— Это что? — спросил парень, поддевая пальцами украшение.

— Это подарок на день рождения, — ответила я. — Подвеска с медведем… чтобы ты не забывал, что ты мой медвежонок. Даже если когда-нибудь наша дружба закончится, я хочу, чтобы ты помнил о ней… Ты можешь не носить браслет. Просто пусть он у тебя будет…

Я смутилась и замолчала, глядя в его красивые серые глаза.

Мне действительно была дорога наша дружба.

Я уже не представляла своей жизни без Никиты.

Без его подколов. Без его внимания к каждой мелочи.

— Рыжик… — тихо произнёс Ник и обнял меня за плечи. — Спасибо тебе. Я буду носить его.

Я улыбнулась и уткнулась лицом в грудь друга.

Посидев так пару минут, я отстранилась и снова подскочила.

— Это ещё не всё, — пробормотала я.

На верхней полке лежали чёрные боксёрские перчатки.

— Я видела твои перчатки, — сказала я, вручая ему ещё один подарок. — От них скоро останется одна труха. Поэтому я решила подарить тебе новые. Знаю, ты и сам можешь купить себе любые, и твои приносят тебе удачу… но смотри.

Я указала на манжету.

На ней золотыми нитками была вышита надпись:

« Я верю в тебя. Ника ».

Ник уставился на неё и провёл пальцами по буквам.

— Эти перчатки принесут в два раза больше удачи! — засмеялась я.

— Ник... — Соколов поднял на меня глаза. — Ты меня сегодня окончательно растрогать решила?.. Я же говорил — никаких подарков.

— Скажи мне, хоть раз я тебя слушала? — спросила я.

— Конечно же, нет, — усмехнулся друг.

— Вот именно!

​

Два года назад.

Первый день в университете начался для меня слишком рано.

Я почти не спала ночью. Всё ворочалась в кровати, переворачивалась с боку на бок и смотрела в потолок, представляя, каким будет новый этап моей жизни. Университет казался чем-то огромным, взрослым и немного пугающим.

Новые люди. Новые преподаватели. Новая жизнь.

От одной этой мысли внутри поднималось странное волнение — одновременно радостное и тревожное.

К утру я уже окончательно поняла, что заснуть не получится. Поэтому просто встала, заплела волосы в высокий хвост и отправилась на кухню.

— Ты чего так рано? — сонно пробормотала мама.

Она уже готовила завтрак, стоя у плиты. В кухне пахло жареными яйцами и кофе.

— Первый день в университете, — пожала плечами я. — Не спится.

Мама только улыбнулась и поставила передо мной тарелку с яичницей

— Главное — не бойся. Все такие же растерянные, как и ты.

Я кивнула, но внутри всё равно было странное волнение.

Мне казалось, что все вокруг будут уверенными, взрослыми и очень умными. А я — просто рыжая девчонка, которая каким-то чудом поступила в университет.

К девяти утра я уже стояла перед огромным зданием МГУ.

Толпа студентов заполняла двор. Кто-то смеялся, кто-то нервно листал расписание в телефоне, кто-то фотографировался у входа, кто-то уже успел найти новых знакомых и громко обсуждал предстоящие лекции.

Я глубоко вдохнула.

— Ну что, Вероника Смирнова, — пробормотала я себе под нос. — Вперёд.

После пар я решила изучить здание МГУ.

Корпус физфака оказался ещё больше, чем я представляла.

Коридоры тянулись бесконечными лабиринтами, аудитории сменяли друг друга, и уже через десять минут я поняла, что потерялась.

— Отлично, — вздохнула я. — Первый день, и я уже заблудилась.

Я свернула в очередной коридор и вдруг услышала ритмичные глухие удары.

Любопытство моментально победило, и я пошла на звук.

Через несколько секунд передо мной открылся дверной проём тренажёрного зала.

Я заглянула внутрь.

В центре зала стоял огромный парень.

Нет, серьёзно — огромный.

Высокий, широкоплечий, с короткими волосами. Он бил по груше с такой силой, что та раскачивалась почти до потолка.

Бум.

Бум.

Бум.

Каждый удар звучал так, будто в стену врезался молот.

Я невольно замерла у двери.

Парень работал молча, сосредоточенно. Его движения были быстрыми и точными. Руки двигались почти машинально — удар, уклон, снова удар.

Судя по всему, он даже не заметил, что в зал кто-то вошёл.

Я опёрлась плечом о косяк и несколько секунд просто наблюдала.

Потом нахмурилась.

— У тебя растяжка ужасная, — громко сказала я.

Парень замер.

Груша качнулась вперёд-назад и почти остановилась.

Он медленно обернулся и посмотрел на меня так, будто пытался понять, откуда вообще взялся этот голос.

Я улыбнулась.

— Серьёзно, — продолжила я, проходя в зал. — Ты бьёшь хорошо, но ноги у тебя деревянные.

Парень молчал.

Он смотрел на меня сверху вниз, слегка прищурившись. Мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Ты кто? — наконец спросил он.

Голос у него оказался низкий, хрипловатый.

— Ника, — ответила я. — С первого курса физфака.

Парень вытер лицо полотенцем, которое взял со скамьи, и снова посмотрел на меня.

— И что тебе нужно, Ника с первого курса?

Я пожала плечами.

— Ничего. Просто сказала, что у тебя плохая растяжка.

Он несколько секунд молчал. А потом усмехнулся.

— Серьёзно?

— Абсолютно.

Я подошла ближе и ткнула пальцем в его бедро.

— Ты даже до пола не дотянешься.

Парень несколько секунд молча смотрел на меня, будто пытался понять, шучу я или действительно всерьёз решила учить его чему-то.

А я смотрела на него и всё больше убеждалась в своей правоте.

У него были широкие плечи, мощная грудь, руки — как канаты. Такие обычно у ребят из тяжёлых весовых категорий. И двигался он уверенно, быстро… но при этом немного тяжело.

Я видела это сразу.

Для человека, который с детства жил в мире гимнастики и растяжек, такие вещи бросались в глаза моментально.

— Проверим? — спросил он.

— Проверим, — ответила я.

Он хмыкнул и шагнул к центру зала. Я пошла за ним, чувствуя странное возбуждение от самой ситуации. Мне всегда нравилось кого-то учить. Особенно когда человек был уверен, что у него всё отлично.