Вот что у неё в голове?

Как это понять?

Может, она тоже что-то чувствует?

Может, просто ждёт, что я сделаю первый шаг?

Что я наконец скажу это вслух?

Я на секунду задумался.

И почти сразу же сам себе покачал головой.

Нет.

Она ведь ясно дала понять, что я ей нужен как друг.

Тогда как мне говорить с ней?

Как?

Ладно.

Буду думать по факту.

Сначала поговорим, а там видно будет.

Может, цветы ей купить?

Я даже притормозил на светофоре, раздумывая.

Нет.

Цветы — плохая идея.

Она сразу поймёт, к чему это. Ещё на пороге всё поймёт. И, зная её, может вообще сбежать.

Я тихо хмыкнул.

Нет. Лучше без пафоса. По-нашему.

Я остановился у её любимой кофейни.

Той самой, где она каждый раз брала один и тот же десерт. Чизкейк.

Я зашёл внутрь, быстро взял коробку и вышел обратно к машине.

Сев за руль, поставил пакет рядом на сиденье и посмотрел на него.

Болела ведь.

Три дня почти ничего нормального не ела.

Одна пресная еда. Суп. Каши. Чай.

Наверное, обрадуется.

Поноет немного, конечно.

Скажет, что я опять её перед взвешиванием сбиваю.

Но всё равно съест.

Я ведь знаю её. Каждую привычку. Каждую реакцию. Каждую фразу могу предугадать.

Я покачал головой.

И почему я раньше не понял, как к ней отношусь?

Разве я когда-нибудь был настолько внимателен к кому-то ещё? Разве я когда-нибудь так запоминал чужие привычки?

Нет.

И она тоже меня хорошо знает.

Просто…

В последнее время нас обоих переклинило из-за этой неловкости, которую я же сам и создал.

Надо было сначала поговорить. А потом уже целовать.

Я фыркнул.

Но тогда… Как бы я решился на разговор?

Я же тогда даже не понимал толком, что происходит.

Не допёр бы.

Бляяяя.

Я тихо рассмеялся.

Вот реально про боксеров говорят — тупые мы.

В голову ударенные.

А ведь мы, похоже, два года друг друга ждали.

Кто первый созреет.

Ни у Ники отношений не было. Ни у меня.

Мы просто… Не замечали никого вокруг.

Я смотрел на неё. А она — на меня.

Я тихо вздохнул. Я ведь физиологию где-то на стороне решал. Как нужду. Без эмоций. Без привязки.

А мог бы… Уже два года быть с ней.

Я невольно усмехнулся.

Может, уже жили бы вместе. А может… Даже поженились.

Чёрт.

Страшно это — осознавать чувства.

Я притормозил у дома Ники и припарковался.

Возле подъезда шла уже знакомая бабулька.

Та самая, которая тогда дверь мне придержала, когда я мчался к рыжику, думая, что с ней что-то случилось.

Сейчас она шла медленно. Домой возвращалась.

Пакеты тяжёлые несла.

Я вышел из машины, перехватил у неё сумки.

— Давайте помогу.

Она удивлённо посмотрела на меня, а потом узнала.

— Ой… опять ты.

Я усмехнулся.

— Опять я.

Мы вместе зашли в подъезд. Я проводил её до квартиры. Жила она на восьмом этаже.

Когда она открыла дверь, повернулась ко мне с доброй улыбкой.

— Ты к Веронике Смирновой, небось, торопишься?

— Да, к ней.

— Молодец, парень. Она хорошая девочка. Шилопопая только.

Я невольно улыбнулся.

Это точно.

— Как увижу её, так она всё время куда-то бежит.

— бабулька махнула рукой. — Ну… гимнастка. Что поделать. Жизнь такая.

Она взяла у меня пакеты.

— Спасибо тебе за помощь.

— Не за что.

Попрощавшись с женщиной, я почти бегом спустился на пятый этаж.

В руках у меня трясся пакет с чизкейком.

И чем ближе я подходил к её квартире, тем сильнее внутри поднималось нервное напряжение.

Я остановился перед дверью. Сделал вдох. Нажал на звонок.

Секунда.

Две.

Щёлкнул замок. Дверь открылась.

И вместо веснушчатого лица моего рыжика я увидел другое.

Совсем другое. И оно принадлежало не её брату. Не маме. И даже не отцу.

Передо мной стоял незнакомый парень.

Я сразу напрягся.

— Ты кто? — резко спросил я.

Позади послышались быстрые шаги.

Знакомые. Я бы их из тысячи узнал.

— Денис, пусти, это Никита пришёл, — раздался голос Ники.

Денис, значит...

Ага.

Я медленно посмотрел на парня.

Мудень. Ниже меня на голову. Худее килограммов на двадцать.

Он отошёл в сторону, освобождая проход, и я зашёл внутрь.

И вот тут передо мной открылась картина маслом.

Ника стояла посреди прихожей.

В нежно-розовом платье. В руках держала туфельки, которые явно только собиралась надеть. Волосы уложены. Лёгкий макияж.

Она выглядела… Красиво. Чертовски красиво.

Явно не мусор выносить собралась.

Я медленно перевёл взгляд на её лицо.

И заметил её глаза.

Виноватые. Или испуганные.

Как будто её муж только что застал её за изменой.

Я молча поставил пакет из кофейни на столик в прихожей.

— Это кто? — повторил я вопрос.

Мудень тут же шагнул ближе ко мне и протянул руку.

— Меня зовут Денис.

Я даже не посмотрел на его ладонь.

Только медленно оглядел его с головы до ног.

Костюм. Рубашка. Туфли. Он был при полном параде.

— Я одногруппник Вероники, — продолжил он. — Она много о тебе рассказывала.

Я резко перевёл взгляд на Нику.