- Виталина, - она пыталась забрать из моей руки бутон розочки, но я остановила ее, - ты что-то говорила про похищения.

- Да при чем здесь они сейчас!

- Ты права. Не должно быть тут связей.

А если есть?

И этой короткой фразы было достаточно, чтобы отлетели все сомнения, будто ветром сдуло в один миг. Будто фраза послужила спусковым крючком, а выпущенная пуля разнесла вдребезги преграду, прячущую за собой множество предположений, упущенных из виду закономерностей.

- Евгений Павлович, а мы можем посмотреть камеры с концерта? - позвонила я Швецову.

- Да без проблем. Если они там есть.

Видеозаписи с камер были на сервере Драйва уже спустя полчаса, а к ночному сеансу по просмотру присоединились пара человек из службы безопасности компании и ещё несколько из полиции, занимавшихся делом о растрате.

- Сам стенд пресс-волла не попадает в камеру. Но у нас есть записи с двух камер на входе и с одной в холле, на которой видны прошедшие у стенда. Ещё есть лента новостей в сообществе с публикациями онлайн фотографий, - обозначил основную трудность главный из оперативников. - И вопрос, что мы ищем?

- Нужно понять, кто и в какой момент срезал цветы, оставив в той же цветочной композиции увядать, - Виталина показала им фото этой самой композиции, снятое ей перед нашим уходом. - И второе, кому предназначался этот вандализм.

- Принято. Попробуем.

Но время шло, а к отгадке ничто не приближало. Разумеется, додумав себе ответственность за вовлеченность такого большого количества людей (у них ведь, наверняка есть множество других дел) в проверку какой-то туманной догадки, безосновательной, интуитивной, существование которой ничем, кроме собственных умозаключений, я не могла подтвердить. Причем убеждения-то какие? Мешанина из настоящего и прошлого.

В конечном итоге, я начала видеть в глазах этих людей усталость и немой укор девице, которой вдруг что-то взбрело в голову, а Главный по какой-то неизвестной причине благоволит ей настолько, что заставляет их в полуночи работать. Может даже и причину придумали, в основе которой лежали лучшие сюжеты современных романов.

- Я выйду ненадолго, - предупредила Виталину.

Спина полыхала от взглядов, пока не закрыла за собой дверь. За стойкой ресепшена в этот час уже никого не было.

Приглушенный вечерний свет офисных коридоров, тишина, ни одной души во все видимые стороны. Самое то, чтобы выдохнуть из себя немного груза ответственности. И вообще груза всего, что терзало последние недели, сжималось в тугую пружину.

Конверт лег на стойку, фатальной обреченностью контрастируя с жизнеутверждающим разнообразием ярких фантиков маленьких леденцовых конфет. Бока широкой стеклянной вазочки, которую наполовину наполняли конфеты, украшали... пионы. То ли разум играет в "найди больше всего совпадений и соедини случайности в закономерность", то ли нечто нам неведомое пытается достучаться до нас всеми возможными способами. "Обрати внимание, сложи в единую картину, пойми".

И как понять, что именно сейчас происходит? Кто с нами играет?

Лаааднааа. Пусть живут эти пионы простым спонтанным выбором одной из сотрудниц Драйва. Непричастные ни к чему, кроме этого. И я постаралась выкинуть из головы хотя бы это.

Конверт был запечатан, но, перегнувшись через стойку, заметила среди канцелярии ножницы, наглым образом воспользовавшись очевидной своей безнаказанностью.

Бумаг внутри конверта оказалось не более трех. Все они касались периода моего рождения. Моего, это Василины Игнатовой. А именно отсутствия записи о рождении в роддоме и наличия факта заграничной поездки родителей в тот же период. Запись из ЗАГСа о выдачи свидетельства повторно в связи с утратой оригинала. Спустя три года от даты рождения.

Так вот почему не было у них моих детских фотографий, как у брата...

Скоропалительное решение, и три фотографии улетают сразу же в чат мессенджера обоим родителям. И моментальный звонок от отца.

