Что если он здесь, потому что я проиграла?

Драгар Девил Рокэ.

Я мог перенести многое. Долгие походы, сложные миссии, потери и напряжение сутки напролёт.

Мой брат был наследником дома чёрных драконов. Я решил обрести своё призвание на войне. Получил должность генерала, был одним из тех, кто привёл Роршаах к победе и миру.

Мне пришлось столкнуться со многими вещами, пришлось многое терпеть… Но не унижение.

Это испытание оказалось сложнее всех прочих.

У этого испытания было дурацкое имя — Светлана.

Девушка была такой хрупкой, что если бы я захотел её сломать, даже не почувствовал бы напряжения в мышцах.

И как такая малышка могла встать на моём пути и оказаться настоящей занозой?

При одной только мысли о ней к глотке подступал рык, хотелось рвать и метать…

Мой брат пропал без следа, оставив после себя постыдную тайну — троих детей от человеческой женщины. Такие в нашем мире не водились, только попадали из своего, если боги изволили шутить.

Связать себя с такой… Да ещё и наследнику древнейшего рода… Этот позор навсегда останется в истории моего дома.

Спасибо, братец…

Попаданки считались самым низшим сортом. Даже мелкие магические помощники и говорящие горшки ценились выше, чем эти пустышки. Мало живут, мало что умеют, про магию даже не слышали…

Слабое звено.

Всего лишь глупая шутка какого-то бога — не более.

Это было настолько немыслимо, что в кодексе даже не было правила на этот счёт. Поэтому, если мой старший брат, Эдгар, жив, он не понесёт наказание.

Поэтому же формально и его дети пока что считались наследниками.

Кевлара считала их таковыми. Как это вышло без отбора невест, без законной достойнейшей жены? В этом ещё предстояло разобраться…

Ситуация на грани фола. По обсидиану великого рода чёрных драконов пошла трещина. Наследники — полные бездарности. Поппи — девочка. В Чарли нет и намёка на драконью суть или хоть какую-то искру магии. Резергард не мог даже обернуться…

С такими наследниками дом чёрных драконов быстро превратиться в руины.

И даже неважно, благодаря ли другим домам или же магам попроще, которые давно хотят оказаться на нашем месте. Месте великих драконов.

Как генерал и временный глава рода я понимал, что детей лучше убить. Сделать вид, что их никогда не было. И Эдгара, который так низко пал, не продолжать искать. Вычеркнуть из истории, будто его никогда и не было тоже.

Стать единственным главой рода. Устроить отбор на должность жены. Древняя магия выбрала бы достойнейшую мать для будущего наследника. Сильного и способного удержать власть в своих руках.

Но дети Эдгара — мои племянники. Наша кровь, наш род — не пустой звук для древнейших. Мы не зря уже многие столетия контролируем Роршаах, не зря наше влияние только растёт.

Пожертвовать детьми, значило бы пожертвовать всеми принципами.

Сделал бы это — и что дальше?

Этот поступок поставил бы крест на всём, что долгие годы строили наши предки.

Поэтому в какой-то момент я стал искать не только брата, но и какую-нибудь захудалую человечку, которая смогла бы мне объяснить, что не так с детьми. В них текла жидкая человеческая кровь. Я надеялся, что она выведется, но игнорировать состояние Чарли долго было нельзя.

В конце концов, я даже рискнул провести сложный обряд. Заключить сделку с богами, взять на себя чужую боль.

Ни на что особо не надеясь, ведь человечка слишком слаба, чтобы пройти через систему отбора, а без этого оставить её одну с детьми будет затруднительно.

Решил, что пусть она хотя бы попытается. Не выйдет — проведу допрос, соберу всю нужную информацию про обычаи людей и…

Выкину мусор из дома.

Именно им попаданки и были.

Бесполезным мусором.

Не я так решил. Это было общее мнение, понятно на чём основанное. В мир, где почти у всех есть магия или другие интересные способности, пустышки просто не вписывались.

Раньше я видел попаданку лишь в детстве и случайно. Она побиралась на улице, была одета в лохмотья и умирала от голода.

