На самом деле, меня больше всего удивляет не материальный вопрос, а то, как мои близкие и друзья воспринимают мое отсутствие присутствия. Это, я вам скажу, вообще песня!..

- Витька? - позвала я, открыв дверь квартиры. По моим расчетам Виталина должна быть дома.

- А, Васька? Ты бы предупредила, что возвращаешься. Я бы встретила, приготовила вкусненького. В смысле просто приготовила что-нибудь. Как командировка? - наконец появилась она в прихожей.

Командировка!.. Представляете?! Лучше, конечно, чем пропала без вести, сгинула и воскресла, попала в пасть крокодилу, потеряла память на десять лет, и вот только недавно стукнулась о косяк и все вспомнила.

И, кстати, на работе тоже искренне верят к мою "командировку", даже есть официальные приказы и заявления. Массовая ложная память. Эффект Манделы в натуральном виде.

Но в случае с Виталиной дальше случается вот что: она внезапно хмурится, расслабленное выражение лица исчезает бесследно, и она бросается на меня со слезами, будто два миллиона лет не виделись.

Шоры упали. Но такое работает почему-то только с Витькой. Может у нее какой-то иммунитет? Или ген защиты от мошенников, любых видов обмана и ложных представлений. Как вы понимаете, это тоже выявить достоверно трудно, предел справа от плюс бесконечности.

- Ты вернулась! Почему? Почему я думала, что ты куда-то уехала по работе? Кто мне такую идиотскую мысль вложил в голову? А я говорила!.. Представляешь, если ты вдруг не вернёшься обратно, то никто и не вспомнит о тебе здесь? Понимаешь? Мы тебя не теряем... - горько закончила она.

- Ладно - ладно, ты пока тут пострадай за меня, а я можно в душ?

Сложно. Вот так вот резко сложно переключиться с одной жизни на другую. Нет, жизнь как будто бы же одна. Так ведь? Это же все ещё я. Физически. Просто под разными именами живу, можно сказать, в разных странах. Жизнь одна, условия жизни разные. Наверное, так. Или нет? Кажется, я запуталась.

Выключить одни условия и включить другие внешне можно. С психикой так не работает. Даже вернись я из какого-нибудь племени папуасов, мне потребуется время на адаптацию. Влиться в нужный поток снова.

Мысли все ещё скачут вокруг девочки Веры, вокруг моих сыщиков (как они теперь без меня там справляться будут?), вокруг бедного Ивана Андреевича... Память услужливо подбрасывает картинки то одного Ростовцева, то Ростовцева в другом образе, то ещё несколько вариантов. Прицепился где-то там в нейронных связях, теперь на любую ассоциацию всплывает. Наваждение какое-то!..

Если оставаться наедине с собой, то начинаешь зацикливаться, подключать фантазию и воссоздавать новые и новые сюжеты, в главных ролях которых я и граф Александр Ростовцев. Так ведь можно заболеть этим графом... И что тогда делать? А ну, брысь из моей головы!..

Пришлось сбежать из некогда восстанавливающего душевное равновесие душа...

- В целом я всё узнала, - захожу в кухню, где уже витают умопомрачительные запахи. Сто процентов доставка!..

- Да? Можно договориться на встречу завтра?

- Я ещё в архив наведаюсь, может документарных подтверждений соберу. Будет весомо. Но история Веры Генриховны не обычная, - вздохнула я.

- Расскажи! - загорелись азартом глаза у Витьки. Всё, теперь точно о сыщике графского происхождения некогда будет помечтать.

***

- Проходите. Рада вас видеть, - ровным тоном произнесла наша заказчица.

Я и Витька снова у нее дома, примчались за справедливой наградой. Витька, по крайней мере, торопила. И зря вы думаете, что ее интересует только деньги за заказ, самое главное - рекомендации. Именно они привлекут новых клиентов. А для Витьки - новую высоту, которую никак нельзя не взять, ибо статистика беспровальных расследований сама себя не поднимет на очередную высоту.

- Вы превзошли все мои ожидания, - задумчиво, все ещё анализируя мой доклад, проговорила Маргарита Дмитриевна спустя минуту молчания. - Как вам удалось узнать такие... деликатные подробности?

