Это продолжалось и сейчас, поэтому эмоции Кристиана были мне понятны. Особенно, учитывая мою историю с его женой.

Ему обидно, что пыткам предали не меня и мою фаворитку среди претенденток на нынешний отбор, а какую-то там Эллу.

Я и сам до сих пор не до конца это осознал.

Драконы обладали древней магии, но, как оказалось, остались в мире существа древнее. Я никогда не слышал о таких, как Элла. Или какое там у неё настоящее имя?

Она способна не только менять облик, но и имитировать образ мыслей, что смогло обмануть даже кевлару.

Но кевлара была лишь частью системы, а Киллиан — и есть система. На другом конце страны он почувствовал опасность точно так же, как акулы чувствуют кровь в холодных, солёных водах. Он смог подобрать правильное испытание и застать шпионку врасплох.

В такие моменты я вспоминал, почему однажды поклялся быть ему верным. Почему был готов отдать всё ради благополучия империи. Почему долгое время не грезил ничем иным.

До пропажи брата, до вызова Ланы… всё было просто. Белое было белым, а чёрное — чёрным.

Теперь же… за последние двое суток я слишком много думал о том, чтобы предать всё, во что верил.

С появлением Ланы я чувствую, как с каждым днём оказываюсь всё ближе и ближе к пропасти.

И самое странное: с каждым днём это пугает меня всё меньше.

И всё больше кажется чем-то правильным.

— Драгар Рокэ… можно вас? — лекарь отвёл меня в сторону.

Кристиан задержался в кабинете с Киллианом, чтобы обсудить дела своего дома. Рядом оставалась Мириам. Огненноволосая драконица не сводила с меня тяжёлого взгляда, но я не обращал на неё внимания.

— Что такое?

— Драгар… как вы и просили, я провёл несколько опытов с кровью ребёнка. И у меня появилось подозрение…

— Какое же?

— В таком возрасте трудно определить магию и иногда даже расу. Особенно у драконов. Но насколько я могу судить… малыш — ваш родственник. Должно быть, это ваш сын.

Я стиснул челюсти. Жестом приказал лекарю уйти. Вокруг было слишком много чужаков, и мне не хотелось, чтобы они об этом узнали.

Выносить ребёнка от дракона, не пройдя через ритуал бракосочетания не так уж просто. Это скорее исключение, чем правило.

Последние года я не спал ни с кем приличным. Это всегда были специальные девушки, полагающие всем военным высших чинов.

И то, что одна из них могла родить… это не доставляло мне особой радости.

Впрочем, в тот момент больше волновал вопрос, зачем нужно было подбрасывать ребёнка на испытание? Какая мать может так поступить?

— Что такое, Девил? — Мириам подошла ко мне. — Ты изменился в лице.

— Да, это потому что я заметил, что ты всё ещё здесь.

— Нельзя быть таким грубым.

— Опять упустила свою дочь из виду. А потом сделаешь виноватым меня?

Мириам скривилась.

— Ты такой мелочный, такой обидчивый… Может быть, я и перегнула палку в тот раз, но я испугалась за свою дочь! У нас бы могла быть такая же. Но этого не случилось и тебе не понять.

Она стукнула меня по груди ладонью.

Я выгнул бровь. Неужели её обида никогда не закончится? Почему бы просто не оставить прошлое в прошлом?

Женщины, даже драконицы, всё усложняют.

Я почему-то сразу вспомнил Лану. Сегодня она выглядела расстроенной. Она не была такой даже в тяжёлых ситуациях. И это встревожило меня.

Больше всего прочего я хотел поговорить с ней.

Но это было бы верхом безрассудства.

Я собирался держаться на расстоянии, пока император был здесь. Ради её же безопасности.

Ждать осталось недолго. Но я никак не мог выкинуть из головы её полный боли и какого-то невозможного смирения взгляд.

Только из-за мыслей о ней я решил поговорить с Мириам.

— Детка, ты всё ещё злишься на меня? Мне казалось, что твоя жизнь хорошо сложилась, разве нет?

Она поджала губы.

