Препираясь, мы с торговцем не заметили, что в магазин успел подняться довольно упитанный господин в заляпанной мантии.

— Старина Ори, познакомишь меня с юной леди, которой так срочно понадобился зельевар, чтобы спасти любовь всей своей жизни? — С усмешкой спросил толстяк, не скрывая того, что он давно и довольно успешно подслушивал нашу беседу.

— Гермиона Грейнджер, познакомься это Альфонсо Фаббри, — фыркнул Орин.

— Ну-ну, старина, ты забыл упомянуть, что я мастер Зельеварения и потомок известного рода Медичи. Хоть и боковая ветвь, — немного напыщенно представился новый участник беседы.

Я недоверчиво глянула на хозяина магазина, подозревая, что меня обманывают. Слишком уж удачное знакомство.

— Не сомневайся, — ответил на невысказанный вопрос одноглазый. — Он действительно хороший зельевар. Но вредный и жадный, так что обдерет тебя до последнего кната, — припечатал мистер Бутти. Услышав столь нелестную характеристику, я незаметно повернула помолвочный перстень Блэка камнем внутрь. А то еще узнает колечко и допишет нолик к свое стандартной цене.

Старина Ори любезно уступил нам свой магазин для переговоров, а сам удалился в каморку наверх. Подозреваю, что ушлый торговец подслушивал, но особого выбора у меня не было.

История о загадочной змее мастера заинтересовала. Он долго крутил в руках флакон с образцом яда. Рассматривал его на свет, кидал в него какими-то заклинаниями. Даже открыл и аккуратно понюхал, размахивая ладонью над горловиной, чтобы снизить концентрацию паров. Затем позвал мистера Бутти, и тут же купил у него несколько ингредиентов, чтобы размазать по ним пару капель драгоценного образца.

— Милая леди, — обратился ко мне зельевар. — Кажется, вы мне врете. Поверхностный анализ показал, что этот яд убивает практически мгновенно. Ваш жених должен был умереть в первые десять минут после укуса.

Только сейчас я сообразила, что совсем забыла рассказать, о противоядии, сваренном Снейпом. Пришлось доставать рецепт, который прислал Поттер, и пояснять ситуацию. Мастер Фаббри внимательно вчитывался в строчки на пергаменте, периодически удивленно хмыкая.

— Изящное решение, — вынес свой вердикт Альфонсо. — Но, подозреваю, что зельевар готовивший это противоядие, работал в жуткой спешке. У него не было времени даже на поверхностную проверку, зато его интуиции можно позавидовать.

Я проигнорировала намеки и Снейпа выдавать не стала. Северус, конечно, гад, но мало ли чем ему аукнется такая слава.

Мастер Фаббри согласился взяться за работу и даже обещал, что противоядие будет готово к завтрашнему вечеру. По факту там надо было лишь немного доработать рецепт теперешнего директора Хогвартса. Ну, и проверить результат.

Но пользуясь тем, что мне зелье нужно было срочно, и других исполнителей заказа на горизонте не было, Альфонсо набивал себе цену. А мне же было не до торгов, вместо меня стоимость сбивал старина Ори.

— Альф, не наглей, — пошел в наступление одноглазый, когда толстяк совсем зарвался. — Будешь девочку обижать я тебе цены так взвинчу, что одно Бодроперцовое варить будешь.

В итоге сошлись на том, что я оплатила все необходимые ингредиенты в десятикратном объеме. Мастер Фаббри получил триста галеонов предоплаты, а остаток суммы я обязалась вернуть после того, как его противоядие сработает. Для меня стало сюрпризом, что мистер Бутти поручился за мою честность.

Зельевар не обманул и следующим вечером Букля через портал отправилась в Озерный край с указаниями для Пенни. Мне же оставалось только ждать.

За прогулы меня наказали. Вот только загоны уже никто не чистил. Нечего было чистить. Всех животных забрали серомундирные, а новый преподаватель УЗМС живность не держал, предпочитая брать учебный материал в аренду в магическом зоопарке. Учитывая репутацию Принстона Калкина, для него это не было проблемой. Так что на отработке я магией чистила и так чистые картины и статуи. Было даже забавно.