Я, признаться, сквозь гул в ушах не расслышала ни приветствий папы, ни его каких-то уж долгих и монотонных объяснений. Моя аварийная внутренняя система посчитала необходимым временно отключить поступление новой информации до момента обработки ранее полученной. Это иногда сохраняет в людях здравый смысл и моральное здоровье.

- Это правда? - прервала я непрерывный поток слов из телефона.

- Да, но ты пойми...

И опять включение белого шума. Непроизвольно, само по себе. Не из-за неуважения к родителям или старшим... Просто от внезапно навалившегося понимания. Осознания.

Нужна ли была мне эта правда? Кто бы знал. Надо было внимательно слушать совет Швецова.

В целом, Игнатовы были неплохими родителями, многого помогли достичь в попытке добиться их признания и любви. Но кто же тогда те, настоящие?

Одно неловкое движение, и в последний момент я успела перехватить вазочку с пионами и конфетами в полете. Конфеты, как взбудораженная волна, хлынули от одного края до другого, а что-то металлическое недовольно звякнуло, потревоженное на дне. Вернув вазочку на место, запустила в нее руку, нащупывая под конфетами маленький ключ... Скорее всего от ящика стола или от шкафа с одеждой в углу за ресепшеном. Не Бог весть, какая ценность. Наивный тайник. Кто бы вздумал искать его среди конфет в нерабочее время, а так и с собой брать не надо, и вероятность конфетных похитителей ночью невелика. Сохранность почти гарантирована. Да и нашел бы кто? Чтобы сделал? Вот, к примеру, я. Положила обратно, присыпав сверху леденцами.

Смутное воспоминание мелькнуло и погасло. Вот такая же рука над вазочкой.

Я погрузила пальцы опять в конфеты, надеясь, задеть непонятный триггер снова. Ухватиться за хвост еще какого-нибудь образа.

Не моя рука. Другая, маленькая. Детская. Ребенка двух или трех лет. Со смешным кружевом на пышном, в два раза шире самой ручки, рукаве.

Еще раз. Вынула. Запустила.

- Васька! А ты что делаешь? - внезапный ураган по имени Виталина разрушил новую картинку. - Они нашли!

- Я, кажется, тоже что-то нашла, - убрала руку от конфет, чтобы не испытывать нервную систему Витьки, но, продолжая прокручивать кадр из истории неизвестного героя.

- Значит, по фоткам из соцсети нашли время, когда один из цветков поехал, - глаза Витьки блестели от восторга. - С этого момента мимо стенда проходило порядка сотни человек, но только один делал это с закономерностью раз в полчаса.

- Может он курить выходил.

- Выходил! Но не курить. В телефон на выходе попялился и обратно. Подозрительно, да?

- Однозначно. Никто так не делает.

- Вот именно! Так вот! И что ты думаешь? Товарищ с криминальным прошлым. И сейчас я не до конца поняла, но какую-то связь с новым делом оперативники проследили, со своими переговорили. В общем, не зря сидели, что-то важное обнаружили. Но по вашей "прекраснодамой" все равно ноль информации. Проходила мимо, как и все. Не задерживалась. Ничего сверхъестественного.

Вазочка в кадре с детской рукой вдруг трансформировалась в вазу. Но не с узким горлышком, а таким...

- То есть, кроме оплаты поставок цветов договорами, созданными под ее контролем в Драйве, никакой связи с чем-либо еще, -сделала я логический вывод.

... через которое запросто бы прошла детская крохотная ручка...

- Ну это я не знаю. Наверное. Я бы посмотрела на ее счета. Уверена, там простая финансовая выгода. Без шокирующих тайн.

... "Только чур никому не говорить! Договорились? Это наша тайна будет!"

Чьи это слова? Я не помню их. Опять игры разума? Чья тайна? Того, чья ручка в кружевном рукавчике. А чьи ручки можно вот так представить? Явно негипотетические. Свои, например. Из детства? Но одежда... Такое не надевают современным детям... Слишком вычурно.

- Должно быть что-то другое. Мне кажется, всю эту цветочную авантюру я пойму, если вернусь в прошлое.

Не только цветочную. Надо навестить одну знакомую вазу.

- Ты... вернешься?