— Если её после этого не выпрут, я перестану верить в справедливость, — вздохнула Ядаяна, поправляя только что уложенные яркие волосы.

— А ты до сих пор в неё веришь? — ворчливо отозвался Цукер.

— Ну, по крайней мере, из внешнего вида претендентки номер семь можно сделать вывод, что рандеву закончилось нечем.

— Почему это? — со смехом переспросила Ядаяна.

— Девил бы разорвал платье, — ответила Мона будто бы со знанием дела.

— Эй, — я свесилась с лошади, — может быть, хотя бы кто-то из вас перестанет иронизировать и одолжит мне платье? Кроме тебя Цукер, ты можешь продолжать.

Я решила попытать удачу, несмотря на зашкаливающий стыд.

В конце концов, я не была ни в чём виновата и очень боялась за психику детей, которые могли меня в таком виде заметить.

На удивление одна из претенденток перестала рассуждать о моей личной жизни и подала руку, чтобы помочь спуститься с Умы.

Это была самая опасная соперница, и речь вовсе не о Ядаяне.

Мона особо не высовывалась, будто бы ей не было никакого дела до других участниц. В этом, разумеется, сквозила гордость, но в отличие от Бриджит, она была естественной, была неотъемлемой, должно быть, врождённой частью девушки.

У неё было шесть баллов, больше, чем у всех остальных.

Она лидировала. И это не было для неё чем-то удивительным.

Я приняла её помощь, всё же ожидая подвоха. Но ничего плохого не случилось. Я твёрдо стояла на земле, позади не маячил Девил, Мона нарочито вежливо улыбалась, пока Цукер с Ядаяной делали вид, что их вот-вот стошнит от моего присутствия.

— Спасибо, — слегка поклонилась и тут же отвлеклась на бросившегося мне в ноги Санни. Чёрный котёнок, громко урча, ластился и пытался мне что-то объяснить мяуканьем. — Мой хороший, я так рада тебя видеть! А Ума… Передашь Поппи, что я приду чуть позже? Мне необходимо привести себя в приемлемый вид.

— А она тебя и не ждала, — Ума встряхнула шикарной гривой.

— Как это так? Ты ведь говорила…

— Это всё твой котёнок. Или котёнок Чарли? В общем, эта животинка попросила помочь. А мне и не жалко. Я люблю злить Девила, — на этом она снова заржала.

— Ты понимаешь его язык? — удивилась я.

— Что? Нет. Но чего ещё он мог просить, верно? Кошак здорово к тебе привязался. Ну, я поскакала, а то у меня клевер вянет!

— У Поппи ужасно невоспитанная куанта, — прокомментировала Мона, — ну же, тебе ещё нужно платье?

— Правда? — я окинула её недоверчивым взглядом. — То есть… Конечно, спасибо!

Она повела меня в свои покои, позади тут же раздался смех Ядаяны и Цукера. Это парочка нашла общий язык. Я с удовольствием отметила, что меня это совсем не задевало.

Комната Моны оказалась не слишком уютной. Высокие расписные потолки, мраморный холодный пол, узкие окна, везде дорогие вазы и статуэтки, вычурные картины и позолоченные ткани.

Две односпальные кровати стояли напротив друг друга.

— Со мной жила Бриджит раньше, — пояснила она.

— А теперь…

— Нет, милочка, теперь ты будешь жить с Эллой, — поспешила ответить Мона до того, как я задала вопрос. — С ней жила Гера, кровать свободна уже давно по меркам отбора.

— Понятно. А Цукер с Ядаяной… они?

— Нет, не живут вместе, разумеется. У каждого своя комната. Просто намного меньше. Хочешь отвести от себя молву, переключив на них внимание? Не выйдет, ведь роман с драгаром куда занимательнее.

— Нет никакого романа, — отозвалась я.

Метка дала о себе знать лёгким жжением, словно отреагировала на ложь. Но загвоздка была в том, что я говорила правду.

— Если бы это было так, кевлара бы не позволила мне и далее проходить испытания, — добавила уверенно.

— Это тоже занимательно, — улыбнулась Мона, на миг напомнив мне змею.

Но этот образ быстро рассеялся, когда она открыла свой шкаф и показала десяток разных платьев.

