— Нет. Если сложить все наши диалоги, не выйдет и десяти минут.

— Порой хватает и секунды, чтобы влюбиться.

Я отмахнулась. Егор меня нисколько не интересовал. Вся моя жизнь принадлежала Саше. Так будет всегда.

Узнать человека по-настоящему можно, только живя с ним бок о бок. Я полагала, что Саша не предъявляет высоких требований к быту. Как оказалось, это было заблуждением. На самом деле он замечал всё: пыль, грязную посуду, вчерашний ужин. Во время беременности я стала настолько ленивой, что запустила квартиру. Саша отправился на поиски носков перед работой, но так и не смог их найти.

— Где мои носки?

Я только проснулась и чувствовала себя разбитой. Последний месяц беременности стал самым тяжелым. Я сильно отекала и вечно бегала в туалет.

— Я откуда знаю, где ТВОИ носки?

Саша с шумом захлопнул ящик.

— Ты сидишь дома и должна следить за порядком. У твоего мужа нет чистых носков.

Когда беззаботные и веселые молодые люди становятся серьезными и педантичными? Вероятно, почти сразу после того, как создают семью.

— Что значит «должна»? Я никому ничего не должна! У тебя есть руки — возьми и запусти стирку. В чем проблема?

Саша рылся в корзине с грязным бельем, пытаясь найти носки. Проклятые носки. Они испортили мне все утро.

— Наверное, в том, что у меня всего один выходной и я не хочу тратить его на стирку. Пиздец, докатился.

Стало обидно. Может быть, он в чем-то прав, но я ведь не специально.

— Купи по дороге новые...

— Я так и сделаю! Лена, почему в квартире такой бардак?! Ты реально ждешь, что я буду убираться?

— Я плохо себя чувствую.

— Да? — он вышел из ванной злой, как пес. — Я не обращал на это внимания, когда ты каждый день ездила к родным на другой конец города. У тебя свой дом. Ты должна уделять внимание мне и следить за порядком.

— Прекрати меня учить! Что за мозготрепка с утра пораньше? Я сама знаю, что мне делать!

— Если еще раз такое повторится, я выйду из себя. Будь добра, приведи мои вещи в порядок.

— Я вообще больше не буду стирать твои вещи! В семье должно быть равноправие.

Саша рассмеялся.

— Никакого равноправия нет. В семье есть только мужское слово и женские обязанности.

— Иди ты к черту.

Саша ушел на работу, хлопнув дверью, а я от злости разбросала все его вещи по квартире и заплакала. Семейная жизнь — трудный процесс. Вы можете выйти замуж по любви или по расчету, но вам все равно придется прилагать одинаковые усилия, чтобы сохранить семью. На эмоциях я позвонила бабушке и нажаловалась на Сашу. Это было моей ошибкой...

Муж вернулся с работы поздно ночью и закатил грандиозный скандал. Я все убрала и постирала его чертовы носки, но, оказывается, ему позвонила бабушка. Она рассказала, что я считаю Сашу неблагодарным и сложным человеком, и он взбесился.

— Какого черта ты рассказываешь про меня родным?

Я покраснела. Саша продолжал кричать:

— Про постель ты тоже рассказываешь? Что за херня, Лена? Есть претензии — выясняй их со мной! Не нужно бежать и плакаться по углам, чтобы тебя пожалели!

— Я... мне нужно выговориться. Я устала.

— Отчего ты устала? От безделья? Лежишь сутками, ничего не делаешь, и я козел, потому что попросил тебя постирать носки? Ты не в себе.

— Это ты не в себе. Не повышай на меня голос!

— Не затыкай мне рот! Ты моя жена, и я обязан тебе доверять, но я не смогу это делать, если ты будешь стучать на меня кому попало.

— Кому попало? Это моя семья!

— Я — твоя семья!

— Ты ни во что не ставишь моих близких. Я не позволю так...

— Замолчи. Ты не права.

— Я все для тебя делаю и для твоих родных. Я миллион раз переступаю через себя, почему тебе так трудно один раз в жизни промолчать?

— Ты делаешь много лишних действий. Не нужно прыгать перед моей семьей. Я об этом не прошу.

Я достала из шкафа ящик с его носками и вывалила их на постель.