Это впечатление ни на что не способного нечта навсегда запечатлелось в моей памяти.

Кто знал, что я по своей воли однажды пропущу такую в свой мир? И даже буду держать её рядом с собой, не думая о том, как это отвратительно по всем фронтам.

Я ожидал, что съем её недуг легко, объясню всё быстро, пропущу на отбор — и на этом всё.

В этом бы не было особого унижения.

Вот только её болезнь оказалась въедливой, я не смог справиться с ней быстро, успела образоваться странная связь, которая ощущалась, как оковы.

Я был связан притяжением, абсурдными мыслями и чувствами…

Я прекрасно знал, что Лана не выбирала появиться в моей жизни. Что всё это — моё решение. И ожидал от себя, что смогу с каменным лицом терпеть.

Но… ощущения были слишком яркими.

И я начинал ненавидеть её за то, что она сделала со мной.

За то, как сильно я хотел ту, которую должен был презирать.

Её болезнь распространялась по моему телу, внедрялась в него с ужасающей скоростью. Я обладал прекрасной регенерацией, но болезнь Ланы будто бы позаимствовала себе её часть.

Как она это терпела в своём мире?

От хрупкой и без того крошки пахло смертью, пахло кипельно белыми простынями, кровью и ещё чем-то горьким, алхимическим.

Мне это не нравилось. И вовсе не из-за брезгливости. Её было даже слишком мало.

Я явился на первое испытание, чтобы воспользоваться единственным шансом впихнуть её на этот отбор…

Обычно мне всё равно, какие испытания готовила кевлара слугам. Иной раз я даже не знал, что очередной отбор проходил, созывался и закрывался.

Какая разница, кто там стал лучшей кухаркой, швеёй или поваром?

Моё внимание привлекали только отборы охраны, телохранителей и… фавориток.

Последний самый интересный, разумеется.

И в нём я мог проявить больше всего своей воли. Претендентки проверялись на верность дому чёрных драконов и сопутствующие умения и качества для любовницы, в финале оставались несколько — и я мог выбрать любую.

Или всех сразу.

Лана прошла первое испытание. Ещё и вынесла из него кота. Тогда я впервые подумал, что поспешил с попыткой сделать её няней для детей.

Может быть, стоило пойти по другому пути?

Я смотрел на неё уставшую, но довольную своей глупой победой. Сразу же после первого испытания, когда пришёл проводить её лично. Грув знал зачем…

Лучистые голубые глаза, в которых плескался свет… Сбившиеся на лоб тонкие светлые завитки волос. Маленький, аккуратненький ротик в обрамлении мягких, нежных губ…

Внушать себе то, что она человечка, и меня должно выворачивать наизнанку при одном лишь взгляде на столь презренное существо, удавалось всё сложнее с каждым мгновением.

Вспышками то и дело мелькали мысли о том, чтобы сбросить с себя всю навязанную мне ответственность, послать обычаи и взять эту крошку в свою постель. Лучший способ избавиться от навязчивых мыслей — выполнить их. И после мне бы надоело. Так это работало обычно.

Мой брат, будучи главой рода, смог опуститься до такого…

Почему же я должен был всё ещё держать марку?

Даже в самые тяжёлые свои дни я не был настолько слаб, чтобы размышлять о подобном.

Мда, дом чёрных драконов ждёт крах. С такими-то драконами…

Как он посмел? Его женщина была так же хороша? А это разве оправдание?

И ладно бы скрывал её, опустился до того, что сделал своей любовницей, но позволить ей понести…

Этого я не мог понять и простить.

Лихорадка не покидала меня. Я сгорал, но уже даже не из-за болезни маленькой мышки, а из-за нашей связи.

Мои мысли бешено метались от того, что стоило бы отправить её на отбор фавориток, до мыслей, что её нужно как можно скорее прикончить…

Она всё равно проиграет, верно же?

А если проиграет, значит, ни на какой отбор больше не сможет претендовать. Даже моей любовницей ей не стать официально.