Цукер кивнул.

Ядаяна как бы между прочим коснулась его плеча.

Я машинально перевела взгляд на Девила.

Он смотрел только на меня.

Сердце забилось чаще. Когда кевлара подошла ко мне.

Я была следующей? Значит, не самой худшей? Значит, не всё было потеряно?

Только во мне вспыхнула надежда, как статуя произнесла безэмоциональным, вгоняющим в дрожь голосом:

— Претендентка номер шесть, Гера… поговорим о вас.

Ну что ж… Это всё. Это конец.

Даже результат некромантки, казалось, был лучше моего.

Очень просто было перестать держать в себе усталость и напряжение. Перестать пытаться стоять ровно, молча, смиренно.

Я бы вообще с удовольствием опустилась на мягкую зелёную траву сейчас. Прикрыла бы тяжёлые веки и, наверное, сразу же заснула.

Казалось бы, уже всё равно, что моё поведение и состояние считывалось.

Я не прошла. Я оказалась недостойной. Не прижилась в этом мире. Как не прижилось бы семя одуванчика среди камней.

Но я помнила о Чарли. Нужно было выстоять до последнего. Дождаться, когда кевлара официально выставит меня из отбора. Чтобы знать точно, что я ничего не испортила.

Да и к тому же…

Однажды я видела, как из трещины в асфальте проросла настоящая берёза.

Я усилием воли остановила мысли, направленные на собственную участь, и переключилась на претендентку номер шесть. К моему удивлению, на бледном лице Геры сияла хищная усмешка.

Но почему?

Она разве не понимала, что хвалить её будут едва ли?

Из, должно быть, сотни претенденток, первичный отбор прошли лишь шесть. Все имели разносторонние знания, хорошую физическую подготовку, подходящий характер и магию.

Все в случае провала больше не смогут даже думать о должности в любом из великих домов.

Шанс всего один. И попытка может перечеркнуть всю жизнь.

Так отчего же Гера такая спокойная?

Или я всё-таки чего-то не понимала, и она отлично справилась?

Тогда тот порядок, которого придерживалась кевлара, был произвольным, и у меня всё ещё был шанс.

— Общее состояние детей за прошедшие сутки оценивается мной как более чем подавленное. Основная эмоция, которую испытывали дети под вашим началом — это страх. Страх сковывал их движения, энергия смерти не давала им и шанса на то, чтобы почувствовать себя лучше. Но и вы не думали об их настроении, не так ли?

— Задание озвучено не было, — усмехнулась Гера. — Сто детей — это не шутки. Они запросто могли навредить друг другу. Я сдержала их. А также замедлила их метаболизм. Так что даже отвлекаться на еду им не пришлось.

У меня перехватило дыхание. Получалось так, что она даже не кормила их. И просто держала в оцепенении целые сутки?

Как такое возможно? Как такая девушка могла попасть на отбор, который предполагал работу с детьми?

— Задание озвучено не было, — повторила кевлара. — Но вы знали, что это за отбор. Знали, что ваша будущая работа предполагала общение с тремя наследниками дома чёрных драконов. С ними вы вели бы себя так же?

— Разумеется, нет, — ответила Гера. — Но те дети не имели никакого отношения к моим будущим воспитанникам.

От удивления я даже взбодрилась.

И кевлара наблюдала за этим, но ничего не предприняла?

Кажется, к детям здесь относились как к расходному материалу и не более того.

Остальные участницы так же были шокированы. Но никто из них не решился ничего сказать: некромантка выглядела угрожающе.

— Претендентка номер шесть, Гера… За прохождение второго испытания вы получаете ноль баллов. Общий счёт: один балл.

Я даже не знала, что и думать. Гера явно понимала всё и поступила так намеренно. Но почему? Передумала участвовать в отборе?

А что же насчёт меня?

Если Гера получила ноль баллов, то я явно должна была получить не больше.

Если вообще кевлара не поставила бы мне несколько баллов со знаком минус.

А учитывая то, что у меня и за прошлое испытание всего полбалла…

Неужели она выгонит меня, но оставит Геру?

