Поэтому я просто кивнула, и Рафаэль с улыбкой потащил меня на второй этаж. В комнате буквально насильно уложил в кровать, укрыл одеялом, как милый папочка, и ушёл, оставив в моей душе полнейший раздрай.

Он теперь всегда будет таким? Добрым, нежным, заботливым? А как же моё сердце? Оно не выдержит. Оно начнёт привыкать к нему. Начнёт чего-то ждать. Боже, это же ужас! Это же самое настоящее рабство.

Так и влюбиться можно по уши! А любовь в мои планы не входила…

В конце концов мне надоело валяться. Я выскользнула из кровати, поправила причёску и решила спуститься вниз. В конце концов, я голодна и имею полное право перекусить.

Оказавшись в холле, свернула на кухню, но замедлила шаг, услышав голоса. Почему-то я почувствовала глубокое напряжение, поняв, что Рафаэль находится там с Мартой, и они о чём-то оживлённо беседуют. В итоге я замерла у входа и просто заглянула внутрь — так, чтобы меня не заметили.

Когда же я увидела происходящее, то застыла в ошеломлении. Рафаэль был полуобнажён до пояса. Он расслабленно сидел на стуле, а Марта делала ему массаж плеч. Эта какая-то слишком интимная ситуация вызвала во мне невиданную бурю злости. Вот честно, меня аж потряхивать начало от того, какими мягкими, порхающими и гладящими движениями эта служанка прикасалась к моему мужу.

Боже, неужели я ревную? Но так и есть!

Произошло абсолютное внутреннее раздвоение личности. Одна часть меня кричала, что это совершеннейшая глупость. Я не могу ревновать Рафаэля. Он тот, кого я хочу заткнуть за пояс. Я утру ему нос, обязательно! Он ещё попляшет у меня за то, что вырвал из родного мира и назвал животным…

Но другая часть меня — та, которая узнала его истинную природу, которая уже окуналась в океан его зарождающейся нежности, — она бунтовала.

«Рафаэль мой! — кричала она. — И только мой».

А ещё меня злило, что Рафаэль так спокойно относится к подобному сеансу прикосновений, как будто это в порядке вещей. А может, она ему не только массажи делает, а ещё какие-нибудь, более откровенные услуги предоставляет??? Эта мысль заставила сжать руки в кулаки.

Ну да, я же своих супружеских обязанностей не исполняю — он может с лёгкостью пользоваться заменой в лице Марты!

Меж тем служанка наклонилась ближе к уху Рафаэля и проговорила:

— Господин, я вижу, что вы совершенно разбиты. Неужели пользовались оборотом?

— Пользовался. Ну и что? — лениво бросил Рафаэль, закрывая глаза от удовольствия.

— Но вы ведь знаете, как тяжело вам это даётся. Знаете и о последствиях. Вам нужно хранить силы. Лучшее время для более частых оборотов — после тридцати лет. Вам нужно подождать некоторое время. Зачем вы обернулись?

Я навострила уши и одновременно возмутилась. Что это она учинила ему допрос? Ну же, Рафаэль, поставь её на место! Но, к моему огромному удивлению, муж преспокойно ответил:

— Стычка у меня случилась с одним сбродом. Они хотели навредить Соне. Я должен был вмешаться.

На мгновение Марта замерла и нахмурилась.

— То есть вы обернулись ради неё? Ради попаданки?

— У неё есть имя, — произнёс Рафаэль и неожиданно выпрямился. — Впредь называй её просто госпожой Соней. Не говори «попаданка», это как-то грубо!

Я почувствовала жаркую волну удовольствия, пробежавшую по телу. Даже в такой мелочи Рафаэль защищает меня! Боже, что происходит между нами? Почему, ну почему он становится таким душкой?

Марта же недовольно поджала губы.

— Я должна предупредить вас: слишком частые обороты в вашем возрасте могут привести к проблемам со здоровьем. Ваша магия ещё нестабильна. Осталось всего несколько лет — потерпите. А попаданку, то есть госпожу Соню, может защищать и кто-то другой.

Рафаэль резко развернулся и посмотрел на неё вопросительно.

— Кто-то другой?

