– Да, я вижу, – колдун окинул ироничным взглядом запятнанную кровью траву. – Да и шансы ваши на обратном пути, как это ни прискорбно, будут несколько ниже прежних.

– С чего бы это? – теперь помрачнел и Жан.

– С того, что бесплатно я не работаю. Ваше высочество, во сколько вы оцениваете жизнь Жана?

– В несколько тысяч ястребов, – сделал безнадёжную попытку принц, уже догадываясь, куда клонит собеседник. – Большего у нас нет.

– Деньгами я разживусь и без вашей помощи. Меня больше интересует ваш амулет.

– Ну, даёшь Меркел! – расхохоталась красноволосая гадина. – Разденешь самого принца?

Для Дарина это стало последней каплей. Злость, постепенно накапливавшаяся с каждой хамской выходкой колдуна и его подстилки, наконец переплавилась в ярость, затмившую его взор багровым туманом. Вскочив, он бросился на эту парочку, даже не подумав выхватить кинжал или меч, но моментально завяз в сгустившемся воздухе, будто угодившая в патоку муха. Невозможность пошевелиться и хоть как-то высвободить заполнивший душу гнев ещё глубже погрузила разум принца в пучину безумия. Он зарычал, не слыша ни возгласов друзей, ни удивлённого чириканья мелкой твари… он точно не знал, сколько это продолжалось, но, в конце концов, бешенство отступило, в кои-то веки не унеся с собой ни единой жертвы. Почти сразу после этого магические путы отпустили его и Дарин свалился на руки только того и ждавшего Тейнора, чувствуя невероятную слабость, куда как более сильную, чем в те разы, когда ему удавалось дать себе волю.

– Подавись, – выдохнул он, срывая с шеи цепочку и бросая артефакт на колени всё ещё сидевшего на земле мага. Несколько крохотных золотых звеньев упали в траву. Принца это не озаботило. Амулет больше ему не принадлежал, а как Меркел станет его носить, не его проблема.

– Весьма признателен вашему высочеству, – если чародей и был удивлён вспышкой Дарина, у него было время справиться с эмоциями, пока тот бился в его тисках. – Трикс, в твоей коллекции пополнение, – подцепив двумя пальцами золотую змейку он отдал её тут же возникшей рядом пигалице.

– Спасибо Меркел! – та поднесла украшение к самому носу, видимо изучая его магическим взором. – А что она делает?

– Окутывает носителя довольно-таки приличным щитом в момент опасности, – пояснил волшебник. – Носить можешь в кармане или на шее, если подходящий шнурок найдёшь. Как выберемся к цивилизации, справим тебе цепочку. Вы ведь с Трюком так защитные чары и не освоили.

– Пока нет, – к изумлению Дарина чокнутая девчонка покрепче зажала артефакт в кулаке а другой рукой выхватила из ножен на поясе нож и полоснула себя по венам. – Не работает! – В её писке не было ни намёка на боль, только искреннее возмущение. По тонкому запястью обильно потекли кровавые ручейки.

– Ну и дура… – оказывается, Лиссандра успела покинуть озеро и даже одеться, и теперь вновь опиралась на так полюбившееся ей дерево. – Второй такой на всем Эквилиуме не найдёшь. Должно быть, поэтому творец артефакта и не подумал включить в настройки причинение вреда самому себе.

– От дуры слышу, – огрызнулась Трикс, направляясь к берегу. – Таких нюансов Меркел не озвучивал.

С этими словами она погрузила руку в воду, а когда вытащила её, на загорелой коже не осталось и царапины. Вдруг она о чём-то задумалась и уже по-новому поглядела на некромантку. – Ты, лучше, знаешь что? Швырни в меня чем-нибудь вроде молнии.

Не прошло и секунды, как красноволосая скрылась в озере, снесённая незримым ударом. Меркел сопроводил её полет звонким смехом, Жан похихикал а Дарин даже не улыбнулся. Тейнор, вероятнее всего, тоже. Обоим им сейчас было не до веселья. Тейну компания тёмной была хуже кости в горле, а принц отчего-то сильно сомневался, что её улыбчивый спутник так просто даст им уйти, что бы он там ни говорил.

– Кто-нибудь мне объяснит, – пропыхтела горе-экспериментаторша, выкарабкиваясь на берег, – почему на этот раз не сработало?

– Сработало, – успокоил её колдун, – иначе бы тебе все кости переломало.

Слова эти он сопроводил небрежным жестом руки и от одежды девчонки, с которой только что ручьями стекала вода, пошел пар. Судя по всему, до настоящего мага Трикс при всем её желании не дотягивала и самостоятельно высушить себя не могла.

