Кажется… он говорил мне об этом. Когда-то.

Мимоходом. А я, как обычно, не придала значения. Ну что я за человек…

Саня немного помолчал, а потом добавил:

— Он думает, что ты с Денисом…

Я резко открыла глаза.

— С чего бы это?

— Он видел вас перед отлётом у твоего дома… — спокойно ответил Саня. — Я так понимаю, он ошибался?

Я села ровнее.

— Я Денису деньги возвращала за билет в театр. В который, между прочим, не пошла из-за Никиты… — быстро заговорила я. — И я…

Я замолчала.

Стоит ли так исповедоваться перед главным сплетником боксерского клуба?

Но слова сами сорвались с губ.

— Я сказала Денису, что не буду с ним больше общаться… — тихо добавила я. — Я звонила Нику, чтобы сказать, что хочу быть с ним.

На том конце трубки повисла пауза.

А потом:

— Тьфу ты — ну ты! — рявкнул Саня так громко, что я поморщилась. — Я же говорил ему не накосячить перед тем, как он поехал к тебе! Он же практически сразу за тобой рванул!

Я удивлённо моргнула.

— Зачем? — спросила я. — Он же злился на меня.

— Да не может он злиться на тебя! — возмутился Саня. — Любит, говорю же, до посинения мошонки!

Я заржала. Не засмеялась. Именно заржала.

Слёзы и смех перемешались.

Всё напряжение, которое копилось во мне эти дни… особенно сегодня… вдруг вырвалось наружу.

Боже мой.

Он всё равно меня любит.

— Почему до посинения мошонки? — спросила я, пытаясь отдышаться.

— Да яйца ты ему знатно скрутила! — хохотнул Саня. — Не видел его таким никогда! Представляешь, жил себе мужик спокойно… А потом ты появилась. И всё! Потеряли пацана!

Я молчала, слушала его. Только тихо хлюпала носом. Слёзы снова текли по щекам.

И в этот момент я вдруг поняла, что чувствую себя… счастливой.

Но почему?

Почему?

Разве я не должна сейчас ещё больше переживать из-за того, что мы разрушили дружбу?

Я вдруг фыркнула.

Да хрен с ней.

С дружбой.

Если ему мало дружбы — пусть получает меня всю.

Пусть только не исчезает из моей жизни. Никогда.

Саня долго успокаивал меня.

Говорил что-то смешное, что-то грубоватое, как он умеет.

Даже пообещал приехать и дать подзатыльник, если я не перестану реветь.

— Ну всё-всё… — смущённо бормотал он. — Развела сырость. Медвежонку своему плакать будешь, поняла? Пусть знает!

— Как я его столько ждать буду? — спросила я охрипшим от слёз голосом. — Почему он на связь не выходит?

— Не знаю я. Трусит, наверное, — усмехнулся Саня. — Я ему тоже звонил. Телефон отключен. Я свяжусь с парнями, кто с ним поехал. Пусть перезвонит тебе.

— Хорошо… — прошептала я, снова всхлипнув. — Спасибо, Санечка…

— Ну вот! Санечкой назвала! — умилённо прогудел этот громила. — Считай, и породнились.

Мы попрощались.

Я ещё долго сидела на кровати и плакала.

Позволяла всем эмоциям, всем переживаниям, всему напряжению выйти наружу.

Потом я подошла к шкафу. Открыла его.

Мне нужен был платок, чтобы вытереть лицо, мокрое от слёз.

Но взгляд вдруг зацепился за знакомую ткань.

За футболку. Никита привёз её ко мне, когда я болела, но так ни разу и не надел.А потом просто забыл.

Я медленно взяла её в руки. Поднесла к лицу.

Прижалась носом к ткани. Футболка пахла его духами. И чем-то ещё.

Тем самым запахом, который всегда был рядом с ним.

Тёплым, родным, до боли знакомым.

Сердце вдруг защемило от нежности.

Как же я его… люблю?

Я резко моргнула.

— В смысле… — пробормотала я. — Как я по нему скучаю. Как мне без него грустно…

« Нет », — усмехнулось моё сердце. — « Люблю ».

Я нахмурилась.

Но как же…

Я же сомневаюсь, что у нас вообще что-то получится.

« Но это не мешает тебе его любить », — спокойно ответило сердце.

Мозг тут же вступил с ним в спор.

Они начали выяснять, что я чувствую.

— А ты, душа, что скажешь? — тихо спросила я, приложив ладонь к груди.

Душа промолчала. Но в груди вдруг стало тепло.

Люблю…

Это слово, которое вдруг оформилось внутри меня, словно вспышка, выбивало из колеи.

Выносило мозг. Рвало сердце.

Но я продолжала сидеть на своей кровати, прижимая футболку Ника к лицу.

И улыбалась.

Потому что наконец поняла.

Люблю.

Завтра возьму себе выходной. Следующая глава — в понедельник. Пожалуйста, не забывайте оставлять ваши комментарий и нажимать на кнопочку "Мне нравится".

​

— Санечка! — первое, что я произнесла в трубку. — Мне нужно к Нику! Ты можешь достать для меня билет на чемпионат?

— Ника, ты время видела? — сонно спросил парень, зевая прямо в трубку.

Я автоматически взглянула на настенные часы.

Шесть утра.

И что?

Если честно, мне было всё равно, сколько сейчас времени. Мир мог хоть остановиться — у меня в голове была только одна мысль.

Мне нужно к Нику.

Сердце стучало так быстро, что я чувствовала его даже в горле. Ладони вспотели, пальцы нервно сжимали телефон.

— Сань, помоги! — заныла я, уже заранее готовясь давить на жалость.

— Вероника, не глупи… — пробормотал он, тяжело вздохнув. — Я же сказал, что попробую с ним связаться.

— Не надо! — горячо выпалила я. — Я хочу сама с ним поговорить. Лично. Понимаешь? Лично! Помоги мне достать билеты! Только и всего! Я знаю, ты сможешь!

В трубке на несколько секунд повисла тишина.

Я даже затаила дыхание.

Глупо, наверное, но в этот момент мне казалось, что от ответа Сани зависит всё.

— Я понимаю, ты такая же пылкая, как и Ник… — наконец сказал он. — Только вот у Ника есть виза…

— И у меня есть! — быстро перебила я. — Спортивная. На пять лет. Точнее… уже на год. Я же была на сборах по гимнастике.

— Ну ты же понимаешь, — вздохнул он, — что если ты не участница соревнований, тебя по спортивной визе в страну не пустят. Нужно оформлять туристическую. А на это уйдут недели.

Я прикусила губу.

Недели.

Нет.

Я не выдержу.

— Ну ты же мне поможешь? Правда? — я хитро прищурилась, прекрасно понимая, что он этого не увидит. — Я знаю, что у вас есть связи с визовым центром. Для меня это очень важно. Пожалуйста…

Я даже пальцы скрестила на удачу.

— Чёрт с тобой! — наконец выдохнул Саня. — Что только ради любви друга не сделаешь…