— Ну… — служанка пожала плечами. — Сейчас перед вами встают большие задачи, — продолжила она невозмутимо. — Если вы покажете себя ответственным чиновником и ярко проявите свои таланты, то, во-первых, наказание закончится быстрее, во-вторых, это напрямую повлияет на ваше будущее. Сосредоточьтесь на работе и поручите приглядывать за Соней, например, вашему брату. Он всё равно слоняется без дела. Мне кажется, господин Анджело вполне способен защитить её от любой опасности.

Я просто опешила от её слов. Она только что заявила, что один из господ слоняется без дела? Неужели Рафаэль и это проглотит так просто?

И, к моему удивлению, муж проглотил. Почти.

— Нет, Марта. Брат слишком безответственный, чтобы я возложил на него настолько серьёзное поручение. Я сам защищу Соню. Она моя!

— И всё же… настоятельно прошу вас прислушаться к моим словам… — продолжила Марта. — Вы должны перестать бояться за свою Соню. С ней ничего не случится. Ваш брат не причинит ей вреда…

В её голосе появились странные нотки, и я насторожилась. Где-то я уже слышала такую интонацию. Ах да — именно такими речами она когда-то пытался повлиять на меня и заставить действовать по своей указке.

Рафаэль слегка поплыл: взгляд его затуманился, лицо резко расслабилось. Он стал совсем не похож на самого себя, и я с ошеломлением поняла: Марта действительно занимается внушением, и только на меня одну оно совершенно не действует…

Мне снилось что-то странное, но очень чувственное. Я проснулась, уставилась в потолок, ощущая неприятное чувство в душе. Точно, мне снилось, что я целуюсь с Анджело! И, честно говоря, это было отвратительно. Что происходит? Откуда подобные глупости в разуме?

И вдруг я услышала шорох. Замерла, тут же ощутив в комнате чужое присутствие. Но я же запирала дверь на ночь! Из темноты, как привидение, появилось очертание фигуры. Я едва не завопила от ужаса, пока не узнала в этом «привидении» Марту.

Она остановилась надо мной, широко распахнула глаза и начала распевать со своей особенной интонацией:

— Ты сейчас поднимешься с кровати и, не одеваясь, пойдёшь за мной. Будешь делать то, что я тебе скажу, не сопротивляясь, не возмущаясь, покорно и послушно… Ты чувствуешь себя в полной безопасности, ты расслаблена и полностью доверяешь мне…

На меня всё это совершенно не действовало. Очень хотелось рассмеяться ей в лицо и заявить: «Чего же ты добиваешься, дорогая?» Но… не мешало бы проверить, что именно она задумала. Поэтому я изобразила странные, якобы подчинённые чужой воле движения и выбралась из кровати. Обула тапки, даже слегка вытянула вперёд обе руки, чтобы казаться этаким лунатиком, ведомым чужой волей.

— Моя умница! — заулыбалась Марта. — Какая послушная... попаданка. Нет уж, не бывать тебе госпожой Соней. Только попаданка. Это самое лучшее имя для тебя…

Вот она и раскрыла своё истинное отношение! Ну-ну, я, конечно, хорошего и не ждала, так что сюрприза не вышло…

Мы вышли из комнаты, и я тут же вспомнила сказку, в которой мальчик, играющий на флейте, вывел из города сотни крыс. Очень напоминает…

Наконец мы прошли до конца коридора и остановились перед комнатой Анджело. Ага, кажется, картина начинает проясняться. Она хочет толкнуть меня на измену? Для чего? Хочет, чтобы Рафаэль возненавидел меня? Ах ты ж крыса!

— А теперь заходи, — продолжила Марта зловещим голосом. — Заходи. Прекрасный господин Анджело ждёт тебя. Ты ему нравишься. Тебе он нравится тоже, очень! Иди же в его объятия. Ты будешь счастлива, тебе будет очень-очень хорошо!!!

Конечно же, я не пошла. Как стояла, так и осталась стоять перед дверью. Просто не сдвинулась с места, глупо моргая и делая вид, что ничего не вижу.

Марта обошла меня, заглянула прямо в лицо и продолжила:

— Заходи, ты очень хочешь туда войти! Не противься, улыбайся. Ты же хочешь быть счастливой, правда? Ты любишь господина Анджело, он самый лучший для тебя!

Её голос тёк и тёк, но обтекал меня по дуге. Я перевела на служанку взгляд и сделала его максимально бессмысленным. Пялилась на неё всё то время, пока она бормотала свои внушения, и они не срабатывали. Ну, естественно, я же не собиралась её слушаться!