Колкое чувство несправедливости заполнило грудь. Одно дело, если бы я понимала логику происходящего. Если бы остальные были безупречны.

Но после слов Геры я уже перестала что-либо понимать…

— Претендентка номер семь, — наконец, обратила на меня внимание кевлара, — Светлана… Поговорим о вас.

Я кивнула.

Да, давайте поговорим. Давайте покончим уже с этим.

— Претендентка номер семь, вы единственная, чей внешний вид требует подробной оценки вашего состояния. Это испытание не должно было доставить трудности подготовленным участницам. Все чувствуют себя прекрасно, но не вы. Почему же? Неужели было так трудно выполнять свои прямые обязанности?

Я окинула кевлару уставшим взглядом. К чему вся эта пытка расспросами?

Могла бы ответить, что няней я должна была быть для трёх детей, а вовсе не сотни. Но разве в споре был бы какой-то толк?

— Драконы умнее, хитрее, сильнее. Драконы обладают высшей магией, непостижимой для других существ. Драконы любого возраста. Количества детей из простых семей с менее выдающимися способностями было соразмерно той максимальной нагрузке, с которой могла бы столкнуться няня, что присматривала бы за тремя драконами.

Кевлара будто не брала в расчёт Чарли, который был человеком.

Наверное, потому что в доме чёрных драконов многие надеялись, что его сила ещё откроется.

Он должен был быть драконом без вариантов. И никому не было дело до другого возможного исхода. До того, что делать, если он всё-таки так и останется человеком без способностей.

Об этом задумался только Девил.

Только Девил подстраховал мальчика.

Жаль, что он не мог просто оставить меня рядом. Что пришлось участвовать в отборе.

Отборе, который я, должно быть, уже проиграла.

— Также стоило бы учитывать, что драконы всегда на пути силы. И всегда проверяют окружающих на её наличие и не терпят слабости. С ними будет определённо сложнее, чем с этими детьми. Поэтому состояние претендентки номер семь весьма угнетает дом чёрных драконов. Недомогание, нервное напряжение… Несколько раз за присуждение баллов вы едва не потеряли сознание. Это большой минус. Который явно указывает на непригодность для этой работы. И из которого вытекает следующее: вы уже пришли сюда в плохом состоянии. Что это если не безответственность. Зная, о своих физических недостатках, вы пришли с высоким уровнем голода и недосыпа. Пришли с намерением подвергнуть детей опасности.

— Такого намерения не было, — ответила я.

— Разве? — в голосе кевлары как будто бы всё-таки прорезалась какая-то нехорошая эмоция. — Что же это было, если не намерение? Ведь вы не отказались от испытания.

— Но ведь на тот момент, когда я пришла в таком состоянии, я не знала, в чём оно заключалось. А затем уже не думала об испытании, как об испытании. Мне нужно было сделать несколько вещей, чтобы дети успокоились. Они ведь были напуганы и не понимали даже, что происходит.

К моему удивлению, рядом с кевларой встал Девил.

Вновь будет обвинять во всех смертных грехах?

— То, в каком состоянии пришла Светлана на испытание — это моя вина. Прошу для протокола заметить, что у неё не было выбора. Я запретил ей завтракать по своим соображениям. И так же поступил ночью. Она плохо спала из-за меня.

На этом момент Ядаяна дёрнулась, да и остальные отреагировали неоднозначно. Мона и вовсе смотрела на него с гневом, да и ещё и с таким, будто имела право на этот гнев.

Я сверлила дракона взглядом.

Вроде как вступился. А вроде как объявил, что мы с ним — любовники.

Хотелось бы это опровергнуть. Но наши метки и вообще то, что он меня вызвал, возможно, были тайной. И если я собиралась служить дому чёрных драконов, болтать должна была поменьше.

Хватило уже и того, что не сдержалась тогда, при Пангее.

Теперь было непонятно, каким боком нам всем это выйдет…

Да и плевать, кто что подумает. У Ядаяны хватило бесстыдства демонстрировать мне свои засосы, словно какую-то победу.