— О-о, это твой мужчина. — Она слегка пританцовывает на сиденье.

Я написала Оскару, что мы выехали обратно.

— Пишет: «Хорошо, увидимся позже». Ну и скукотища.

Я едва заметно морщусь.

Она, конечно же, замечает.

— Это еще что такое?

— Он просто занят. На прошлой неделе его назначили временно исполняющим обязанности капитана, и навалилось очень много всего.

— В каком смысле? — осторожно спрашивает она.

— У него сейчас куча дел. Переход оказался тяжелым.

Она замолкает, наблюдая за мной.

— Но с тобой он по-прежнему хорошо обращается, да?

— Конечно. Он лучший. Просто немного отдалился.

Я протягиваю руку и сжимаю ее колено. Не хочу, чтобы она за меня переживала. Она и так пережила этого на целую жизнь вперед.

— В каком смысле отдалился?

Я знаю, почему она спрашивает.

После того как я наконец призналась, что Аарон со мной делал, Люси месяцами себя изводила за то, что не заметила происходящего. Сколько бы я ни повторяла, что она никак не могла знать — особенно учитывая, как старательно я все скрывала, — ей от этого легче не становилось. Теперь она явно намерена сделать так, чтобы подобное больше никогда не повторилось.

Но эти ситуации вообще не похожи.

Аарон замыкался и игнорировал меня в наказание, чтобы я сильнее старалась вернуть его расположение. А Оскар, пусть и совершенно неправильно, думает, что таким образом меня защищает.

— Мы почти каждую ночь остаемся друг у друга, он говорит, что любит меня, он такой добрый и заботливый... Но между нами словно выросла стена, и я никак не могу через нее пробиться. Спрашиваю, как прошел день, а он сразу переводит тему.

— Может, он просто хочет оставлять работу на работе? — предполагает она.

Хотела бы я, чтобы дело было только в этом, но я чувствую — там что-то еще. Каждый раз, когда такое происходит, меня не покидает ощущение, что что-то очень не так.

— Я понимаю, но ведь это явно так сильно на него давит. Не думаю, что ему полезно просто запирать все внутри.

— Как думаешь, он хоть с кем-нибудь об этом говорит?

Я вздыхаю.

— Не знаю. Может быть? Надеюсь.

— Мне кажется, тебе просто нужно продолжать быть рядом. Пока он знает, что ты рядом и готова его поддержать, он сам откроется, когда будет готов.

— Да, наверное.

— А если нет, я всегда могу взять его в захват, когда увижу.

Я внезапно прыскаю со смеху.

— Вот за это зрелище я бы заплатила.

Люси ростом едва метр пятьдесят с небольшим, и представить, как она пытается скрутить Оскара... Он, наверное, из вежливости позволил бы ей, но ей все равно понадобилась бы стремянка, чтобы хотя бы попробовать.

— Я смогу.

— Ну конечно.

— Смогу! — возмущается она. — Я вообще-то боевая.

Как я вообще прожила без нее семь месяцев?

Оскар

Как, черт возьми, я умудрился за две недели устроить здесь такой бардак?

Я оглядываю стопки бумаг, раскиданные по некогда безупречному столу Мака. Перерываю одну из них, которая выглядит так, будто вот-вот рухнет, пытаясь найти нужный отчет о расследовании. Я и понятия не имел, сколько, мать его, бумажной работы приходится на капитана. У Мака все выглядело так легко.

Не понимаю, как он вообще мог решить, что я когда-нибудь справлюсь с этим.

Я прокручиваю плечами, пытаясь хоть немного снять напряжение. Господи, мне нужно поспать. Я возвращаюсь так поздно, что едва успеваю пожелать Фрее спокойной ночи, прежде чем отключиться. Может, стоит начать ночевать у себя. Не хочу, чтобы она постоянно меня дожидалась. Она говорит, что не против, что все равно не спала бы, но я-то ее знаю. Будь ее воля, она каждый вечер уже в половине десятого видела бы десятый сон.

Знаю, что в последнее время со мной не особо весело. Фрея постоянно спрашивает, что случилось, но что я ей скажу? Я едва уговорил ее впустить меня в свою жизнь, и что она сделает, если я просто вывалю ей под ноги все свое дерьмо? Для любого человека это было бы слишком, а то, что у нас с Фреей, до сих пор кажется таким хрупким. Я не хочу ее спугнуть.

Телефон звякает, сообщая о новом сообщении.

Фрея: Только выезжаю из аэропорта, через пару часов будем дома.

Так. Мне нужно привести себя в порядок до возвращения. Не хочу быть уставшим мудаком, когда впервые встречусь с подругой Фреи. Я рад, что теперь у нее здесь будет близкий человек. Ей пойдет на пользу, если рядом будет подруга. Правда, не знаю, откуда вечером возьму силы произвести хорошее впечатление.

Я уже собираюсь ответить, когда по рации проходит сигнал экстренного вызова. Хватаю пейджер и, дожидаясь подробностей, бегом спускаюсь по лестнице в гараж.

На ходу быстро печатаю ответ.

Оскар: Хорошо, увидимся позже.

Пейджер пищит, и все внутри сжимается, когда по крошечному экрану бегут слова.

Черт.

— Так! — кричу я, заворачивая в гараж и видя, что ребята уже облачаются в экипировку. — Пожар в амбаре на окраине города, у Данфорта и Уэста.

Я тоже быстро надеваю снаряжение и забираюсь в машину. Дженна уже за рулем, и я называю ей полный адрес.

Пока мы едем, я по привычке готовлю команду к выезду, но внутри будто опускается экран. В ушах звенит, и все вокруг кажется ненастоящим. С тех пор как я вернулся, у нас были только медицинские вызовы и один пожар в машине. Это будет первое горящее здание после той ночи, когда погиб Мак.

Я зажмуриваюсь, но сразу вижу его лицо в ту последнюю секунду.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает Дженна.

Я резко поворачиваю голову, а она кивает на мои руки. Я даже не заметил, что вцепился в ткань брюк так сильно, что костяшки побелели.

— В порядке, — отвечаю я, разжимая пальцы.

Нужно собраться. На меня рассчитывают люди, и я не могу их подвести.

— Ничего страшного, если ты...

— Я в порядке.

Она кивает, и я очень, мать его, надеюсь, что она мне поверила. Если они собираются довериться мне там, на месте, я не могу позволить им думать, что вот-вот развалюсь.

Впереди, за группой деревьев, уже виден столб дыма. Я делаю еще один глубокий вдох и наконец чувствую, как мозг переключается в то состояние, в которое всегда уходит на вызове: включается вся подготовка, все навыки, а остальное отступает.

Я уже руководил выездами. Ничего нового.

Мы подъезжаем и выскакиваем из машины. Ко мне подбегает пожилой мужчина в выцветшей фланелевой рубашке.

— Вы хозяин? — спрашиваю я.

Он кивает и смотрит на постройки, уже объятые высоким пламенем. На лице у него отчаяние.

— Мне нужно что-то знать? Газ, какие-нибудь опасные материалы внутри есть?

— Только солома. Я не знаю, что случилось. Сначала я пытался потушить небольшой искру, а потом... — Он замолкает, не в силах оторвать взгляд от того, как сгорает дело его жизни.

Я сжимаю его плечо. Для его хозяйства это будет серьезный удар, и теперь придется закупать достаточно корма, чтобы пережить зиму, но все могло быть гораздо хуже.

— Все люди на месте? Никого внутри нет?

— Да. Там никого не было.

Слава богу.

Ко мне подбегает Дженна — она уже обошла амбар, оценивая ситуацию. Бросает взгляд на хозяина, и лицо у нее мрачнеет. Потом поворачивается к нему спиной и понижает голос:

— Ему конец. Думаю, минут через десять-пятнадцать рухнет.

Я киваю. Она лишь подтверждает то, что я и сам уже понял.

— Давай еще одну автоцистерну сюда. Постараемся хотя бы не дать огню распространиться.

Поблизости других построек нет, но одна искра, подхваченная ветром, может улететь на километры, а после такой засухи последствия могут быть катастрофическими. Само здание уже не спасти, так что теперь наша задача — удержать пожар в границах.

Дженна отходит, чтобы по рации запросить еще одну машину с водой. Я направляюсь к остальным и раздаю указания: выставить периметр, развернуть рукава и начинать подавать воду.