– Что за… – кажется, что-то, всё-таки, пошло не по плану. – Должно открыться, – недоумённо прошептал маг и надавил посильнее.

С той стороны донёсся отвратительный деревянный скрежет, будто какую-то мебель волокли по полу. Дальше напарники действовали с максимальной опаской, чтобы, не дай боги, не опрокинуть ту дуру, что перекрыла проход. Минута кряхтения и ругани, несколько капель пота, и щель между стеной и потайной дверью расширилась достаточно, чтобы они смогли протиснуться внутрь.

Комнатка. Небольшая и совершенно пустая. Голые стены и пол, потолок без люстры… Даже крюка под лампу или подсвечника нигде нет. Единственным украшением этой каморки являлся роскошный комод, который и перекрыл выход в канализацию.

– Есть ловушки? – рыжему было жуть, как любопытно, что же хранится в этом образчике столярного мастерства.

– Волшебных не вижу, ну а обычные, сам понимаешь…

Жан понимал. Но, всё-таки, не удержался от того, чтоб заглянуть внутрь, и еле поймал отвалившуюся, было, челюсть. Трусы. Дамские. В каких-то совершенно непристойных количествах. Лет двести назад знатные датонийки ввели такие вот тряпки в моду. Считалось, что это стильно, пикантно и всё такое. Разумеется, сразу нашлась целая куча поборников чести и нравственности, принявшихся на всех углах завывать о том, что полоски шёлка и кружев на бёдрах – это пик разврата и морального разложения общества. На что им резонно ответили, мол, ничего эти самые полоски не открывают, а, наоборот, закрывают, так что претензии, мягко говоря, притянуты за уши. В империи и западных королевствах новая мода разлетелась, словно пожар. Правда, в основном среди знати, а также жён и дочурок богатеньких торгашей. Им только дай покорчить из себя благородных. Ну, а простые разумные на всё это поглядели, поржали, пальцем у виска покрутили и продолжили жить, как исстари было заведено. К чему зря расходовать ткань, коли и так всё юбкой прикрыто.

– Э-э-это зачем? – наконец, отмер Марко.

– Это, брат, не зачем, а для чего, – рыжий неприлично хихикнул. – Поздравляю, коллега. Нам удалось найти самый страшный секрет Аннимара. Только я сомневаюсь, что он из-за этого стал работать на Нитхарда.

– Да уж… – колдун хотел было подцепить одну из скомканных тряпок пальцами, но передумал и брезгливо закрыл комод. – Плохо, что мы никак не скроем следы своего визита. С той стороны эту махину на место никак не поставишь. А Аннимар наверняка заметит, если его сокровищница сдвинется хотя бы на дюйм.

– Значит, нужно со всем управиться прямо сейчас, – Проныра уже стоял у двери. – Чисто?

– Магии нет.

Естественно, дверь оказалась запертой, но навыков Жана с лихвой хватило на то, чтобы в пять минут расковырять примитивный замок. Теперь незваным гостям открылось по-настоящему обширное помещение. Раньше оно, вполне возможно, разбивалось на коридоры и комнаты, но потом хозяин снёс к Шилу всё лишнее и подпёр потолок двумя рядами изящных колонн, дабы тот не обрушился. Ничего общего с хозяйственными подвалами этот зал не имел. Рыжий припомнил, как им пришлось спускаться в колодец, и пришёл к выводу, что они сейчас, как минимум, на втором ярусе подвала, довольно глубоко под землёй.

– Это, типа, лаборатория? – уточнил он у спутника, проводя лучом фонаря вдоль стен.

– Вроде того, – лицо колдуна было скрыто тьмой, но по голосу было ясно, что он ощущает себя ребёнком в лавке игрушек. – Ходить можно, а вот к дверям даже не приближайся. Ладно, давай всё осмотрим.

Не сговариваясь, напарники разошлись в стороны в поисках хоть чего-нибудь, что могло бы оказаться полезным в их деле. По-хорошему, сюда бы десяток мэтров… Лично Жан только и мог, что идти вдоль стены и глазеть на всё, что подворачивалось по дороге. Вот письменный стол с надстройкой из нескольких деревянных полочек, на которых покоятся старые свитки. Дальше – стеклянная колба, высотой от пола примерно ему по грудь, а внутри неё чуть светящийся розоватый кристалл… Добравшись до здоровенной алхимической установки из стекла и металла, со множеством труб и маленьких рычажков, Проныра окончательно осознал бесполезность такой вот экскурсии.

– Светлые боги! – почти в полный голос ахнул маг у него за спиной. – Словарь Кат’Агота!

– Сдурел?! – прошипел Жан и, направив фонарь на Марко, увидел, как тот любовно поглаживает какую-то штуку, размером с кулак. Подойдя ближе, он понял, что это яйцо, исписанное ровными строчками непонятных символов. – Что за словарь?

– Не бери в голову, – колдун воровато сунул яйцо в карман и уткнулся носом в разбросанные по столу записи.

– Марко! – рыжий взял его за плечо и хорошенько встряхнул. – Очнись! Скоро рассвет, а нам компромат нужен.

– Ничего не выйдет, – он тяжело вздохнул, запихал в карман ещё и стопку бумажных листков и только после этого оглянулся на Жана. – Тут пять дверей, не считая той, через которую мы пришли. Из них всего две защищены чарами. Одна, вероятно, ведёт наверх, а вторая…

– К чему-то, что Аннимар бережёт пуще комода с грязным бельём, – закончил за него рыжий. – Можешь посмотреть, что там?

– Не могу. Защита от поисковых сетей тоже есть.

– А взломать?

– Шутишь? – в голосе Марко послышались нотки горечи. – Тут не всякий магистр первой ступени справится. А для верности, вообще надо притащить архимага.

– А стену пробить?

– Во-первых, грохот будет такой, что весь квартал перебудит, а во-вторых, на стенах тоже защита есть. Судя по тому, что я чую, вся комната экранирована.

– То есть, мы в тупике, – Жан стиснул зубы. Крайне обидно было утыкаться лбом в стену, когда, казалось бы, всё уже прошло на ура.

– В глухом, – подтвердил его опасения маг. – Что бы ни было там, за дверью, Аннимар сделал всё возможное, чтобы это скрыть.

– Тогда сваливаем.

Непрошенные гости даже и не старались оставить в лаборатории всё, как было. В любом случае, по возвращении, Архимаг заметит и вскрытый замок на двери, и отодвинутую в сторону мебель. Последнее печалило больше всего, потому как теперь только полный кретин не поймёт каким образом воры забрались внутрь. Несмотря на это, Марко закрыл за собой фальш-панель, а когда напарники выбрались в сточный жёлоб, отсчитал в передвижной стене пять кирпичей и вытащил следующий, обнажив прореху, из которой торчала бронзовая перекладина. Взявшись за неё, как за ручку, они вдвоём вытянули стену обратно, и она встала на место так, будто являлась незыблемой частью кладки. Запихнув на место кирпич, компаньоны выбрались на поверхность, и к рассвету вернулись в гостиницу.

Приказав хозяину разбудить себя часа через три, Жан, не раздеваясь, упал на койку и отключился. Время работало против них, спору нет, но если забыть про сон, можно, в один прекрасный момент, подохнуть, накосячив в какой-нибудь мелочи. Что до Марко, он, вероятно, так и не сомкнул глаз. По крайней мере, войдя к нему в номер, рыжий узрел волшебника, сидящего на кровати в обнимку с дурацким яйцом, и что-то корябавшего в маленькой записной книжке.

– Идём. Скузо захочет услышать твоё экспертное мнение.

– Вне всяких сомнений, – слегка невпопад откликнулся тот, спрятал в складках одежды свои сокровища и последовал за Пронырой.

Глава филиала внимательно выслушал подчинённых и надолго погрузился в молчание.

– С каждым днём, – в конце концов произнёс он, покусывая губу, – этот подряд оборачивается тратой всё больших и больших ресурсов.

– На кону стоят хорошие деньги и перспективный клиент, – немедленно принял бой рыжий, поняв, что кое-какие мысли у начальства всё-таки есть.

– Ночью сцапали двоих наших, – холодно обронил Скузо. – Из-за того дерьма, что ты развёл с Каталией.

– Выкупить не вариант?

– Агат уже занимается, но это нам обойдётся недёшево, – он ещё что-то прикинул в уме и припечатал ладонь к столу. – Одна попытка. Последняя. И, если всё обернётся пшиком, вы оба останетесь тут на год, отрабатывать косяки.

– Идёт, – без колебаний согласился Проныра. На самом деле, такие вот выкручивания суставов были не в правилах гильдии, но, в целом, у люмена были все основания для наезда. Припёрлись тут, понимаешь, в разгар войны, когда и без того приходится дышать через раз, навели шороху, а разбираться со всем этим придётся главе. – Марко?