— Вот, доволен? Проверять будешь?! Ты же, оказывается, у нас за патриархат! Что ж ты сразу не предупредил, что я должна ходить перед тобой, как цирковая собачка?

Саша ушел на кухню, и что-то там грохнуло.

— Неужели так трудно засунуть язык в жопу? Я после работы. Нехуй меня долбать.

— Не матерись! Я сто раз просила выражаться культурно! У тебя скоро будет дочь, и ты должен следить за тем, что говоришь!

Саша ничего не ответил, и мы легли спать, обиженные друг на друга. Каждый из нас считал себя правым, и это большая трагедия для молодой семьи. Нужно уметь уступать, нужно уметь прощать, нужно искать компромиссы. Я плохо спала, и муж тоже всю ночь вертелся. Утром я проснулась намного раньше, специально чтобы приготовить для него завтрак. Он зашел на кухню уже одетый.

— Блины?

— Да, — недовольно ответила я.

Он обнял меня, улыбаясь.

— Не ругайся со мной, Лен. Я тебя люблю.

— Я тебя тоже люблю...

Саша поцеловал меня, и все недопонимания стерлись. Он плотно позавтракал и съел почти все блины, а после ушел на работу. Глядя на гору немытой посуды, я задумалась: почему же я так хотела выйти замуж? Откровенно говоря, в браке для женщины больше минусов, чем плюсов.

Глава 87

Александр

Чайкин вздохнул. Я оторвал взгляд от телефона, смотря в серо-голубые глаза друга.

— Что?

— Скукота. Я чувствую себя брошенной телкой.

Я усмехнулся.

— Лене скоро рожать. Я должен быть всегда на связи.

— Лена — это... Лена — то... В кого ты превратился, Ветер? В ручную болонку?

— Я тебе это припомню, когда ты женишься, — я вновь взглянул на телефон..

Чайкин убрал руки за голову и облокотился на спинку стула.

— Вряд ли такое чудо произойдет. Тем более у меня перед глазами есть пример. Мой лучший друг любезно шагнул в пропасть первым.

— Плохой пример? — я отхлебнул кофе.

— Отвратительный. Из-за рыжей ты потерял все. А какие перспективы были! Честно, я думал, ты по стопам отца пойдешь.

— У меня своя дорога.

— С протянутой рукой?

Я нахмурился, а Чайкин развел руками.

— Без обид, но если не я, то кто скажет правду? Ты отшил Китай и привязал к ноге якорь. Жена, детишки — с таким багажом никуда не улетишь.

Он сыпал соль на открытую рану. Я постоянно об этом думал. Конечно, я любил Лену, но двигаться с таким балластом сложнее, чем одному. Семейный человек тащит за собой груз ответственности, и от этого замедляется скорость его достижений.

— Значит, я уже прилетел куда нужно, — я улыбнулся, хотя внутри разливалась неприятная желчь горечи.

— Ты способен на большее.

Внимание Чайкина привлекла темнокожая иностранка у барной стойки, и он потерял нить разговора. Вскоре мы попрощались, и я поехал домой с кучей неприятных мыслей в голове.

На следующее утро Лену увезли в родильный дом. Я был на работе и не находил себе места. Мама поехала к ней, отец — ко мне. Он отвез меня к жене. Это было очень волнительно. Я выкурил свою и отцовскую пачки сигарет, сидя в машине под окнами больницы. Отец сидел рядом. Он откинул сиденье и прикрыл глаза, пока я дышал как бык.

— Ты хочешь ребенка?

— Что?

— Спрашиваю: ты хочешь этого ребенка?

— Да... Бля, пап, что за вопрос? Конечно, хочу.

— Тебе подфартило, что будет дочка.

— Ты пацана хотел?

Отец открыл глаза.

— Да чтоб он из тебя всю кровь выпил.

Я усмехнулся.

— Подожди завидовать, я еще не знаю, на что способна дочь...

— С ней тоже могут быть проблемы.

— Какие?

— Клубы... сигареты... проституция.

— Молчи.

Он усмехнулся, наблюдая за мной.

— Может, и не повезло. Я бы с девчонкой точно не поладил.

— Ариана будет очень благовоспитанной.

— Если пойдет характером в свою мать, а если в тебя...

Мне стало плохо, и я ударил его по плечу.

— Ты специально меня драконишь? Я, наверное, отдам ее в воскресную школу.

Отец снова громко рассмеялся.