля нужно было вытащить отсюда. Предстоял важный разговор — важнейший из всех, какие Анджело когда-либо доводилось вести.

— Послушай, брат, у нас большие проблемы. И эти проблемы всё ещё можно решить. Пойдём, обсудим, я многое расскажу.

— Отвали, Анджело, — прорычал Рафаэль. — Благодари Провидение, что ты ещё жив-здоров и не задушен мной во сне. После того, что ты натворил...

Рафаэль замолчал, тяжело дыша, а потом откинулся на спинку стула и отсутствующим взглядом уставился куда-то в потолок.

Анджело выругался сквозь зубы.

— Слушай, — прошипел он, — я слышал, что ты поцапался со своей попаданкой, но разве это повод вести себя так отвратительно? Сидишь в этом застойнике, хлещешь всякую бурду. Пойдём, поговорим о серьёзном деле. Наша семья в серьёзной опасности!

— Отвали! — снова бросил Рафаэль.

Анджело не выдержал. Он подскочил на ноги и схватил брата за одежду. Тот тут же вырвался из хватки и тоже вскочил. Они смотрели друг на друга, готовые броситься в драку. Окружающие с любопытством уставились на них, разговоры стихли.

Анджело, понимая, что всё это может очень дурно закончиться и что ярость Рафаэля ему сейчас не с руки, заставил себя выдавить:

— Марта оказалась предательницей. И если ты хочешь услышать об этом, тебе придётся пойти со мной.

Глаза Рафаэля расширились, на лице появилось недоумённое выражение. Марту он ценил и по-своему любил. Эта девчонка ошивалась рядом уже лет десять, попала к ним подростком, всегда была услужливой и неприметной. Он доверял ей абсолютно и полностью — а здесь такие дикие заявления.

Но, наверное, именно такие — и только такие — заявления могли вывести его из состояния полного отчаяния, вызванного глубоким разочарованием.

Рафаэль присел обратно, Анджело тоже вернулся на свое место.

Предательство Сони оказалось для Рафаэля невыносимым. Ведь он полюбил… Влюбился, как ненормальный, в нежную, уязвимую и при этом яркую и прекрасную попаданку.

Он давно не смотрел на неё как на неполноценную. Он видел, что она достаточно умна, достаточно сильна и загадочна. Мечтал, что однажды научит её говорить, и она станет невероятной, по-настоящему невероятной, чтобы остаться частью его жизни навсегда…

И тут вдруг — её обман. Всё это время она умела говорить, всего лишь притворяясь немой и глупой! Но как вообще так получилось? Все попаданки из других миров не обладали столь обширным интеллектом. Она, возможно, уникальна в своём роде, но в её лжи ему почудились исключительная хитрость и коварство.

Разве он мало доказал ей свою привязанность? Разве он не был искренним с ней до конца? Почему… почему она не призналась в том, какова на самом деле? Этот факт задевал Рафаэля больше всего и приводил его в бешенство.

Зато принц всё знал. Может быть, она собиралась бросить его и стать любовницей этого проходимца из королевской семьи? Подумав об этом снова, Рафаэль сжал кулаки и едва не зарычал, теряя над собой контроль.

Но Анджело дёрнул его за рукав и вернул к реальности.

— Да хватит уже думать о своей попаданке! — разозлился брат. — Она водила тебя за нос! На самом деле эта девчонка прекрасно умеет разговаривать, а ты, дурак, ей верил! Забудь о ней. Подумай о семье!!! А если не веришь мне, пойди и поговори с отцом, который сейчас едва ли не на смертном одре!

Рафаэль вытаращил на брата глаза.

— Так ты знал? Ты знал об этом? Она и тебе призналась???

Анджело несколько опешил, растерявшись от его вопроса, а потом сбивчиво ответил:

— Она мне не признавалась, я сам догадался. Просто я не настолько глуп и слеп, как ты. Достаточно понаблюдать за ней немножко — и всё становится на свои места. Думаешь, я на самом деле хотел что-то с ней сделать? Да я хотел заставить её открыться, вот и всё! Поэтому хватит смотреть на меня как на врага. Это она враг, а не я!

Пришибленный ещё и этой новостью, Рафаэль почувствовал, что вот-вот взорвётся, но тут до него дошёл смысл прежних слов брата. Он нахмурился и посмотрел на Анджело.

— Отец болен?

— Наконец-то! — всплеснул руками Анджело. — Долго же до тебя доходит. Да, отец очень болен. Ты должен прийти и повидаться с ним. И во всём этом виновата Марта!

После таких заявлений Рафаэль уже не мог противиться брату, оставаясь здесь. Он поднялся на ноги и кивнул в сторону входа. Анджело облегчённо выдохнул, и они вдвоём поспешили прочь…

Себастьян ди Арно, бледный как смерть, лежал в кровати и не двигался. Его длинные седые волосы разметались по подушкам, он дышал тяжело, выглядел осунувшимся, и Рафаэль задрожал, когда увидел отца в таком состоянии. Да, они не ладили, терпеть друг друга не могли, но он всё-таки был его отцом, и в этот момент Рафаэль понял, что все склоки между ними и яйца выеденного не стоят.

Сокрушаться было поздно. Он шагнул вперёд, подошёл ближе, чтобы отец его увидел, и проговорил:

— Боже, что произошло, отец? Как такое возможно? Ты болен? Как давно?

Себастьян что-то прохрипел, а матушка, стоящая рядом, заплакала, утирая слёзы платочком.

— Это случилось внезапно, — начала она рассказ. — С утра всё было в порядке. Отец, правда, злился, один слуга ему насолил. Но вдруг… вдруг я услышала шум из его кабинета. Вошла — а он лежит. И уже бледный, почти синий. Не знаю, как такое могло произойти.

Она начала рыдать пуще прежнего, и Рафаэлю пришлось её обнять. Анджело стоял в сторонке, скорбно глядя на родителей. В этот миг вся семья была единодушна, как никогда. Жаль, что хорошие отношения зачастую случаются лишь тогда, когда развить их становится фактически невозможно.

— Это заговор, — вдруг выдавил из себя Себастьян и замолчал, словно преодолев огромное усилие.

Рафаэль бросился к нему, хватая за руку.

— Отец, кто это сделал? Тебя отравили? Что произошло?

Себастьян снова собрался с силами и прошептал:

— Марта… Заговор… Убийцы…

Понять смысл было сложно, и Рафаэль впервые почувствовал настоящий ужас. Неужели Марта способна на всё это? И отец, и Анджело утверждали, что она сделала что-то ужасное. Но что?

Он беспомощно развернулся к брату и воскликнул:

— Что происходит? Мне нужны какие-то факты. Ты знаешь, что на самом деле произошло?

Анджело мотнул головой.

— Всё, что отец сумел сказать мне за это время, — это то, что разговаривал с Мартой, и она что-то от него требовала.

— Когда это было? — Рафаэль повернулся к матери.

Она задумалась и сказала, что Марта действительно была в их поместье рано утром этого же дня, когда с Себастьяном всё случилось. Но в момент, когда ему стало плохо, она не присутствовала.

Рафаэль тяжело дышал, сжимал пальцы в кулаки, а голова кружилась от раздирающих душу эмоций.

Вдруг в тот же миг снаружи послышался шум. Все трое бросились к окну и с ужасом уставились на то, что творилось во дворе. Незнакомые люди — вооружённые, в обмундировании гвардейцев короля — теснили солдат Себастьяна, методично отправляя их на тот свет.