Полковник Феррейра отказывался верить в услышанное.

— Свадьба в том месте, где прячутся беглые рабы! Среди негритянского сброда! Я никогда не признаю это бракосочетание! Я теперь уже не уверен в том, что желаю здоровья своей своенравной дочери!

Донна Кандида, которая молча слушала разговор между дочерью и отцом, была ошарашена. Это было ее второе потрясение за день. Первое она испытала, узнав о прошлой связи барона с рабыней Марией дас Дорес. В результате этой связи появился Рафаэл, сын ее мужа. Только она знала, как барон всегда жаждал наследника но она так и не смогла подарить ему сына. Но Феррейра и не подозревал, кто такой Рафаэл, и не переставая боролся с ним и преследовал его. Все это было слишком тяжело для такой хрупкой, нежной женщины, жены столь влиятельного в Араруне человека. Донна Кандида вдруг почувствовала: что-то навсегда оборвалось в ней.

Наконец, все противоречия между обитателями Куиломбо были улажены. Несмотря на призывы вновь прибывших рабов продолжать борьбу, основная часть населения разделяла умеренные взгляды папаши Андре и его семьи. Большинству негров хотелось тихой, мирной жизни, заниматься земледелием, спокойно воспитывать детей.

Боевито настроенные молодые негры рассматривали эту позицию как слабость. Они решили покинуть Куиломбо. Жустиньо, Себастьян и Фулженсио направились в Араруну, откуда намеревались перебраться в родную Африку. Позже к ним присоединились Жусто и сбежавший из тюрьмы Лесной капитан.

Жустиньо не мог забыть Аделайде. Ему не хотелось уезжать, не повидав ее. Он стал просить Себастьяна проводить его к Аделайде, так как не знал точно, где расположен их дом. Себастьян отказался, зная вспыльчивый нрав Жустиньо. Узнав от Лесного капитана, что Сеньорита ранена своим отцом, Себастьян забыл все свои планы и намерения. Он поспешил в имение барона к своей бывшей хозяйке.

Охотник за рабами, видя переживания Жустиньо, предложил ему свои услуги — проводить в дом к Аделайде...

— Сеньорита, я так счастлива тебя снова видеть. Как ты себя чувствуешь? — Анна принесла Сеньорите букет цветов и сладости. Здоровье дочери барона пошло на поправку. Она уже могла сидеть в кровати и принимать гостей. Проведала ее и Жулиана. Сеньорита незамедлительно изложила ей свою просьбу:

— Мне сейчас намного лучше, Жулиана. Очень прошу тебя, поговори с Родолфо. Скажи ему, что я не теряю надежды на признание отцом нашего с ним брака. Скажи ему, что я чувствую себя неплохо и, как только смогу встать, сразу же вернусь к нему. — Сеньорита умолчала о том, что на примирение с отцом она почти не надеялась, уж слишком резко прореагировал барон на ее сообщение, и больше он не появлялся у постели больной. Донна Кандида понимала, как трудно барону примириться с браком дочери.

— Нужно время, доченька, чтобы он привык к этому. — Мать надеялась, что ко1да-нибудь в один прекрасный день в их семье будет покончено со всей ненавистью и разладом. Доктор Аморим принес баронессе радостную весть. Он может теперь уже твердо сказать, что Сеньорита выздоравливает. Она удивительно быстро оправилась после тяжелого ранения.

Аделайде и Жозе редко ссорились, однако теперь молодому Коутиньо стало не нравиться, что Аделайде зачастила без его ведома на фазенду Араруна к Сеньорите.

— Молодой замужней женщине не приличествует ходить в гости без мужа, — говорил Жозе. — Кроме того, мне особенно не по нраву, что моя жена навещает свою бывшую хозяйку! Выйдя за меня замуж, ты стала свободной. Зачем же тебе появляться в доме, где ты была рабыней?

Аделайде не согласилась с мужем. Наоборот, она тоже кое в чем упрекнула его.

— Ты сам обращаешься со мной как с рабой. Ты запрещаешь мне посещать моих друзей. Это совсем не то, что я понимала под словом «свобода».

Жозе потерял самообладание и выплеснул все, что у него накипело на душе.

— Свобода? Ты говоришь о свободе? Да ты просто тоскуешь по жизни в сензале рабов и по этому Жустиньо.

