— Мне жаль, что ты не такая, как другие, Лен. Так было бы проще общаться, и мы бы классно оттянулись.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали в тишине. Удивительно, что он довез меня до дома, а не выбросил где-нибудь по дороге. Он понял, что ему не светит секс со мной, и потерял интерес. Типично по-мужски. Мама не раз предупреждала меня, что у мужчин только одно на уме, и, как показывает практика, она не ошиблась. Остановив машину у моего подъезда, Ветров повернулся ко мне, улыбаясь уголком губ. Я смотрела на него стеклянными глазами сквозь пелену слез. Как оказывается, нужно мало времени, чтобы привыкнуть к человеку.

— Ну, прощай, котенок. Береги себя.

Ком в горле мешал говорить. Я кивнула и потянулась к двери. Ветров схватил меня за коленку, блуждая глазами по моему лицу. Губы задрожали, и слезинка скатилась по щеке. Дура! Почему я плачу из-за него? Он не заслуживает моих слез!

— Я посижу еще... Не хочу, чтобы дома видели слезы.

— Да, конечно. Сиди столько, сколько нужно.

Ветров вернулся на свое место, барабаня пальцами по рулю. Я не могла сдержать слезы, они водопадом лились из глаз.

— Что мне сделать, Лен? Пожалеть тебя?

Я закрыла лицо руками, пытаясь хоть как-то от него оградиться.

— Блядь, нахуя я связался с ребенком?!

Он вышел из автомобиля и вскоре оказался рядом со мной. Он поднял меня на руки и усадил к себе на колени. Меня никогда никто не успокаивал, и тем более мужчина. Я размякла и разрыдалась, пряча лицо у него на груди. От него пахло ментолом и чем-то свежим... Его большая ладонь гладила меня по пояснице.

— Ты же понимаешь, что так правильно? — Я кивнула. — Вот и умничка. Ты просто невинная маленькая девочка, которой нужны совсем другие отношения. Я не смогу идти с тобой за руку и думать о погоде. Мне нужен секс, отдых, расслабление. Я понял, что ты к такому не готова, и моя ошибка, что я вообще всё это затеял.

— Прости, — с трудом произнесла я, обнимая Сашу за шею.

Он закрыл глаза и обнял меня в ответ. Никто никогда не успокаивал меня, когда я плакала, и это поразило меня до глубины души. Как, оказывается, приятно страдать, когда рядом человек, который тебя обнимает.

— Иди домой, Лен.

Я кивнула, но по-прежнему обнимала его за шею.

— Ты слышишь, что я тебе говорю? — он шлёпнул меня по бедру. — Уходи.

Отстранившись, я вытерла слезы и вышла на улицу, с трудом соображая, что сейчас происходит. Наверное, я выглядела жалко и нелепо. Ветров вышел следом за мной и занял место впереди. Я побрела к своему подъезду. Достав ключи, я посмотрела на Ветрова... Он не уехал. Из-за тонировки я не знала, смотрит ли он на меня сейчас или нет. Я не могла уйти... Мне было так больно, что казалось, что я умираю. Он обзывал меня, унижал и насмехался, а я не могла уйти! Я уже отдала ему свое сердце, мысли, душу. Он забрал так много. Дверь открылась, я замерла... Однако Ветров не покинул автомобиль, и мне показалось, что он страдает так же, как и я. Я шагнула к его машине, не обращая внимания на гордость. Вокруг ни души, только я, Ветров и фонари. Он наконец-то вышел из машины, исцеляя мое несчастное сердце. Я не помню, как оказалась в его руках и сколько времени проплакала, прежде чем смогла отпустить боль этой ночи.

Глава 18

Александр

После последней встречи с Леной я чувствовал себя выбитым из колеи. Я не знаю, как это всё объяснить. В голове полнейший бардак, но мне лень разбирать завалы мыслей. Я вернулся домой под утро и проспал до вечера. Проснувшись, я заметил пропущенный от матери и выругался, с запозданием вспоминая, что обещал отцу прийти в гости. Написал маме, что в этот раз не смогу приехать, и предложил перенести визит на другой день. Она ограничилась отправкой смайлов в виде сердец и больше ничего не добавила. Достав из холодильника банку энергетика, я устроился на диване и включил идиотскую комедию «Мальчишник в Вегасе». Весь сюжет пролетает мимо, потому что я думаю о Лене.

