Вероятность того, что когда-нибудь его мечты сбудутся, была ничтожна мала. Донна Нина настаивала на том, чтобы Анна готовилась отправиться в монастырь, если и дальше будет отказываться выйти замуж за Родолфо, а донна Кандида была верной супругой полковника Феррейры.

В эти часы бежавшие рабы готовились покинуть город. Они переоделись в женскую одежду, захватили с собой провиант и пистолет, и Марио вывел их из Араруны. Рабы отправились на поиски Куиломбо, тайного убежища беглых невольников, расположенного вдалеке от всех других поселений.

На обратном пути Марио наткнулся на охотника за рабами, который рыскал в поисках добычи, прочесывая холмистую местность между зарослями кустарника и группой деревьев, предоставлявшими хорошие возможности для укрытия. Марио заверил его, что не видел беглецов. Капитан был не в дуже. Охотник за рабами, казалось, не верил ни одному слову Марио и догадывался, что сам он находится на верном пути, а сын помещика — явный помощник негодяев. Прикрывать беглых рабов становилось опасным.

Отец Жозе все еще не терял надежды оказать помощь Анне. Он не мог вообразить себе, что Анна всю свою жизнь либо проведет в монастыре, либо будет ходить с закрытым лицом только потому, что ее мать, донна Нина, во что бы то ни стало хочет сдержать обещание. Священник неоднократно бывал в доме Тейшейры, где всякий раз заводил речь о положении Анны. Он постоянно заверял донну Нину, что теперь она освобождена от клятвы и может открыть лицо своей дочери. Однако донна Нина не полагалась на слова слуги Господа. А что, если священник ошибается?..

В имении, в городе и во всей округе только и было разговоров, что о предстоящей свадьбе Сеньориты и Родолфо. Даже у Виржинии, ее няньки, голова кругом шла. Как должна быть одета невеста, как ее подружки? Что будут кушать гости, какие напитки полагается выставлять? Как нужно накрывать стол? Предстояло еще решить вопрос чередования блюд и ведения торжества за столом. Кого пригласят на свадьбу, кто относится к почетным гостям барона?

Один вопрос особенно сильно мучил ее: что будет с ней, Виржинией, после свадьбы? Опасаясь потерять навсегда любимую воспитанницу, она попросила Сеньориту взять ее к себе, когда та выйдет замуж за Родолфо, — ведь она любила Сеньориту как мать.

— Ты чересчур рано ломаешь голову над этим, Виржиния! — шутила в такие минуты Сеньорита. — Кто кого берет замуж? Разве я?

Вопрос Виржинии был на время забыт, но не надолго, вскоре на него придется искать ответ.

Рабы, ускользнувшие от страшных рук Лесного капитана, все еще были в пути. Хотя барон надеялся, что вскоре они будут пойманы и выдадут с поличным всадника в маске, у них еще был шанс уйти. Бентиньо, встретивший их неподалеку от фазенды, сразу же понял, что им необходима передышка, чтобы восстановить силы. Они ходили по кругу. Сначала он привел их в расположенную неподалеку сензалу рабов на своей фазенде. Это было рискованно, так как и Бруно, и охотник за рабами уже заприметили его как особо ловкого и серьезного противника.

Вскоре после этого был допрошен Бентиньо, но все расспросы ни к чему не привели. Бентиньо сказал лишь, что видел сбежавших рабов недалеко от имения, но когда охотник спросил, в каком направлении они двигались, солгал ему.

— Они давно там, за рекой, — он показал на бесконечную зеленую долину с речкой посередине, которая на юге фазенды разделялась на два заросших кустарником языка и постепенно переходила в непроходимую чащобу.

— Не ври, негр!

— Клянусь, что говорю правду! Они перебрались на ту сторону реки! — повторил Бентиньо, напустив на себя невозмутимый вид. Он так всегда водил за нос домашних рабов, когда воровал у них на кухне печенье или фрукты. Но в том, что охотник за рабами поверил ему, сомневался даже сам Бентиньо. Лесной капитан был недоверчив уже в силу своей профессии. Взгляд его не предвещал Бентиньо ничего хорошего.