– Не хотел отвлекать вас, мэтр, – воспользовался короткой паузой рыжий, – но вы бы колданули чего, а то брюхо что-то разнылось.

– А нечего заниматься самолечением, – пожурил его чародей, отрывая зад от земли. – От артефакта, который ты проглотил, толку чуть, а вот в конфликт с чужими целебными чарами он вступает легко.

– Да кабы знать, – поморщился Жан то ли от боли, то ли от огорчения. – Он, между прочим, хороших денежек стоил.

– Тогда советую сменить поставщика. Руку дай!

Раненый послушно протянул колдуну ладонь и тот продолжил:

– От него и пользы-то всей, что слегка сердцебиение замедляет да немного дармовой силы организму даёт. Лиссандра, расставь сигналки, раз уж мы здесь задерживаемся. Трикс, перейди-ка на магический взор и скажи, видишь у него в животе что-нибудь инородное?

Проследив за молча удаляющейся некроманткой, Дарин встал, накинул на плечи плащ и пошёл в другую сторону с таким расчётом, чтобы не слишком удаляться от озера. За рыжего можно было не переживать, а близкое соседство с раскомандовавшимся колдуном действовало принцу на нервы. Приятно знать, что завтра их пути разойдутся.

– Дела, однако, – тяжело вздохнул последовавший за Дарином Тейн, когда они удалились от своего временного лагеря шагов на тридцать. – Какого гразга от нас остроухим-то вдруг понадобилось?

– Они боятся, – неожиданно принцу захотелось просветить далекого от политики сержанта. – Империя стала слишком опасна. Даже для них.

– И, в отличие от западных наши соседушек, у этих хватило мозгов сговориться, – Тейнор сплюнул. – Ничего, всяких бивали и этих побьём. Так ты думаешь, Кейтана простит нам гибель гвардейцев и это? – он обвёл рукой окружавший их лес.

– Надеюсь. Но тебе лучше со мной не ехать. Рыжий-то, думаю, ещё на полдороги отвалится, и ты…

– Ну ж нет! – безапелляционно отрезал сержант. – Я с тобой до конца. И с империей. Что мне, как Жану в убийцы идти и графинь резать за мешок золота?

– Можешь записаться в войска и сражаться, только подальше от Эстолары. Тейн, я не знаю, что эта сука выкинет, когда мы вернёмся. Меня-то она не прикончит, момент не тот, а с тобой может сотворить что угодно.

– Напугал ежа голым задом, – отмахнулся гвардеец. – Хорош препираться, я уже всё сказал.

– Иногда я жалею, что ты не Жан, – слегка улыбнулся принц. – Его хоть в карты обыграть можно.

– Да и меня тоже, – оскалился в ответ Тейн, – только своё решение я ставить на кон не буду.

– О чём и речь. Как думаешь, эта чародейская шайка и вправду случайно за нами увязалась?

– А кто их знает? – снова насупился Тейнор. – Если свалят завтра куда подальше, значит, случайно, а если нет… Да и зачем бы им нас искать, ума не приложу. – Дарин промолчал. Имелись у него кое-какие предположения касательно намерений этого Меркела, но тут Тейн прав. Какой смысл гадать? Завтра они и так всё узнают. Говорить больше было не о чем, и принц повернул обратно, туда, где двое рассевшихся у берега зрячих болтали о чём-то с Жаном.

***

Мерк сидел, обхватив колени руками, и задумчиво глядел в потрескивающее пламя костра. От подсвеченного огнем и луной озерца веяло приятной прохладой, и даже многоголосое лягушечье кваканье не раздражало, а скорее настраивало на медитативный лад. Принц и его попутчики спали, завернувшись в плащи. Поначалу Тейнор рвался заступить на ночное дежурство, но маг доходчиво объяснил ему, что этой ночью они могут чувствовать себя как у Юра за пазухой, и тот, побурчав немного, улёгся вместе с остальными. А вот поддавшемуся не спалось. Неожиданная встреча с его высочеством не давала ему покоя. Не слишком ли тесно нынче стало в Тирских лесах? Случайность это, или очередной намёк высших сил, желающих подтолкнуть обретшего дармовое могущество колдуна в нужную им сторону? Скорее всего, второе. По крайней мере, так считал Брандеф, и Мерк склонен был с ним согласиться. За всё рано или поздно приходится платить, в особенности за такие вот маленькие чудеса, благодаря которым двое недавних покойников, привязанных к затерянному в лесах валуну, за какие-то несколько месяцев превращаются в сильнейших магов Акрониса.