Аделайде не ответила. Они оба были разгневаны. Жозе очень кстати был приход доктора Эдуардо, инженера, который проектировал установку по переработке кофейных зерен для Мануэла Тейшейры. Обрадовавшись возможности прервать столь затянувшуюся ссору, Жозе поспешил с ним вместе уйти. Он решил сегодня обсудить с доктором Эдуардо и Мануэлом Тейшейрой некоторые вопросы, касающиеся их совместного проекта. Прошло всего лишь несколько минут после его ухода, когда к Аделаиде нагрянули Лесной капитан и Жустиньо. Если бы ее муж знал, кто придет к Аделайде! Он немедленно бы все бросил и прибежал.

— Здравствуй, Аделайде! — Молодая мулатка вздрогнула от испуга. Их прихода она ожидала меньше всего. — Вот я и пришел, чтобы тебя спасти. Ты ведь живешь как в тюрьме, и мне мое сердце подсказывает, что ты все еще моя! — Аделайде прервала Жустиньо, не дав высказаться дальше:

— Что тебе здесь нужно? Я жена Жозе Коутиньо! Он вот-вот вернется, — соврала она.

— Ты стала еще красивее, Аделайде. — Жустиньо рассматривал ее с большим удовольствием. — Тем лучше, ты добровольно уйдешь со мной. Если мы дождемся здесь твоего мужа, он нас убьет. Со мной ты будешь намного счастливее, чем с Жозе Коутиньо, даже если тебе и кажется сейчас, что ты его любишь. Ты уйдешь со мной сейчас же!

У Аделайде не было никакого выбора, ибо она понимала всю серьезность задуманного Жустиньо.

Молодой Эдуардо был приятен Мануэлу Тейшейре, с которым он познакомился благодаря Жозе Коутиньо, не только как компаньон. Нет, в этом молодом человеке было какое-то внутреннее личное обаяние. Поэтому Тейшейра мысленно с удовольствием представил себе доктора Эдуардо мужем своей дочери Анны. Приличный деловой человек, а не какой-то там мечтатель, фантазер и бездельник, как Рикардо Фонтес, которому, к сожалению, уже была обещана его дочь в жены! Так что совсем не случайно Мануэл пригласил Эдуардо к себе в дом на ужин.

Донна Нина быстро разгадала мысли мужа и попросила Анну тоже поужинать вместе с ними. Доктор Эдуардо — компаньон ее отца, поэтому было бы прекрасно, если бы у него сложилось о семье хорошее впечатление.

Предположения Мануэла Тейшейры оправдались. Красота Анны произвела на гостя сильное впечатление. Ужин проходил довольно мило, разговор за столом сразу же пошел легко и непринужденно. Донна Нина была в восторге от занятия доктора Эдуардо.

— Если ты решишь расторгнуть помолвку с Рикардо, это будет очень правильный шаг, — такой совет в этот вечер дала донна Нина своей дочери. Анна была шокирована: ведь она любит Рикардо. Хотя, конечно, на нее тоже произвел впечатление доктор Эдуардо. Однако всякие сомнения ушли прочь, когда она подумала о своем любимом.

Барон все еще не верил до конца в то, что его дочь и Родолфо поженились. Возможно, что Сеньорита ввела его в заблуждение. Да и едва ли отец Жозе с его слабым здоровьем мог поехать в такое отдаленное место, как Куиломбо. Тем не менее полковник Феррейра остро чувствовал, что его честь задета. Он не мог примириться с поступком дочери и ни разу после ее признания не навестил ее.

Беседа с Эвералдо и Коутиньо еще больше распалила барона. От них он узнал, что идут разговоры о слишком бурно и шумно отмеченной свадьбе в Куиломбо. Феррейра стал категорически отвергать, что к этому может быть как-то причастна его семья, — ведь его дочь никогда не выйдет замуж без его согласия. А на этот брак он никогда не дал бы ей благословения. Эвералдо и Коутиньо успокоились. Слова барона все поставили на свои места. Сеньорита почти полностью оправилась после ранения. Уже несколько дней у нее не было жара. Но у донны Кандиды были веские причины для беспокойства: дочь отказывалась принимать пищу. Кроме чая и молока, Сеньорита ничего не могла проглотить, и одна лишь мысль о еде, которую так вкусно всегда готовила Виржиния, вызывала у нее тошноту.