— Опять пожар. Что случилось?

— Он ругается на меня из-за того, что я посодействовала Лене в выборе платья.

— В чем трагедия?

— В том, какое это платье, — рычу я, прожигая маму суровым взглядом. Она не проявила ни капли сожаления, и мне кажется, что она точно все это устроила специально. — Мама купила ей блядскую тряпку и еще сапоги на каблуках. Она проститутка, что ли, так ходить?

Отец хмурится.

— Саш, это... ненормально, честно. Ты не должен говорить девушке, что ей надевать.

— А кто должен? Ты? Это моя девушка, и она будет носить то, что я считаю для нее подходящим.

— Максим...

— Он прав. Тема закрыта.

— Прав? — мама снимает очки. — Ты серьезно будешь такое поощрять?

— Ты хочешь, чтобы я ему ремня отсыпал? Это его личное дело.

— Лене понравилось платье, и я думаю, ей нужно раскрывать свою женственность.

Мы с отцом одновременно и раздраженно посмотрели на нее, не соглашаясь с ее словами.

— Мам, думай, что говоришь.

— Яр, это нас не касается.

— Ты позволишь сыну издеваться над девушкой?

— Он ее парень, — отец встает на мою сторону, и я рад. — Ему решать.

— Вы говорите как мужланы. Я не понимаю, как так можно. Каждый человек волен сам решать...

— Пусть каждый человек решает сам, но не Лена.

Я пытаюсь улизнуть, но мама останавливает меня. Она смотрит строго, как учительница, готовая прочитать длинную нотацию. Ненавижу ее наставления!

— Не вмешивайся, — предостерегает ее отец. — Оставь их в покое.

— Саша, прошу тебя, не веди себя так. Это может привести к печальным последствиям.

— Ой, все, хватит. Не еби мне мозги. Я тебе сказал: не лезь. Че ты начинаешь?

— Ты должен уважать мнение своего партнера...

— Не учи меня, — рычу я, скидывая с себя ее руку. — Тоже мне пример для подражания.

— Саня, — отец говорит громко. — Закрой рот!

Его присутствие — как ледяная преграда между мной и матерью.

— Ее затыкай. Заебали лезть ко мне.

Я ухожу в комнату. Мама психует. Она выговаривает все недовольство отцу, но он молчит и позволяет мне уйти.

Я не знаю, как уместить всё задуманное в одной книге. 😢 Я придумала очень интересную сюжетную линию, но у меня нет времени на воплощение. Из-за работы очень сильно устаю, и уже нет сил на творчество. Пошлите мне лучики вдохновения, пожалуйста. Хочу, чтобы история была не скомканная и дарила эмоции. Я обожаю, когда прочитаешь что-нибудь и прям горишь, прокручиваешь персонажей в голове). Такие истории мне встречались редко, поэтому и пишу сама 😄😍.

Глава 62

Елена

Иногда Саша похож на своего отца. Не то что даже похож — будто он и есть. Не знаю, как объяснить. У них внутри словно заперт черный огненный шар, который испепеляет всё на своем пути в момент злости. Я ненавижу грубую версию характера Саши. У него очень злой язык, и находиться с ним в момент его плохого настроения крайне небезопасно для психики. Я всегда стараюсь смягчить его негативные проявления, но сегодня ночью у меня не было желания это делать. Саша вел себя очень нагло, и я не поощряла его приказного тона в отношении моего гардероба. Мы отправились спать в дурном расположении духа. Саша со мной не разговаривал, я с ним тоже... Конечно, неприятно засыпать в таком настроении, но я понимаю, что нельзя глотать его хамство, иначе я превращусь в его мать. Яра проявляла излишнюю терпимость, и, похоже, это не способствовало благополучию Саши. Если бы у меня был ребенок и он говорил бы со мной таким тоном, я бы применила дисциплинарные меры. Скажем прямо, Яре давно следовало хорошенько его отлупить.

Я не могла уснуть и оттолкнула руку Саши, когда он захотел меня обнять.

— Прекращай.

— Не трогай меня.

Саша сильно притянул меня к себе, и я укусила его за плечо.

— Успокойся, Лен.

— Я сказала: убери руки! Ты не понимаешь? Мне неприятны твои прикосновения.

— Нихрена себе, как ты заговорила. И все из-за ебаной тряпки!

