Она рассказывала, как будто читала страшную сказку. Отстраненно, обыденно, как досадную необходимость. Ни одного сожаления или сомнения в истинных причинах произошедшего. Существовало ли проклятие? Или это было лишь удобным оправданием своих злодеяний?

- Но что с ними тогда делать? - спросила она у тишины в кабинете. - Не в лес же свозить как котят. На любой товар найдется свой купец. Так и на наследников нашлись. Никто не убивал их, они лишь меняли место жительства, семью. Для некоторых даже новые условия были во много раз лучше прежних. Особенно привлекательным что здесь, что в настоящем стали эти дети для иностранцев. Пришлось для цветов жизни создавать... систему по заказу. На выбор "цветочные" лоты, как в аукционе. А от заказчиков какие цветы и сколько. Именно столько отправляется разносчиком исполнителям. По дальнейшему процессу вы уже имели счастье посмотреть рабочий механизм системы.

- Та же действует и в нашем мире?

- Конечно, не только сдерживает силу проклятия, но и расходы на это покрывает за счет платы за "цветочные" заказы.

- А Врангели и не знали, что происходит.

- Да, проклятие легло на их основную родовую ветку. После девочки, насколько мне известно, были у барона еще дети, но все они погибли. Проклятие забрало их жизни. Удивительно, что первопричина всего этого, оказывается, существовала на протяжении всех времен. Как ты можешь освободить нас? - обратилась она ко мне неожиданно.

- Легко. Разрушить твою систему, - даже не думала над ответом.

- Василина!.. Девочка наша!.. - в дверях, не смея пошевелиться, замерла чета Врангелей.

Те самые настоящие?

Я вынула из кармашка в складках платья маленький ключ. На нем еще оставались следы глиняного заточения. Не досуг было очистить. Сделав пару шагов, обходя всех застывших в ожидании развязки этой долгой истории, я встала лицом к лицу к барону.

- Только чур никому не говорить! Договорились? Это наша тайна будет! - повторила я слова из своего воспоминания, и бронзовый ключик переместился на мужскую ладонь.

- Миша... Она помнит!..

- Шарлотта, - глядя на ключик, произнес барон, - подарила тебе на трехлетие музыкальную шкатулочку. Она тебе так понравилась, что ты попросила у меня сундучок, чтобы ее хранить. Обязательно запирающийся. Так мы придумали тайник, ключик от которого схоронили в вазе. Только ты могла его достать, и эта игра еще долго занимала твое время. Содержимое сундучка разрослось до размеров сокровищницы. Ты это помнишь?

Я покачала головой, от нахлынувших чувств в горле будто камень застрял. Как все могло вы иначе сложиться, не вмешайся кто-то своими амбициями и завистью, слепой верой в кару и проклятия в судьбы нескольких людей, положив начало нескольким сотням трагедий в других семьях, найдя для себя такое страшное и безжалостное орудие.

- Это ничего. Шарлотта все бережно хранит до сих пор. Мы вместе это припомним. Начнем сначала, верно?

- Михаил Егорович, заберете Василину? Благодаря ей с самым жестоким делом последнего десятилетия будет, наконец, покончено.

- Я так понимаю, нам стоит в ближайшее время готовиться к вашему визиту, Александр Яковлевич?

- Непременно. Сегодня же!

Остается эпиложек. Будет сегодня в ночи или завтра.

Что ни говори, а не так мне представлялась семейная жизнь. На меня только ленивый не приходил посмотреть к баронам. То есть к нам. Надо бы уже привыкать к новому дому, потому что, кажется, что ко мне все привыкли моментально, будто того и ждали несколько лет подряд. Но не равнодушно провожали взглядами, а именно задались целью вовлечь во всякое дело.

Ну как дело... Надо понимать разницу между делом прямо делом и досугом аристократок. Это что-то под стать бытовому фэнтези. Присесть можно было, если ты принимаешь гостей, пишешь всем ответные письма, читаешь. А все остальное время в каких-то вечных заботах успевай порхать будто фея.