Предположения Бентиньо подтвердились. Лесной капитан и не подумал принимать его слова за чистую монету. Напротив, он сообщил барону, что Бентиньо, по всей видимости, хотел его провести. В этом их мнения сошлись, поскольку барон хорошо знал своих рабов. Тогда капитан распорядился снова привести к нему Бентиньо. Поняв, что его попытка обмануть не удалась, он сознался, что говорил неправду. Бентиньо отказался отвечать, хотя и знал, что его ждет суровое наказание.

То ли потому, что на барона произвели впечатление выступления дочери в защиту рабов, то ли потому, что он хотел отложить наказание до тех пор, пока не станет ясна вся тяжесть проступка Бентиньо, но барон принял решение: Бентиньо не следует бить кнутом у столба. Вместо этого его заковали в цепи. Он должен оставаться в цепях, пока не будут пойманы рабы. Вероятно, полковник надеялся по их показаниям определить степень вины Бентиньо, а также выяснить, кто же был этот Черный Всадник. «Если это Джимас, он проклянет день, когда родился!» — решил полковник Феррейра.

Для Бентиньо было достаточно скверным ожидание развития событий, но его утешало то, что ему не придется испытать муки у позорного столба. Обитателей фазенды очень удивило решение барона, поскольку вплоть до последних дней полковник осуществлял свою власть здесь чрезвычайно жестоким образом. Поэтому предположение, что на решение отца повлияла Сеньорита, буквально витало в воздуже. Кроме того, рассказывали домашние рабы, она попросила свою мать предпринять все, что было в ее силах, чтобы барон, в случае если рабы будут пойманы, проявил милосердие к ним. Кто мог предсказать, какие еще удивительные вещи произойдут под ее влиянием?

— Не отчаивайся, Бентиньо, завтра он тебя освободит!

— Ты был отважен! Ты поступил как брат! — Фулженсио, Жустиньо и рабы-беглецы благодарили Бентиньо за то, что он не выдал их убежище в перекрытиях крыши. Когда Сеньорита пришла в сензалу рабов и узнала, что произошло, она стала действовать решительно.

— Вам нужно уходить отсюда. Вы не можете здесь больше оставаться! Идемте с нами! — не колеблясь, Сеньорита привела рабов в господский дом одной ей известными тропинками и спрятала их в складском помещении. Между корзинами для сбора кофе, канистрами с керосином, винными бочонками и мешками скрываться было не слишком удобно. Но если уж охотник за рабами не догадался искать их в сензале рабов, то здесь, можно сказать, в пасти льва, они были в полной безопасности. Никому и в голову бы не пришло искать их именно здесь.

Лесной капитан был убежден, что беглецы скрываются во владениях барона, поэтому он решил заняться поисками вокруг фазенды.

— Возможно даже, что они, обезумев, разгуливают под носом у барона... Я должен еще раз все внимательно осмотреть там.

— Полностью разделяю ваше мнение, капитан, — поддержал его Родолфо, который почти одновременно с ним подошел к имению полковника Феррейры, он пришел навестить Сеньориту. — Барон будет весьма рад такому усердию!

Домашний раб Себастьян, наблюдавший эту сцену с террасы господского дома, замер от страха. Он не подозревал, что Родолфо Фонтес уже знал о местонахождении беглецов и теперь пытался отвести от них беду.

— Вы думаете? — Охотник за рабами медлил, казалось, он размышляет.

— Наверняка, — заверил его, Родолфо, — барон будет рад, если вы убьете преступников прямо в его покоях!

Лесной капитан насторожился, он уже не был уверен в своей правоте. Могло так получиться, что барон проявит мало понимания в отношении поисковой операции в его собственных стенах. При мысли о его реакции капитану стало не по себе. В конце концов он проговорил, все еще сомневаясь в своем решении:

— Думаю, надо прекратить поиски внутри дома.