Я просто охреневаю от её характера. Во-первых, она непредсказуемая. Во-вторых, отбитая. В-третьих, прямолинейная. Она наговорила мне столько гадостей, что это просто жесть. Со мной никто не говорил подобным образом. Я задумался. Я уже не раз приводил в коллектив девушек, но только Лена не стремилась наладить контакты с кем-либо. Другие всегда старались наладить общение, расспрашивали обо мне подруг, обменивались социальными сетями. Что, блядь, с рыжей не так? Она даже не попыталась ни с кем подружиться. Ещё и обругала всех. И еще после всего перечисленного, рыжая была готова сесть в машину к первому встречному и умчаться хрен пойми куда... Нужно было хорошенько отлупить её по заднице за такое поведение, но у меня бы не поднялась рука так поступить. В какой-то момент она так меня разозлила, что я решил полностью разорвать с ней отношения. Но неожиданно Лена заплакала, и я готов был себе шею свернуть за то, что причинил невинному созданию столько страданий. События и эмоции сменяли друг друга с такой скоростью, что я не успевал за ними. Я не мог её понять, не узнавал прежнего себя и словно наблюдал за происходящим не только через призму своих ощущений, но и глазами рыжей.

Раздался звонок в дверь. Я выругался и нехотя направился встречать неожиданного визитёра. Ляся... Стоя в коротком розовом платье, девушка кусала губы.

— Что стоишь? Заходи.

— Ты один?

— Один.

Ляся зашла в квартиру и скинула босоножки. Я вернулся на диван. Я почувствовал раздражение, когда она прервала мои размышления о Лене.

— Как дела? Хочешь, что-нибудь приготовлю?

— Ничего не хочу.

— Эй, — она села на диван и схватила меня за руку. — С тобой всё хорошо?

Я выдернул руку. Ляйсан нахмурилась.

— Значит, ты теперь в отношениях?

— Не знаю, — я вздохнул и с шумом поставил пустую банку энергетика на стол. — Считай, стоит статус «всё сложно».

— Соня сказала, это та рыжая продавщица из сетевого? Как ты вообще с ней замутил?

— Тебя реально это ебёт?

— Я думала, мы поговорим и я смогу помочь...

— Я просил тебя об этом? — рявкнул я, и она поднялась с дивана, отходя к окну. — Себе сначала помоги.

— Саш...

Я не стал её слушать и ушёл в спальню. Я никогда ни с кем не обсуждал свою личную жизнь. Это табу, и Ляйсан об этом прекрасно известно. Она сама перешла черту, и потому меня не грызла совесть за то, что я на неё нарычал. Я больше волновался за рыжую, с которой у нас не получилось найти способ продолжить общение. Я хотел её трахнуть, и это перекрывало всё остальное. Меня манило, что она — целка, что никто до меня её не трогал. Я хотел забрать её себе, подчинить, сделать своей, но что будет после того, как мы переспим? Какого хрена я об этом думаю? Я что, баба?! Разблокировав телефон, я зашёл на страницу Лены. Абсолютно пустой профиль: ни фоток, ни друзей, ни статусов. Это сводит с ума... Меня пожирает любопытство узнать её лучше. Я хочу её понять. Я хочу проникнуть в её мир и балдею оттого, что она такая недоступная. Меня дико заводит ее непредсказуемость и нестандартное мышление.

Александр: «На работе?»

Мне приходится ждать вечность, пока она ответит. До меня доносится запах еды. Ляся не ушла, и видно, что-то готовит.

Лена: «Да, в тату-салоне.»

Александр: «Украшаешь чьё-то тело?»

Лена отправляет фото, на котором запечатлена спина мужчины с татуировкой рун на плече. Я до предела сжимаю челюсти, не в силах контролировать ревность. Я не ожидал, что в своей работе она взаимодействует с мужчинами. Блядь. Мне не нравится её работа. Ни одна, ни вторая. Будь она со мной... Я тяжело дышу. Пока я из-за неё страдаю, она там набивает мужику тату.

Александр: «Ясно»

Хотя совершенно ничего не ясно. Наверное, между нами никогда не будет ясности. Я должен держаться от нее подальше.

Лена: «Зачем ты написал? Хочешь вернуть медведей?»

Александр: «Давай увидимся»

Лена: «Не вижу смысла»

Я просто в ярости. Что за тупой характер? Я ещё уговаривать должен? Откинув телефон, я закрыл лицо подушкой. Я испытываю сильное возбуждение и не могу контролировать свою злость. В кого она меня превращает?! На хрен я вообще ей написал? Нужно удалить к чертям её номер! Пытаюсь переключить мысли, но перед глазами красная пелена ревности. Она может пойти на свидание с кем-то после меня. Этого нельзя допустить. Она такая наивная, ранимая, невинная. Я обязан защитить её от ошибок. Возможно, она уже сейчас размышляет, с кем бы провести время...