Лучше бы на работу ходила, с чьими-то финансовыми дырами разбиралась. К слову сказать, опыт анализа данных пригодился, когда барон, зайдя, как всегда, сильно издалека, вздумал потихоньку посвящать в дела имения и других объектов права наследования, которых оказалось немало. Один завод чего стоил.

Передохнуть можно было в одной маленькой мелочной лавке на Невском, местечке, ставшем неожиданно популярным у горожан из мелких дворянских родов. Все-таки баронская дочь служила-то в лавке. Иван Андреевич вынужден был все-таки нанять себе новую помощницу. Помятуя историю со мной, принял на службу даму в прекрасных летах, также, как и он вдовствующего статуса. Собственно, Татьяна Ивановна пришлась не только ко двору его торгового дела, но и постепенно оживляла его одинокое сердце. Чему я несказанно была рада.

Процесс над Екатериной Князевой, она же Елизавета Викторовна, завершился без наказания в связи с отсутствием обвиняемой. В один из дней пребывания в месте заключения, находящемся в зоне ответственности Третьего отделения и жандармерии, она просто исчезла, и никто более не знал и не слышал ничего о ней с тех самых пор.

Еще до этого возмутительного момента мне удалось вернуться к Виталине, рассказать о всех событиях, отправить несколько важных писем по расследованию. Все же неслучайными были в этом мире мои переходы в прошлое, именно они позволили раскрыть дела о похищениях и торговле детьми в обоих эпохах. Наверное, в том и заключалось мое предназначение в одном из этих миров, в котором от меня должно было остаться лишь общее смутное воспоминание о некой девушке по имени Василина.

Попрощалась с Виталиной я еще раз, лелея надежду, что она просто забудет обо мне, и это самое общее воспоминание не будет терзать ее душу тоской.

Родители, вернее сказать Игнатовы, отнеслись к новости о моем отъезде с долей прохлады и как будто бы мимолетного сожаления со странной смесью облегчения. Лаааднааа, эта страница истории моей жизни будет просто закрыта. Она была и осталась в прошлом.

Больше ни одна дверь не вела меня в современность. Легкая ностальгия меня посещала иной раз, особенно, когда позарез бы пригодился интернет или мобильная связь.

Узнав об известии о исчезновении Елизаветы, я была уверена, что она вернулась в наше время и понесла наказание не только за растраты. С этим я связывала и мои прекратившиеся метания между столетиями.

Навестила я и цыганку-пиратку, Марфу и ее теперь четверых детей, Вареньку приютили они себе. Ее родители не дождались вестей о спасении дочери.

- Не переживай о проклятии, - напоследок бросила мне цыганка. - Нет его больше. Заплачено за него вами сполна. Можешь уже подбирать имена для своих детей, у тебя их много будет. Ха-ха, не будешь знать, куда от их шалостей и пытливого ума прятаться. Можешь ко мне привозить, я могу кое-чему научить детей.

- Пожалуй, откажусь.

- Ну как знаешь. За Марфу благодарствую. Еще будет тебе за это награда от судьбы. Ты сделала правильный выбор, даже не ожидала от тебя такого мужества. Лицом-то какая-то больно нежная. Ан нет, внутри-то крепче столетнего дуба.

Совсем иные отношения сложились у меня с четой Врангелей. Столько внимания, заботы и беспричинной любви моя душа едва выдерживала. С каждым днем мне хотелось отдать им больше. Просто так.

- Графиня Мария Федоровна, рады вас видеть! Василина, составь нам компанию.

- Не нужно, дорогая моя Шарлотта, я уверена, что у детей есть поважнее разговоры, чем наша с вами престарелая болтовня. Александр сегодня взялся сопровождать меня.

Наконец-то! И я, стараясь быть незаметной, придвинулась ближе к выходу из гостиной, намереваясь поискать Сашу в кабинете отца.

- Какое счастье, что вы не изменили своего доброжелательного отношения к нам после отказа Василины Александру. Такое огорчение было! Мы были уверены, что Василина ответит согласием.

Если вы бы знали Шарлотту лично, то ни за что бы не повелись на ее слова об огорчении. Барон и баронесса только руками развели тогда. Мол, что мы тут поделаем, Василине же решать. Мы-то хоть сейчас благословение выдадим. Да не беда, завтра приходите.