Поэтому на пир я явилась будто другим человеком — твёрдой, уверенной и предельно осторожной.

Зал для пира оказался поистине величественным. Это было огромное тронное помещение с высокими сводами, поддерживаемыми колоннами, украшенными резными изображениями драконов. Под потолком мерцали кристаллические светильники, излучавшие тёплый золотистый свет. Стены были отделаны тёмным камнем с вкраплениями алых прожилок, будто застывшее пламя навсегда заключили в породу.

Вдоль зала прямоугольником стояли длинные массивные столы, покрытые тяжёлыми бордовыми скатертями. На них уже громоздились серебряные блюда, кубки, графины с вином. Зал был забит народом: придворные, министры, военные, знатные драконы — всё смешалось в гулком, напряжённом ожидании.

В конце зала, на возвышении, под огромным резным балдахином, возвышался трон. И на нём, величественно, будто в сказке, восседал мужчина, при виде которого я ошеломлённо открыла рот.

Это был он.

Тот самый страшный дракон, так напугавший Лори.

Значит, её приёмный отец и есть тот монстр, из-за которого она стала такой, какой стала???

Рядом с троном я заметила принца Микаэля. Он был одет в парадный костюм, поблёскивающий от обилия драгоценных камней. Но рядом с владыкой молодой мужчина казался напряжённым и покорным, и моё сердце тревожно заныло.

Зря я думала, что принц сможет защитить меня. Нет. Рядом со своим отцом он будто никто.

Вот почему он понятия не имеет, кто именно сотворил такое с его любимой Лори…

Тогда что могу сделать я?

Вдруг почувствовала себя мелкой и ничтожной. Всего лишь слабая попаданка против могущественного и жестокого дракона… Да он раздавит меня одной левой — рукой или лапой…

Но изнутри поднялся бунт.

Нет уж. Хватит ныть. Хватит чувствовать себя так.

Прекрати, София!

И в этот момент правитель драконов посмотрел прямо на меня…

Казалось, взгляд правителя драконов прожигает мне душу. Хотелось сбежать от него, закрыться, раствориться в толпе и исчезнуть. Влияние этого существа было безумно велико, густое, почти осязаемое, словно тяжёлый горячий воздух перед грозой. Но я не поддавалась, не могла поддаться!

Я закрыла глаза, будто спряталась, и почувствовала, как собственная магия невидимо и легко оплетает меня, создавая некую защиту. Тонкие, прохладные нити силы, будто живущие своей собственно жизнью, всячески старались позаботиться обо мне. Потому что я попросила её — мне хотелось закрыться, чтобы не чувствовать этого тяжелого влияния, не утонуть в нём, не позволить королю раздавить мою волю…

Вот, каким образом он лишает попаданок их разума!

Боже, да кто он такой? Почему так сильно отличается ото всех? Почему рядом с ним даже воздух кажется иным — более плотным, пропитанным древней властью?

И вдруг в разуме вспыхнуло воспоминание. Я о нем совершенно забыла, а сейчас увидела, как наяву — до мельчайших деталей, до запаха свечного воска и шуршания платьев.

Я ведь уже встречала короля драконов. Тогда я не знала, что это дракон. Но на одном из приёмов мой свёкор лично представлял меня его величеству. Помню, каким неуклюжим и даже немного забавным он мне тогда показался. И это был не тот мужчина, кого я сейчас видела перед собой.

Прежний король был уже не особо молод, немного плотноват, внешне напоминал Петра Первого и выглядел в какой-то степени добродушным (на первый взгляд). В его глазах читалась усталость и снисходительность человека (дракона), привыкшего к долгому правлению и поклонению своей личности. А вот этот некто, от ауры которого хотелось разомлеть и свалиться в обморок, был совершенно другим — опасным, настороженным, жестким…

Этот незнакомец был значительно моложе. Я бы не дала ему больше сорока лет. Худой, широкоплечий, с колючим, мрачным взглядом. В его чертах не было ни намёка на мягкость — только холодная расчётливость и скрытая сила.

Это однозначно были разные драконы.