- У нас профессиональное чутье на тайны, - усмехнулась Виталина.

- Надо же прошение об удочерении даже есть, - она вертела в руках копии из архива.

Александр оказался прав, прошение Фридрих подал официально, документы об удочерении Генрихом своей "племянницы" Веры прошли через канцелярию ведомства на основании свидетельства о рождении, выданного неким бюро из Кёнигсберга. Однако, само свидетельство, вероятно, было поддельным. Но никто на тот момент не усомнился в его достоверности, а запрос в немецкие фонды Калининграда однозначно выдал отсутствие каких-либо сведений. То ли не сохранились, то ли не существовали в принципе.

- Значит, эта книжка, - женщина взяла в руки краткую арифметику, - уникальное для нашей семьи сокровище? Связь с настоящей матерью Веры. Но, знаете, я бы не поверила в эту детективную историю, - она повернулась ко мне. - Слишком нереальная.

Виталина поддалась было вперёд, чтобы грудью встать на защиту своего единственного и ценного сотрудника, как Маргарита остановила ее взмахом руки.

- Но вынуждена все же признать ваше профессиональное чутье, - она мягко улыбнулась. - Я консультировалась со специалистом, который работает с древними рукописями. Он обнаружил в экслибрисе ещё две буквы. Они стёрлись практически полностью, так как инициалы Немриха проложены были поверх, но не закрывали на сто процентов, а будто бы намеренно, буквально, на один - два миллиметра, сдвигались относительно первых букв. Теперь мне понятны причины этого.

- И какие буквы были еще? - с замиранием сердца уточнила я.

- Есть предположения? - не ответила она, расслабленно откинулась на спинку кресла.

- Е и Ф? Елизавета Федорова.

- Только не Федорова! - воскликнула торжествующе клиентка. - Стал бы Генрих связывать свою дочь с этой фамилией? Е и М.

- Елизавета Михайловна?

- Думаю, да. Имя и отчество матери. Потрясающе, правда? Никогда бы не подумала, что в такой маленькой вещице, что только по чистой случайности не затерялась во времени, будет сохранено столько тайны. А вот эта полуистертая надпись - свидетельство чьей-то любви. Сейчас такое точно не встретить. На электронных книгах не оставить заметку о чем-то сокровенном на память потомкам.

- Это верно, в рукописных текстах всегда будет больше жизни. Будь то даже заметки на полях договора об оказании услуг, - намекнула Витька на завершение разговора.

Они, Виталина и наша клиентка, будто на одной волне были. Деятельный человек похожего человека видит и чувствует издалека, дополнительным бонусом к этому идёт сразу плюс сто очков к уважению, минус 50 - к вниманию за мелкими недостатками личности.

Маргарита Дмитриевна потянулась к телефону, и тут же у Виталины отозвался ее.

- Ого! Да с вами приятно иметь дело? Может ещё что-то надо выяснить?

- Возможно потребуется, - не отказалась Маргарита Дмитриевна.

Уже в машине Витька вдруг скисла.

- Васька... - замялась она с вопросом.

- Ну, говори уже.

- Скажи... не странно ли, что только у меня рассеивается иллюзия твоего исчезновения. Это потому что я всё знаю?

- Кстати, очень хорошая версия.

- А родители? Твои родители? Почему ни о чем не догадываются?

Хороший вопрос, конечно. С них почему-то не спадают никакие горы. Причем в отношении меня иллюзий как будто больше. Иногда мне кажется, что мы просто не знакомые друг другу люди.

Ответить не пришлось.

- Слушаю, - ответила на вызов с незнакомого номера.

- Игнатова Василина? Евгений Швецов, "ДрайвДиТи". Можем ли встретиться с вами? У меня есть предложение о сотрудничестве, хотел бы обсудить условия.

- Подозрительно как-то, - резюмировала Витька. - Почему он не в свой офис позвал? Где вы были уже. Почему не через босса? И вообще, что с тобой? Где твое коронное начало разговора, чтобы сбить с толку собеседника?

- Я не всегда так делаю, - возмутилась искренне. - Ты драматизируешь. Я видела Евгения Павловича. Он не тянет на мошенника.