Ответ от Поттера пришел через три дня. Вместе с запиской Арма принесла посылку, о которой я просила эльфийку и свежий номер «Пророка». Гарри отчитался о том, что зелье помогло. Вот только успели мы в последний момент, поэтому Сириус и Драко хоть и пошли на поправку, восстанавливаются очень медленно.

«Гермиона, ты не представляешь, как мне было страшно. Крестный уже написал завещание, а лорд Малфой готовил меня к тому, что мне придется принять род Блэк. Спасибо за то, что ты успела».

Зачем мне прислали газету я поняла сразу. На первой же странице был список «врагов» теперешнего правительства, где под первым номером шел Гарри Поттер. За героя объявлялась награда в сто тысяч галеонов за живого и пятьдесят — за мертвого. Вторую строчку занимал Люциус. Голову предателя Темный лорд оценил в семьдесят тысяч. Мертвый блондин стоил тридцать тысяч. Блэку досталось почетное третье место стоившее пятьдесят и двадцать тысяч соответственно.

В первый десяток «врагов» попали несколько представителей старого состава министерства: Грюм, Кингсли и еще пара «орденцев». Молли Уизли в списке не было. То ли она отошла от дел, то ли матриарх практически вымершего семейства — это слишком мелко для Волдеморта.

Второй десяток открывал Драко, а закрывала… я.

«Гермиона Грейнджер, маглорожденная, 500 галеонов за живую и 100 за мертвую», — одна строчка типографского шрифта и куча мыслей в голове. Гордость, что я вообще оказалась в списке «врагов». Страх, что на меня начнется охота. Обида за то, что за меня назначили столь мелкую награду. Нет, ну правда, на фоне ста тысяч Поттера, мои пять сотен звучали, как насмешка. Я же лично участвовала в уничтожении трех крестражей, еще два помогла найти, а Темный лорд не оценил мои старания. Ощущение, будто премию недодали. Хоть письмо Тому Риддлу пиши, с претензией.

Поразмыслив, я пришла к выводу, что пятьсот галеонов — это не так уж и мало. За эту сумму вполне можно собрать какого-нибудь ученика в Хогвартс, причем не на год, а на три. Еще один плюс, что межконтинентальный портал до Америки и обратно обойдется дороже, а значит мне не стоит опасаться британских охотников за наградой.

Убедившись, что мастер Фаббри качественно выполнил свою работу, я собралась к старине Ори, чтобы передать оставшиеся пятьсот галеонов оплаты. Можно было бы, конечно, просто выписать чек и отправить его совой зельевару. Но я хотела отблагодарить самого Орина Бутти. Так что кроме денег я несла с собой и сверток, который доставила Арма.

Одноглазый встретил меня приветливо, почти как старую приятельницу. Я и сама чувствовала расположение к этому торговцу. Он подкупал своей честностью и открытостью.

— Что принесла: галеоны или претензии за некачественное зелье? — С порога спросил меня старина Ори, перебиравший какие-то корешки за прилавком.

— Деньги и благодарность, — ответила я, доставая из наплечной сумки кошель и сверток. — Это остаток оплаты для Альфонсо Фаббри, а это тебе лично за то, что не дал «ободрать меня до последнего кната», — вернула я одноглазому его же фразу.

Орин хмыкнул, безразлично скинул плату зельевара куда-то в стол и с интересом придвинул к себе награду. Когда мистер Бутти разорвал бечевку и добрался до содержимого на его лице появилась довольная улыбка.

— Перчатки, — резко вскрикнула я, напоминая об осторожности, забывшему обо всем одноглазому. Он на секунду замер, но все-таки достал из верхнего ящика видавшие виды перчатки из драконьей кожи. После чего осторожно, как хрустальную вазу, достал из свертка клык.

— Зуб той змеюки, что жениха покусала? Альф говорил, что такой трофей галлеонов сто будет стоить не меньше.

— Это клык василиска самого Салазара Слизерина, — просто ответила я, наблюдая, как с лица Ори сползает извечная ухмылка.

— Врешь? — Торговец неверяще уставился на меня и потянулся к «добыче». Казалось, мистер Бутти, действительно ждет, что я признаюсь, что пошутила. И это действительно всего лишь клык Нагайны, но я лишь отрицательно покачала головой.