За столь короткий срок в королевстве не мог так просто смениться правитель! Принц Микаэль никак не годился этому чернявому в сыновья — слишком мала разница в возрасте, слишком очевидна несостыковка, — а ведь он так преданно смотрит на «отца» и выглядит, хоть и напряжённым, но совершенно воодушевлённым, словно находится рядом с тем, кем всегда восхищался.

Что происходит? Чего я не понимаю или не знаю? И почему только я замечаю эту разницу?

Я могла бы, наверное, придумать тысячу оправданий таким несостыковкам, если бы не провела последние несколько дней за чтением множества драконьих книг. Я изучала летописи, описания церемоний, старые хроники. На самом деле король в королевстве был только один, и заменить одного на другого было не так-то просто. Даже когда правитель покидал этот мир, чтобы короновать нового, требовались многочисленные церемонии, согласие старших родов, оглашение перед всем народом. Это обязательно коснулось бы всего населения. Я должна была бы услышать о произошедшем. Такие события не проходят тихо.

Но ничего подобного не случалось.

Закон был непреложен, и драконы свято его соблюдали.

Значит, что-то не так. Значит, во всём этом есть подвох.

Так как я была сопровождающей Лори, мы, естественно, одними из первых направились к его величеству для приветствия. Музыка в зале звучала приглушённо, разговоры стихали по мере нашего приближения. Я держалась за спиной принцессы-попаданки, ощущая на себе десятки взглядов. На нас поглядывали с интересом и с насмешкой. Ещё бы — попаданки в этом мире всегда были объектом презрения, даже если обладали статусом. Нас терпели, но не принимали.

Наконец мы остановились перед роскошным троном на возвышении. Каменные ступени казались бесконечно длинными. Его величество, взирая на нас сверху вниз, слегка поднял руку в знак приветствия.

Лори идеально отработанным движением сделала низкий поклон, и я последовала её примеру, стараясь не поднимать взгляда. Ощущение тяжелейшей опасности, нависшей над душой, только усилилось, будто над нами зависла невидимая тень.

Я позволила себе взглянуть лишь на принца Микаэля. Он был очень доволен и смотрел на меня и Лори с явной гордостью, словно наше присутствие подтверждало его собственную значимость.

Жестом его величество отпустил нас, и мы отошли в сторону. Лори не захотела топтаться рядом с толпой аристократов, и она смело поднялась по ступеням, замерев около названого брата. Я, естественно, последовала за ней. Теперь я могла видеть зал с высоты постамента — море лиц, блеск драгоценностей, мерцание огней.

На нас глядели с прежним любопытством, но гости были сравнительно расслаблены, будто не происходило ничего странного, будто на троне не сидел совершенно незнакомый дракон. Никто не выглядел встревоженным. Никто не шептался о переменах.

Подозрения яростно роились внутри, словно пчёлы в потревоженном улье.

Я бочком протиснулась к принцу Микаэлю и встала за его спиной. Когда вереница гостей со своими приветствиями потянулась к королю и отвлекла его внимание, я наконец решилась и тихо обратилась к Микаэлю:

— Скажите, ваше высочество, ваш отец всегда выглядел так молодо?

Принц обернулся и посмотрел на меня с насмешливым недоумением.

— Молодо? Ты ему льстишь, София. Как для дракона он выглядит очень почтенно.

Он наклонился ближе и зашептал, явно развлекаясь моей наивностью:

— Посмотри, какой живот отрастил. У драконов с их удивительной регенерацией тела подобное встретить крайне сложно. Но мой отец однозначно может то, что недоступно другим!

У меня буквально отпала челюсть.

Значит, принц Микаэль по-прежнему видит своего отца тем самым плотным мужичком, похожим на Петра Первого!!!

О Боже… Кажется, короля подменили.

И вижу это только я!

Анджело торопливо шёл по улице, пряча лицо за тёплым меховым воротником. Уже темнело, холодный пронизывающий ветер пытался забраться ему под плащ. Всякого рода подозрительные личности сновали мимо, поглядывая на него с алчным блеском в глазах. Ему, как любому аристократу, было крайне непросто находиться посреди квартала нищих. Здесь орудовали преступники, и распрощаться с жизнью можно было в любое мгновение.