Видео гаснет. У меня трясутся руки. Я открываю следующий файл. Теперь за камерой стоит Саша. Он снимает Ксюшу, которая прячется в ванной, одетая в шёлковый халат.

— Ксюша, иди сюда!

— Нет! Убери камеру, противный ребенок!

— Ты должна выполнить желание!

Саша смеется и пытается открыть дверь, которую Ксюша закрывает и удерживает.

— Так нечестно!

— Ты жульничал!

— Трусиха!

— Господи! Хорошо!

Открыв дверь, она несется на балкон под лай пса. Снова этот дворняга рядом.

— Тихо, Темп! Мы должны услышать ее позор!

Саша смеется, пока Ксюша кричит во все горло: «Я пингвин, несу яйцо — не чужое, а свое!» Забежав обратно, девушка валит Сашу на пол и начинает его щекотать. Камера прыгает, я вижу то Ксюшу, то Сашу и плачу, понимая, что она была ему очень дорога. Пес лает, тыкаясь носом в камеру.

— Темп, убери ее от меня!

— Ты опозорил меня перед соседями! Меня теперь никто не возьмет замуж!

— Да, Ксюша… Ай… Я лопну… ахах… Ксюша!

Видео заканчивается, но я уже не могу остановиться и открываю следующий файл. Теперь я вижу светлую кухню и Кирилла. Он здесь гораздо старше и сидит за столом, поедая манго. Рядом нахохлившись сидит Саша — он ест котлету.

— Сынок, посмотри на маму. Киря…

Ярослава снимает сыновей. Точнее, только Кирилла. Старший сын будто случайный элемент. Саша хмурый… Слышится грохот, и Кирилл заливается смехом, протягивая испачканные руки к отцу. Тот входит в комнату, наклоняется к младшему сыну и целует его в щёку.

— Какой счастливый! Кто это? Папа… Скажи «папа», Кирилл. Ой, Максим, он тебя кормит! Боже, как сладко!

Саша недовольно смотрит, как его отец милуется с ребенком. Честно сказать, я поражена. Трудно осознать, что этот мужчина способен на такие эмоции. Он смотрит на Кирилла с благоговением, словно тот — дар свыше. Он его обожествляет. Открыв рот, Максим хватает кусок манго с руки сына и целует его кулачок. Саша, отвернувшись, сосредоточенно перемешивает вилкой содержимое своей тарелки.

— Саш, смотри, Кирилл кормит папу. Он очаровательный!

— Мне пофиг. Не снимай меня…

Максим переводит суровый взгляд на старшего сына. Все тепло мгновенно испаряется из кухни, и он грубо бросает:

— Не огрызайся.

Саша поджимает губы. Через какое-то время ребенок встает и уходит, а видео продолжается… Я не могу на это смотреть. Я чувствую боль Саши и злюсь на его родителей. Неужели они не видят, что он тоже хотел внимания? Я с опаской включаю следующий файл.

— Не снимай, — Ксюша закрывает Саше лицо рукой и восклицает: — Убери телефон, Красавин, пока я тебе рожу не расцарапала!

— Я покажу Ветру, куда ты привела его сына! Совсем уже ебанулась.

Они сидят в каком-то баре. Саша в окружении девушек. Гремит музыка. Все веселятся. Саша ест картошку фри.

— Успокойся, Красавин.

— Ты успокойся.

Этот Красавин почти в каждом видео. Кто он такой? Может быть, парень Малиновской? В кадре Саша шепчет Ксюше что-то на ухо, и она кивает.

— Стукачок, — шипит Ксюша, глядя в камеру, замечая, что мужчина снова их снимает.

— Да он не скажет, — вставляет Саша. — Он ведь свой.

— Я тебе по жопе дам «свой». Твой папаша мне голову открутит.

Саша пожимает плечами, и Ксюша смеется, обнимая ребенка.

— Сфоткай нас лучше.

— Саня, сними очки, отсвечивает.

Ребенок снимает очки и, улыбнувшись, обнимает Ксюшу в ответ.

— Подпишем фото: «Два гуляки».

— Заткнись, Красавин. Идем танцевать!

На танцполе множество людей, но Ксюша с Сашей залетают в самую середину, пока Красавин снимает их и смеется.

— Последний день Малины. Завтра Ветер ее убьет за то, что она привела ребенка в клуб!