— Я знаю, что ты проводишь отбор. У тебя скоро всё-таки будет жена! Зачем было врать мне? Говорить, что тебе никто не нужен? Всё было обговорено, ты прошёл все испытания, это была отличная возможность сблизить наши дома! Но ты эгоист… И за сутки до свадьбы ты просто ушёл! Хорошо, что не во время церемонии. Хотя мог бы и до конца меня опозорить. Зачем мелочиться?

Она стучала кулаками по моей груди, с каждым словом всё больше краснея от гнева.

И теперь я лучше понимал её чувства. Лане удалось раскрыть мне глаза на некоторые вещи. Но это не означало, что мне резко становилось не плевать на всех остальных.

Я понимал Мириам лучше, но не разделял её боль.

И всё же она заслуживала нормального разговора.

Пусть и спустя столько лет…

— Я сказал тебе правду. И ты прекрасно знаешь, чем я занимался всё это время. То, что происходит теперь — не моё решение. Пока мой брат не нашёлся, я — глава дома чёрных драконов. И у меня должна быть жена и наследники. Если бы я мог, то отправил бы тебе приглашение на отбор. Но у тебя есть супруг за той дверью, насколько я помню.

Она рассмеялась. Голубые глаза наполнились слезами. Я сделал вид, что не заметил.

— Ты думаешь, я всё ещё люблю тебя? Бред…

— Правда в том, что я не знал, что ты вообще меня любила. Брак — это сделка. Тогда у меня появилась возможность всё переиграть, и в этом не было ничего личного.

— Чёрные драконы — самые чёрствые… И не дай боги связаться ещё с кем-нибудь из вас! Пусть Резергард не рассчитывает, что Пангея будет на его отборе!

Я перехватил её руку за запястье, прижал к себе и сказал:

— Мириам… Я прошу у тебя прощение.

— Что здесь происходит? — из кабинета вышел Кристиан.

Я мысленно закатил глаза, предвкушая истерики и сцены ревности. Но этого не случилось. Потому что в следующее же мгновение мир будто бы пошатнулся и схлопнулся. Земля начала уходить из-под ног, а стены трещать из-за всплеска сильной магии.

— Это она, — крикнул Киллиан. — Она взорвалась!

***

Светлана.

Шаги принадлежали Резергарду, за которым бежала оголтелая няня-драконица, которая держала в охапке Чарли и Поппи.

— Дорогой, тебе нужно на урок! — причитала она. — Куда ты? Меня будут ругать за тебя…

— Как-нибудь переживёте! — крикнул мальчишка.

Он озадаченно остановился, когда заметил выглядывающую из дверного проёма меня.

— Ты…

— Лана, Лана! — дети выскользнули из рук Ирен и кинулись ко мне.

Пангея собиралась что-то сказать и, как я поняла, подойти к Резергарду. Я собиралась обнять детей. Ирен, должно быть, накричать на меня…

Но вместо этого драконица просто закричала. Страшно. Пронзительно. После чего упала на пол и… провалилась сквозь него.

Я тут же, держа малыша одной рукой, потянула на себя детей.

Стены дрожали, мерцала непонятно откуда взявшиеся магия…

Кубарем мы повалились на ковёр в детской. Дверь захлопнулась. В коридоре послышался какой-то грохот.

Казалось, всё поместье вот-вот провалится под землю…

Но вместо этого провалились мы.

Пол в детской обрушился, падение было неминуемым. Я успела испугаться за малыша. Во всех остальных детях текла кровь драконов, пусть у кого-то она и была разбавленной, но даже этого нельзя было сказать про безымянного подкидыша.

Я крепко его держала, но не могла сделать ничего больше…

Сначала была вспышка страха, потом я поняла, что закрыла глаза. Потом — что так никуда и не упала. Подняла веки и обнаружила себя, парящей в воздухе. Прямо как тогда, когда только попала в новый мир. Светлые волосы тянулись к потолку, малыш на руках весело смеялся.

Вокруг нас зависли племянники Девила. Они держались за руки и левитировали в золотистом свете, в отблесках древней магии.

Чего нельзя было сказать о Пангее…

Малышка держалась за порог, свисая над пропастью и хныкая.

— Милая, держись! Обернись драконицей!

— Нет, — срывающимся голосом закричала Пангея, — я не могу. Почему-то не могу. У меня… у меня кровь…

Она повернулась ко мне на секундочку. Из углов губ действительно текла кровь. Боже, что же произошло? Что же делать?