Сириус подошел ко мне и под аплодисменты вывел из зала суда. Я же отходила от пережитого напряжения и соображала плохо.

— Вы были потрясающи, мисс Грейнджер, — восхищенно произнес Говард Фаст. — Мы рассчитывали на победу с минимальным перевесом голосов. А получился убедительный разгром оппонентов. За позицию Дамблдора голосовал только его извечный приятель Элфиас Дож и несколько действующих пожирателей смерти, которые выносили вердикт исключительно из-за вашего статус крови. Малфой, кстати, тоже голосовал против меня, но я понимала, что в данной ситуации иначе он не мог.

— Да, Гермиона, ты прелесть. Альбус с тобой сильно просчитался, — довольно заявил Блэк, когда адвокат с нами распрощался и аппарировал в неизвестном направлении. — Сейчас мы с тобой на Косую аллею. Купим там огромный торт от Фортескью и будем весь вечер отмечать твой переезд на Гриммо. Кстати, потом Пенни вызовешь, скажешь, чтоб она вещи твои перенесла из Озерного края.

— Ой, я только сейчас сообразила, что мистеру Фасту же нужно заплатить за его работу. А я даже не представляю, сколько стоят услуги адвоката.

— Не переживай, по этому вопросу. Как твой опекун, а впоследствии и муж, все финансовые вопросы я беру на себя. Поверь, состояния Блэков на это хватит.

— Я верю, но у меня же тоже есть деньги, которые надо на что-то тратить.

— Вот, как состояние моих предков промотаем, тогда и начнем твои сбережения тратить, — беспечно выдал Сириус. — А не успеем потратить, значит нашим детям поручим эту важную миссию.

Я поняла, что серьезности от него сейчас не добьюсь. Слишком уж он рад своей победе.

Мы прошли к лифту и пока его ждали, я стала разглядывать табличку на стене возле кнопки вызова.

Десятый зал суда, в котором рассматривалось дело о моей опеке, находился на минус десятом уровне. Но дойти до него можно было только по лестнице, потому что лифт ехал только до минус девятого уровня, на котором мы сейчас и находились. А на информационной доске, которую я сейчас внимательно изучала, был перечень всех департаментов, находящихся на этом этаже. Между «Комнатой Времени» и «Камерой Смерти» я увидела надпись «Зал пророчеств».

— Сириус, а ты знаешь полный текст пророчества про Гарри? — Резко сменила тему я.

— Нет, я вообще не помню откуда оно взялось. Просто в один момент все начали говорить о нем, — подумав ответил Блэк.

— А пойдем у них спросим, — предложила я, указывая взглядом на строчку «Зал пророчеств».

— Не уверен, что нам туда можно, — с сомнением протянул жених.

— Ну, в крайнем случае, нас оттуда выгонят, — беспечно пожала плечами я. — Или штраф заплатим. Надо же начинать тратить деньги Блэков.

Не знаю, что именно повлияло на Сириуса, но он согласился с моим безумным планом. Мы проигнорировали открывшиеся двери, как раз подъехавшего лифта, и отправились вглубь этажа, внимательно изучая таблички на дверях.

«Зал пророчеств» нашли не сразу. Пришлось даже спрашивать дорогу у пробегающего мимо мелкого клерка. Оказалось, чтоб попасть туда, нужно пройти через «Комнату времени», заполненную разнообразными часами. Что удивительно, нас никто не остановил. Хотя Блэк был уверен, что нас завернут еще на пороге. Но никому из сотрудников не было дела до нашей странной парочки.

Видимо сотрудники «Отдела тайн» и не такое видели в своем департаменте, поэтому никто на нас и не обращал внимания. Раз мы здесь, значит так и надо.

В «Зале пророчеств» было пусто, лишь дежурный скучал за стойкой. Крепкий пожилой маг обратил на нас внимание и поздоровался.

— Кто из вас стал свидетелем пророчества, которое вы хотите сдать в зал для хранения? — Уточнил дежурный.

— Никто. Мы бы хотели не сдать новое, а услышать одно из старых, хранящихся в вашем отделе.

— Эта услуга стоит сто галеонов. И учтите, что взять в руки шар с пророчеством может только тот, кого оно касается, — угрожающе прошипел маг, пытаясь нас то ли запугать то ли остановить.

