Я навострила уши. А что, тут такое бывает?

Это становилось интересным. Кажется, мне нужно попасть именно туда.

— Они прижучат наглеца, так что попаданку, скорее всего, отберут. Если что, я буду свидетелем. Но ты… — он остановился и посмотрел на меня строго. — Не вздумай больше повторять подобные фокусы! Да, я понимаю — женская и попаданческая солидарность, но учти: драконы очень злопамятные. Не успеешь оглянуться, как окажешься в ловушке. И я вместе с тобой.

Да что он заладил — драконы, драконы??? Какие-то людишки величают себя рептилиями! Фу, аж противно. Высокомерие зашкаливает.

Наверное, я слегка надула губы, потому что Рафаэль выдохнул и закатил глаза к небу.

— Ладно, ты же ничего не понимаешь. И тебе мои слова — как горохом об стенку. Как жаль, что я не могу научить тебя говорить…

Сказав это, он вдруг встрепенулся и посмотрел на меня с интересом.

— А может, действительно начать с тобой заниматься? Если ты способна ездить на лошади и давать по морде целым драконам, то, наверное, и речью сможешь овладеть? По крайней мере, хоть в какой-то степени…

Его лицо озарилось светом и радостью.

— Точно! Сегодня же начнём наше первое занятие.

Я остолбенела. Вот это его понесло. Хотя… а может, это мой шанс? Шанс сделать кое-что интересное…

Я думала, что об обучении Рафаэль говорил не всерьёз. Но уже ближе к вечеру он заявился в выделенную мне комнату с какой-то потрёпанной книжкой в руке.

Ему открыла Марта. Она как раз убиралась у меня в комнате, при этом довольно внимательно меня разглядывая. Я всеми силами делала вид, что изучаю собственные ногти. Чего она хочет от меня? Опять будет испытывать на мне своё псевдогипнотическое воздействие?

Не знаю, на что решилась бы служанка, если бы не пришёл Рафаэль. Как только он появился, она тут же откланялась и убежала.

Муж закрыл за собой дверь, вальяжно расселся в кресле и уставился на меня с немым вопросом в глазах. Вскоре он этот немой вопрос озвучил:

— Ну и что мне с тобой делать?

Я едва не пожала плечами. Уже настолько привыкла молчать, что мне и в голову не пришло отреагировать как-то иначе. Вскоре вообще разучусь разговаривать.

Наконец он выдохнул и, указав на книгу в руке, громко произнёс:

— КНИ-ГА.

По слогам, как первокласснице.

Я смотрела на него несколько мгновений, решая, как же поступить. Учить ли мне язык или нет. Ну а что я теряю? В принципе, создать видимость того, что я способна на некую речь, на данный момент будет, пожалуй, выгодно.

Да и скучно мне.

Сыграю-ка я в очень интересную игру, отточив свои актёрские способности.

Я открыла рот и хрипло произнесла:

— КНИ-ГА.

Почему хрипло? У меня уже голос атрофировался от того, что я постоянно молчу.

Рафаэль хлопнул себя по бёдрам.

— Молодец! — воодушевлённо произнёс он.

И это воодушевление меня реально изумило. Нет, ну складывается впечатление, что ему нравится со мной возиться. Удивительно и на него совсем не похоже. Иногда муж бывает очень даже забавным… пока не начинает выпячивать свой цинизм, вредность и неразборчивость в связях.

— А это стол, — он положил ладонь на столешницу.

Я проследила за его движением и приглушённо произнесла:

— С-Т-О-Л.

— Умница!

Он пошарил в кармане, повозился там и достал завёрнутую бумагу конфетку. Протянул мне с таким видом, будто я собачонка, которую прикармливают после очередного трюка.

Блин, как же это унизительно. Ну да ладно, я уже давно в этой роли, ещё немножко потерплю.

Я забрала конфетку и тут же её слопала.

— Ах ты, сладкоежка, — по-доброму пожурил меня он.

Интересно, чего же он на самом деле добивается? Сейчас — просто сама доброта, но я не верю в искренность таких порывов.

За час мы условно выучили штук пятьдесят слов. Он был в восторге от того, как я легко схватываю всё на лету. В ход пошли простые предложения: я хочу поесть , я хочу попить , я хочу в туалет . Да, он учил меня и этому тоже. Наверное, чтобы я нигде не устроила ему «туалетную» неприятность, как будто уже были прецеденты.

А потом вдруг лицо его сделалось хитрым-хитрым, как у лукавого мальчишки. Он наклонился ближе, словно собирался доверить какую-то тайну, и произнёс:

— А теперь повтори: Анджело — идиота кусок! Одомашненная ящерица! Бескрылая черепаха!!!

Я оторопела, глядя на Рафаэля с недоверием.

Что он сейчас делает? Использует несчастную «глупенькую» попаданку, чтобы насолить братцу?

Впрочем… я и сама не против ему насолить, так что… принимаю правила игры.

***

Анджело устал летать над столицей и, сложив крылья, стремительно спикировал вниз. В этой части неба разрешалось летать только до заката. Сил он, конечно, потратил на полёты немеряно. Просто нужно было немножечко поразмышлять о сложившейся ситуации, а лучше всего думается в полёте.

Играть шута ему безумно надоело. Однако этой роли приходится придерживаться много-много лет. Ведь иначе не достичь той цели, которую он себе поставил.

Дракон грузно опустился на торговую площадь, которая сейчас, в сумерках, была почти полностью пуста.

Обратная трансформация была довольно сложным процессом. К сожалению, его род относился к тем драконам, которые перевоплощаться могли с трудом, тратя на это огромное количество энергии и магии. Поэтому летал Анджело довольно редко и без необходимости в небо не поднимался. Рафаэль же вообще месяцами мог оставаться в теле человека. Лентяй и балагур.

Анджело поморщился, стряхивая с себя остаточное напряжение в мышцах после трансформации. Одежда не пострадала, будучи магически привязанной к его телу.

До его нового дома — пять минут пешком. Площадь резко сворачивала в узкие, непримечательные улочки, примыкавшие к западной части дворца. Дракону благородных кровей было противно находиться здесь, но наказ отца был вполне ясен. Нужно следить за любименьким папенькиным сынком.

От напряжения Анджело сжал кулаки. Он всегда знал, что отец жаждет оставить большую часть своего наследства именно Рафаэлю. Чем этот пустоголовый идиот заслужил такую честь, молодой дракон не представлял. Казалось бы, Анджело был более послушным, покладистым, готовым выполнять все поручения отца, но тот постоянно смотрел только на Рафаэля. И это просто бесило.

Всеми силами он притворялся равнодушным к этому факту, но на деле не собирался оставлять всё на самотёк. Отец должен увидеть, что Рафаэль недостоин той чести, которая ему приготовлена. И нянькой этому идиоту он становиться не будет.

Однако, входя в дом, Анджело нацепил на лицо привычную нахальную ухмылку, решив отыгрывать роль до конца.

Из маленькой кухоньки послышался звон посуды. Наверное, там Марта хозяйничает, гремя кастрюлями. В остальной части дома было тихо. Анджело стремительно поднялся по лестнице, свернул в единственный коридор и, услышав голоса за одной из дверей, остановился.

Это была комната попаданки, на которой женился недалёкий Рафаэль. Какой же он идиот! Просто одомашненная ящерица, честное слово — дальше своего носа не видит ничего. Его жена далеко не так проста, как ему кажется. А он категорически не желает посмотреть правде в глаза.

Впрочем, пусть не смотрит. Пусть его позор станет только глубже. А эту девицу он обязательно разоблачит. Сейчас как раз для этого представится немало возможностей.

С самодовольной ухмылкой Анджело толкнул дверь и, переступив через порог, уставился на необычную картину.

Рафаэль и его супруга сидели на полу, на подушках. Чем он с ней занимался, было неизвестно, но, когда Анджело вошёл, Рафаэль с восторгом вскочил на ноги.

— Брат, ты только послушай, что умеет моя замечательная попаданка! Она может говорить! Оказывается, попаданки становятся способнее, если быть к ним более внимательными. Соня, — он повернулся к девушке. — Скажи что-нибудь. Ну!