— Все из-за твоего характера. Ты ранишь людей, но делаешь вид, что это нормально. Я не стану такое терпеть!

— Ты уже терпишь, — самодовольно говорит он, поднимая во мне волну ярости. — Спишь же со мной в одной постели. Значит, все устраивает.

— Это значит, что я дура и каждый раз даю тебе шанс измениться.

Саша позволил мне отодвинуться на край постели.

— Напрасно. Я такой, какой есть.

— Ты себя слышишь? Это звучит мерзко.

— Хватит, — рявкает парень. — Меня бесит твое поведение. Если ты так взбесилась из-за платья, пиздуй в нем на все четыре стороны.

Я сглатываю густую слюну и поднимаюсь с кровати. Саша следит за мной в темноте. Я достаю свои вещи и начинаю одеваться. Мне очень больно, но я сдерживаю слезы.

— Что ты делаешь? — не выдерживает Саша и подходит ко мне. Его голос смягчается: — Лен, пожалуйста.

— Отойди от меня.

Саша не понимает и хватает меня за запястье. Повернувшись, я замахиваюсь и что есть силы ударяю его по щеке. Я сама себя пугаюсь. Ладонь горит. Саша смотрит на меня так, что глаза его широко раскрываются. В них вспыхивает такая сильная ненависть, что я невольно отступаю к стене.

— Ты хочешь порвать со мной?

Его голос звучит хрипло. Он осторожно приближается ко мне. Я чувствую, как меня охватывает озноб.

— Я задал вопрос, ответь.

— Саша... отойди. Я тебя боюсь...

Кажется, он не владеет собой. Я тоже. Как я могла поднять на него руку? В кого я превращаюсь? С другой стороны, он заслужил...

— Не нужно меня бояться. Если подобное повторится еще раз — нам придется расстаться. Как бы сильно я тебя ни любил, я не приму такого скотского отношения.

Саша возвращается в постель. Я начинаю плакать и расцарапывать свои бедра ногтями. Я дико устала от вечного напряжения! Он очень громко дышит, и я чувствую, что его распирает от злости. В такие мгновения всегда хочется призвать на помощь других людей. Я хочу позвать его родителей. Я слабее, чем он, и мне нужна опора, чтобы противостоять Саше. Я направляюсь к двери, но останавливаюсь на полпути. Нет, это неправильно. Эти отношения — мои, и я не должна искать поддержку и защиту у других. Вспоминаю маму и тот момент, когда она, ругаясь с отцом или со мной, всегда обращалась за помощью к бабушке и делилась с ней всеми подробностями.

— Ложись спать, — говорит Саша. — И успокойся.

Я подчиняюсь и залезаю в постель, свернувшись калачиком. Мне холодно и страшно. Я думаю, что наши отношения на грани окончательного разрыва.

— Я не предполагала, что события примут такой оборот...

Саша тяжело дышит. Повернувшись ко мне спиной, парень ничего не отвечает. Я накручиваю себя всё больше и больше. Что делать в такой момент? Как узнать, правильно ли я себя веду? Удивительно, но об этом не упоминают в школьных учебниках. Никто не учит тому, как правильно строить отношения. Почему нет научных трудов с конкретными рекомендациями? Почему не существует пособий, где можно было бы увидеть, как исправить сложные ситуации в личной жизни? Я обнимаю его и утыкаюсь лбом в его горячую спину. Он меня не отталкивает, и это уже прогресс...

Я проснулась рано утром, когда Ветров ещё крепко спал. Решив не будить его, я осторожно покинула спальню. Приведя себя в порядок, я спустилась на кухню и растерялась, заметив маму Саши. Она стояла у окна, распахнутого настежь, с чашкой ароматного кофе в руках, наблюдая за дождем.

— Извините, если помешала.

Яра обернулась и приветливо улыбнулась.

— Доброе утро. Как спалось?

— Нормально...

— Там еще остался кофе. Угощайся.

Я киваю и достаю чашку. Родители Ветрова предоставили мне полную свободу действий в их доме. В комнате было уже довольно прохладно, но Яра не спешила закрывать окно. Налив себе кофе, я уселась за стол и принялась разглядывать мать Саши. Она была одета в длинный шелковый халат малинового цвета, который оставался распахнутым, открывая короткую ночную сорочку с кружевами на груди. Без очков и макияжа она выглядела очень юной.