Ксюша с Сашей бесились под музыку так, словно они только одни в этом мире. Мне очень жаль, что эта светлая девушка ушла из жизни так рано. Вероятно, если бы ее жизнь не оборвалась, она бы могла растопить холод в душе Саши. Наблюдая за Малиновской, я не замечаю нашего сходства. Она совершенно другая: веселая, заводная, общительная. Я из другого теста, и у меня в голове не укладывается, что мама Саши могла нас сравнивать... Видео заканчивается, оставляя в моей душе горькое послевкусие. Я с трудом завершаю уборку и не могу избавиться от мыслей про Сашу. Мне становится ясно, почему он так безразличен к своим близким. После уборки я иду в душ. Мне необходимо прогнать оцепенение. Удивительно, что мне попались именно такие кадры...

Выйдя из душа в полотенце, я сталкиваюсь глазами с Сашей. Он снимает кроссовки, и его взгляд останавливается на моей груди. Не описать, как в тот момент у меня развивается сердце от любви.

— Я оставил дома свой телефон. Пришлось возвращаться.

Шагнув к нему, я обнимаю Сашу за плечи и страстно целую в губы. Он удивлен, потому что я никогда не проявляю инициативу. Полотенце падает к ногам, и Саша, застонав, поднимает меня на руки, пока я, обвивая ногами его каменный торс.

— Забудь, — шепчу я, пока он целует меня в шею. — Забудь со мной все на свете.

Саша оставляет на коже засос. Я впиваюсь ногтями в его плечи. Припечатал меня к стене, парень с трудом расстегивает джинсы и, вытащив член наружу, вторгается в мое лоно. Я кричу от пьянящих чувств и теряю связь с реальностью.

— Да, мой Саша... да.

Я люблю его каждой клеткой тела и жаль, что накануне мы так сильно поругались. Я хотела бы выразить миллион теплых слов, но могу лишь издавать стоны. Саша будто срывается с цепи, увеличивая темп движений, и я улыбаюсь, понимая, что дала мужчине именно то, что сейчас ему необходимо.

Глава 60

Саша не вычеркнул подруг из жизни, однако сказал, что ни с кем больше не встречается наедине и проводит время исключительно в мужской компании. Сначала я была раздражена, но потом он преподнес мне в подарок новый телефон, чтобы сгладить конфликт. Пришлось смягчиться.

В начале ноября Саша стал реже появляться дома. Он пропадал на работе, раскручивая филиал фирмы своего отца. Я, в свою очередь, уволилась из магазина. Это было непросто, но Ветров поставил ультиматум, и мне пришлось пойти на уступки ради сохранения отношений. Теперь я полностью перешла на работу в тату-салон и, честно говоря, ощущала себя гораздо лучше.

Саша просил меня записаться на курсы китайского языка. Я все откладывала. Он злился, но старался не давить. Его родители приняли наши отношения. Ярослава сама писала мне и интересовалась, как у нас дела. Она также отправляла нам продукты с помощью такси. Это было очень трогательно. Я ликовала. У меня никогда не было полноценной семьи, и меня настигло какое-то особенное чувство. Я надеялась на благоприятный и гармоничный исход. Мне хотелось мира в семье, и я как могла работала над отношениями и старалась со всеми поладить. Перемены, произошедшие со мной, были значительными. Я перестала жить в режиме выживания и перенапряжения на работе. все стало ровным и понятным. И хотя ничто не предвещало беды, мои близкие снова нарушили гармонию настоящего.

Поздно вечером в квартире играли песни Майли Сайрус. Я стояла на кухне в футболке Саши и готовила ужин, ожидая его с работы. В квартире царил мой порядок. К счастью, Саша оказался из тех мужчин, кто не воюет с женщиной за территорию. Я смело переставляла его вещи, наводила уют и раскладывала все на свой вкус. Раздался звонок в дверь. Я радостно бросилась к двери, предвкушая встречу с Сашей, но на пороге стояли мои близкие: мама в ярком красном пуховике и бабушка в тёплой дублёнке, державшая в руках свежий цветок в горшке.

— Привет...

Я растерялась.

— Здравствуй. Что за бесстыжий вид?

— Мам, я...

— Ленусь, привет. Мы проходили мимо и решили к тебе заглянуть, — бабушка зашла в квартиру. — Ты не против?

— Нет, конечно, нет.

Я смутилась и ушла в комнату за штанами. Я не ожидала таких гостей. Саша до сих пор с ними не знаком. Я не хотела сталкивать эти непохожие миры. Я и так только недавно наладила отношения с родителями Ветрова. Мне не хотелось снова проходить испытания. Мама с бабушкой сняли верхнюю одежду и прошли на кухню.