— Сириус, нам срочно нужен Гарри. Здесь и сейчас, — безапелляционно заявила я.

— Может лучше на следующей неделе? — Попытался увильнуть жених.

— Как думаешь, как быстро наш бородатый друг узнает о том, что мы здесь были? Не думаешь, что нам могут помешать? Про второго заинтересованного я вообще молчу.

Дежурный маг внимательно слушал, но в разговор не встревал. Лишь внимательно ждал решения.

— Можно я поищу нужный шар, пока мой спутник приведет… фигуранта пророчества? — Спросила я у дежурного.

— Оплата вперед, — безразлично ответил мне маг.

Блэк безропотно выгрузил на стойку сотню галеонов, расфасованных в десять одинаковых стопок. Дежурный внимательно проверил монеты и тем же безразличным тоном выдал:

— У вас есть час. Поторопитесь. Следующий час будет стоить еще сто галеонов.

— Вот же ж…, — едва удержался от ругательства Блэк. И я его полностью поддерживала, чувствуя что коварный смотритель, специально умолчал о почасовой оплате. Но время шло, спорить было некогда. Поэтому я рванула к стеллажам, а Сириус пошел на выход, чтобы успеть привести крестника.

— За каждое разбитое пророчество плата — пятьсот галеонов, — донесся мне в спину меланхоличный голос дежурного.

В ответ повторно захотелось выругаться. Складывалось впечатление, что «Отдел тайн» таким образом добывает себе финансирование.

Я быстрым шагом перемещалась между рядами стеллажей, наполненных полупрозрачными сферами. Стараясь не пропустить ни одной этикетки, я в то же время помнила об утекающих минутах. И с каждым шагом понимала, что не успеваю уложиться в отведенный час. Этот зал невозможно осмотреть и за десять часов.

Пришлось на ходу менять тактику. Я окинула взгляды пронумерованных шкафов. Первый ряд начинался от левой стены, последние — терялись в полумраке, но их нумерация уже перевалила за сотню. Уже пройденные первые три ряда показали, что там хранятся очень старые пророчества. Большая часть надписей была полустерта и не читалась.

Подумав, я уверенно направилась в центр зала, откинув сразу 50 рядов. А потом, заметив на двух соседних этикетках 1673 и 1674 года, прошла еще тридцать рядов вперед. Здесь на сферах фигурировали уже 1800-е года. Ближе но тоже не то. Так я постепенно дошла до девяностого ряда, в котором впервые заметила даты, относящиеся к двадцатому веку.

Проблема была в том, что пророчества не располагались в хронологическом порядке. Общая тенденция сохранялась, но рядом с 1903 годом вполне мог соседствовать 1937 и 1941, а потом стоял шар с 1911 годом на этикетке. Поэтому приходилось внимательно осматривать каждую полку. Хорошо хоть подсветка из факелов автоматически включалась при моем приближении. А то б ничего я там не увидела в тусклом свете, идущем от некоторых сфер.

До конца выделенного времени оставалось всего восемь минут, когда я услышала за дверь звонкий голос Поттера. В комнату ввалился Блэк, который буквально тащил за собой крестника.

— А оно точно про меня? — Не унимался Гарри.

— Тут, как повезет, — беспечно ответил ему вместо крестного дежурный. — В «Зале пророчеств» не бывает ничего точного. Будущее всегда туманно и неопределенно.

От этих философских мыслей Поттер притих и ошарашенно разглядывал длинные ряды стеллажей, уходящих куда-то в бесконечность.

— И ты здесь что-то смогла найти? — Неверяще уточнил герой, оглядывая фронт работ.

— Еще нет, но я уже близко. Оно точно где-то здесь, — ответила я, указывая на несколько соседних шкафов, в которых вперемешку мелькали даты от 1960-х до 1990-х.

— Не спеши, я взял с собой галеонов с запасом. Можем даже разбить пару десятков шаров, — мстительно глянув на дежурного, проинформировал меня Блэк.

— Я не спешу. Но обидно будет не уложиться в какие-то пару минут, — ответила я через плечо, продолжая методично осматривать одну полку за другой.

— Ой, вот же она. Или нет? — Удивленно спросила я.

Сириус и Гарри поспешили ко мне. Даже дежурный соизволил встать со своего рабочего места и подойти к нашей компании. Я показала им найденную сферу на которой виднелась выцветшая надпись: