– Не так.

– Что ж, они знали, на что идут. Жаль только, теперь не узнать, что за книгу тот полоумный читал. Мне этот вопрос уже третий день не даёт покоя.

– Что ж ты не надавил на него своей силой? – без всякого дружелюбия поинтересовалась Ди.

– Не привык тратить её на глупости.

Сказав это, люмен встал и вышел из гостиной, видимо, посчитав разговор оконченным, а девушка застыла в нерешительности. По правде сказать, её тоже порой мучил вопрос, что же такое здоровяк перечитывает от корки до корки. И сейчас у неё появилась возможность получить ответ. Дилоя точно помнила, что во время Трофея Ун вымок до нитки. Если бы книга тогда была при нём, она бы тоже промокла и безнадёжно испортилась, но этого не случилось. Значит, на время состязаний он оставлял её в спальне.

– Ну, так сходи, посмотри! Мне уже самому интересно стало.

– Нет.

– Нет.

– Рад вашему единодушию. А почему нет?

– Потому, что я не стану обворовывать покойника. Все вещи забирает администрация и хоронит вместе с претендентом, если не найдётся наследника.

– Сомневаюсь, что он найдётся, не был Ун похож на литтэрца. А ты почему против?

– Потому, что за такие проступки, как воровство, из Палат вышибают, причём с полным запретом на участие в последующих турнирах.

– Хочешь сказать, он специально её провоцировал?

– А это можно легко проверить. Йора, будьте добры, откройте дверь в коридор. 

Ди сделала, как сказал дух, благо, дверная ручка всё ещё находилась в локте от неё, и чуть не сбила с ног стоящего снаружи Кезара.

– Полегче! – криво улыбнулся тот, потирая ушибленную руку. – Что за спешка?

– Извини, – торопливо бросила девушка и быстрым шагом направилась в сторону уборной. Мол, так приспичило, просто мочи нет.

– Вот же паскуда! Интересно, а приличные люмены бывают, вообще?

– Уже начинаю в этом сомневаться.

Свернув за угол, Дилоя уселась на первый попавшийся подоконник, чтобы спокойно обсудить случившееся, и тут же вскочила, осознав, что в эту самую секунду хитрый мерзавец, быть может, подбрасывает пресловутую книгу к ней в комнату.

– Не волнуйтесь, йора, на подобную глупость он не пойдёт.

– Почему глупость?

– Потому, что при любом разбирательстве легко можно будет привлечь мага, который определит, кто лжёт, а кто говорит правду. Вот, если бы он застал вас в мужской спальне, копающейся в чужих вещах, дело было бы дрянь. 

– Ну и тварь!

– И умелый манипулятор. Держу пари, если бы Ун вышел из состязания победителем, Кезар попытался бы спровоцировать его на драку. 

– А что мешает ему заставить кого-то совершить кражу или нападение, при помощи дара?

– Это легко может всплыть, а дальше в дело вступит всё тот же детектор лжи. Крайне полезное заклинание, пусть и не дающее стопроцентной гарантии. Всегда можно вывернуться, если следователь задаёт неправильные вопросы. Или, если сознание подследственного чересчур взбудоражено. 

Напряжение, начавшее было отпускать девушку после Охоты, вновь сжалось пружиной в груди. С какой гадюкой приходится ночевать буквально под одной крышей!

– Кстати, Ди, у меня к тебе есть разговор.

– Дилоя, – привычно одёрнула она духа.

– Да ладно тебе! Мы на троих уже пуд соли с навозом слопали! 

– Неуместная метафора, здесь кормят весьма прилично. А кроме шуток, йора, в словах Мерка есть зерно истины.

– Вот только не надо этого, – вздохнула девушка. – Хотите поговорить – пожалуйста. Но только не о том, какая же мы замечательная команда.

– Договорились. Я вообще не к тому веду. Как по-твоему, зачем Хаши в турнире участвует? 

Поворот был настолько резким, что слегка выбил Дилою из колеи.

– Точно не знаю, но полагаю, что это связано с её кашлем.

– Правильно полагаешь. Она смертельно больна и в недалёком будущем отдаст богам душу. 

Не сказать, чтоб для Ди это был такой уж сюрприз. Она другого не понимала – почему бы люре просто не скопить денег и не обратиться к целителю?

– Дело в том, йора, что у Хаши сложнейшие структурные изменения энергоканалов. Такое изредка, но случается, например, при тяжёлых родах, когда младенец получает травму, ещё не появившись на свет. 

– То есть, это не лечится?

– Лечится, но требует долгой и дорогостоящей терапии с участием опытного чародея. Работа с каналами – материя крайне тонкая. К примеру, мы ваших практически не меняли, лишь несколько укрепили и увеличили проводимость.

– Ясно. И зачем вы мне всё это говорите?

– Лично я просто дал необходимую справку. И сейчас, как и вы, йора, с интересом жду продолжения.

– Дело в том, – после короткой паузы снова раздался голос, – что, если ты победишь в турнире, и мы переселимся в другое тело, то опыта наставника и моих навыков вполне хватит, чтобы излечить Хаши. 

– И зачем тебе это? – изумилась Дилоя.

Нельзя сказать, чтобы новости о болезни соседки её обрадовали, вовсе нет. Но и не сильно огорчили. Хаши постоянно грубила, нарывалась на трёпку и в целом не вызывала у девушки особой симпатии. А свой долг за принесённый в первом состязании трофей, она уже погасила с лихвой. Весь вопрос, какую такую выгоду усмотрел в люре тёмный. Решил обзавестись ручной телохранительницей, по гроб жизни обязанной за спасение?

– Порой, йора, вы меня просто-напросто поражаете! При всём вашем достаточно остром уме, вы совершенно не разбираетесь в людях. Конечно, мы злые поддавшиеся, но ведь это не повод отказывать нам в личных симпатиях.

– Хочешь сказать, ему приглянулась эта шерстистая хамка?

– А почему бы и нет?! Может быть, я и мёртв, но, в некоторых вопросах, поживее тебя буду!

– Это ещё в каком смысле?! – возмутилась Ди.

– В таком! Вильгельм вон, сколько уже за тобой увивается, а ты и не замечаешь! Не игнорируешь, а просто не замечаешь!

Девушка даже не нашлась, что ответить. Вильгельм? Да вроде, и не было ничего такого… Николас – и тот ей тогда, у церквушки Роши, цветы подарил. Неожиданное воспоминание показалось отголоском из другой жизни. Странно, ведь это было совсем недавно. В любом случае, Вилли всё это время вёл себя вполне… естественно, что ли? Частенько шутил или травил байки у костра. Порой уходил в себя, а пару раз они даже поссорились. Что и неудивительно, им вместе пришлось проделать тяжёлый путь. И за всё это время она не заметила ни намёка на ухаживания с его стороны.

– Просто он видит, что у тебя проблемы и сейчас тебе не до того. И по мере сил помогает.

– Не перебивай мои мысли! И вообще, мы не обо мне говорим. К чему, конкретно, ты вёл весь этот разговор?

– Хочу, чтобы ты пообщалась с Хаши. Убеди её, что у тебя есть знакомый маг, который поможет ей, если ты победишь в турнире. И отправь её, до поры до времени, к Вилли.

– Превосходный план. А теперь, объясни мне, с чего я должна это делать.

– Спасение жизни для тебя недостаточный аргумент?

Дилоя замялась. Проклятье! Как же сложно иметь дело с теми, кто может читать твои мысли! Она была не против помочь хамоватой люре, но уж очень не хотелось делать это за просто так… От Хаши девушке ничего не было нужно, а вот тёмные, в своё время, её шантажировали и ломали через колено, заставляя отправиться на турнир. И тут такая возможность отплатить им той же монетой!

– Вполне возможно, йора, здесь наши интересы пересекаются. Я как раз хотел кое о чём вам поведать. Думаю, сейчас самый подходящий момент. 

– О чём ещё? – устало вздохнула Ди.

– Как вы, наверное, помните, в ритуале переселения нам потребуется помощь волшебника, причём не абы какого. И, разумеется, смысл происходящего от него скрыть не получится. Можете предположить, какова будет его реакция?

– С трудом, – напряглась Дилоя. – Я в ваших магических штучках не разбираюсь.