— Выбирай любое. Хотя… ты голубоглазая блондинка, так что присмотрись к нежным, светлым оттенкам. Вот это розовое платье или это голубое можешь забрать насовсем. Мне всё равно не к лицу.

Я окинула её внимательным взглядом. Слегка загорелая кожа, тёмные волосы и глаза, яркие, крупные черты лица. Действительно, ей больше должен идти изумрудный, бордовый, шоколадный… Так отчего же в её гардеробе много другого, если она придерживается подходящих сочетаний и можешь с лёгкостью распрощаться с тем, что ей не идёт?

Это показалось мне немного странным, но я не заострила внимание и с благодарностью принялась выбирать себе наряд. Остановилась на нежно-розовом варианте. Платье было лёгким, но при этом довольно закрытым, включая руки, декольте и спину, а это мне и было надо после эпизода с вызывающим красно-чёрным подарком от вампиров.

Я переодевалась за ширмой и после решила поинтересоваться у Моны:

— Ещё неизвестно, какое у нас четвёртое испытание?

Она посмотрела на меня, как на полную дуру.

— Или хотя бы когда? — я ещё раз попытала удачу.

— Нет, кевлара бы не забыла про тебя, Лана, не сомневайся. К тому же ещё не ясно, не задержится ли отбор из-за совета великих драконов.

— Совета? — с опаской переспросила я.

Мона кивнула.

— Да, все уже знают о приезде императора, так что это не тайна. Именно к тебе на втором испытании прибилась девочка из красных драконов, не так ли? Это выглядело как нарушение правил, поэтому император прибыл, чтобы рассудить великие дома. Если кто-то действительно нарушил какие-либо из правил, то его непременно покарают. Возможно, древняя магия сосредоточится на этом, а не на отборе.

— Ясно… — я изо всех сил постаралась не выдать свой страх.

Не ожидала, что сюда так скоро приедет сам главный дракон империи. Что будет со мной, что будет с Девилом, если наши маленькие интриги вскроются?

Нервно сглотнув, я поспешила в покои Эллы, где должна была находиться моя новая кровать.

Девушка встретила меня без особого энтузиазма, она вышла, ничего не сказав. Комната была немного больше, чем у Моны. И здесь было больше красных и чёрных оттенков. Я села на пустующую кровать, погладила котёнка, запрыгнувшего на колени, и постаралась успокоиться.

Император ведь явился из-за конфликта между чёрными и красными драконами, не так ли?

Я была здесь совершенно ни при чём.

Но вдруг бы меня стали допрашивать из-за Пангеи?

Я была сама не своя. Никто, конечно, не объяснил правила проживания в этом отборном общежитии. Только понятнее стало, когда один из гномов принёс чемодан с моими вещами из прошлых покоев. Хотя бы не нужно было возвращаться в другое крыло и сталкиваться с Девилом.

— Спасибо, что спас меня, — улыбнулась я Санни. — Ты голоден? Я попрошу мяса для тебя, хорошо?

Так, я покормила котёнка, провела время с младенцем-найдёнышем, про которого до сих пор не было ничего понятно, и столкнулась в одном из коридоров с Резергардом.

В последний раз, когда мы виделись, сцена вышла не из приятных.

— Привет, — я улыбнулась и помахала ладонью.

Он сделал вид, что не заметил меня, но я рискнула попробовать обратить на себя внимание.

— Резергард! У меня есть пара вопросов!

— Да что ты? — развернулся он ко мне и одарил не самым дружелюбным взглядом. — Будешь допрашивать меня, человечка? С какой стати?

Я хотела спросить у него, правда ли он ничего не помнит про родителей, но поняла, что время для этого не самое лучшее.

Парень явно был рассержен чем-то и без меня.

— Я хотела сказать, что… мне очень жаль. Тебе пришлось так много пережить. И я понимаю, почему ты так плохо ко мне относишься. И не обижаюсь.

— Мне уже всё равно, — отозвался он ровно. — Император здесь…

— Да, я слышала…

— …может быть, он казнит меня, и тогда порадуетесь. Без меня будет проще гробить всех остальных.

— Ты… о чём говоришь? — переспросила шёпотом, испугавшись за него.

Он и не собирался отвечать. А уж когда рядом появился Девил, вовсе взбрыкнул и убежал.