Взгляд дракона всё ещё жёгся между лопатками. Не выдержала и обернулась — Девил застыл в том же положении.

Разве что стал ещё злее.

И какая муха его укусила?

Поймав мой взгляд, дракон поддался вперёд. Я тут же отвернулась, не желая его провоцировать.

Видок у него был такой, будто он правда мог разбить стекло и ввалиться в мой маленький, уютный мирок.

— А что драгару надо? — мда, не только я задавалась этим вопросом.

Дети тоже не понимали.

А, значит, дело было всё-таки в дурном драконе, а не во мне.

Он вёл себя странно и по меркам местных.

Только рыжей Пангеи всё, казалось бы, было ясно и понятно.

— Следит за ней, не видите, — рыкнув, бросила она. — Чтобы она нас не угробила. Спасибо, конечно, это честь… Но лучше бы её сюда с самого начала никто не пускал. Скорее бы это всё закончилось…

— А что тебе не нравится? — поморщился Томас.

— Ты вообще когда-нибудь довольной бываешь? — вставил розоволосый Далтон.

Уж если эти двое согласны друг с другом…

— Наверное, она радуется только когда кому-то становится плохо, — предположила Нелли.

И тут же вжала голову в плечи и покраснела, когда взгляды парней устремились на неё.

Пангея надулась и отвернулась. Мне не хотелось, чтобы все сплотились против неё, хотя это и упростило бы многое.

— Может быть, Пангея права, — улыбнулась я. — И чёрный дракон правда за вами присматривает. Ну так, что же в этом плохого? Он нам нисколько не мешает…

— Но ты хорошая, — возразил Томас. — И с тобой весело.

Билли, мальчик, что жил в клане вампиров, согласно закивал головой. А потом наткнулся на взгляд Леси и испуганно стал мотать ей из стороны в сторону. Маленькую вампиршу это повеселило.

Кажется, в этом не было нападки в мою сторону.

Она просто любила играться со своим… фамильяром?

В этом ещё предстояло разобраться.

Каково быть на месте Билли? И самое главное… как долго на этом месте можно оставаться?

Здесь есть много проблемных деток, с которыми мне хотелось пообщаться и хоть как-то помочь. В конце концов, не зря ведь мы оказались здесь, не зря нас свела судьба.

Но пока что у меня не было времени задерживаться на ком-то одном.

— Мы утвердили наш герб и готовы в бой! — сказал с довольством мой любимый котик Томас.

— Да, — сурово добавил Далтон.

У Томаса на рисунке была изображена смесь котёнка, лисёнка и медвежонка с переливающимися крыльями стрекозы, которые явно добавили малышки феи.

У Далтона идея была банальная, но сам рисунок был отрисован лучше, чем работы большинства взрослых. Серебряная огромная луна, и тень волчьей стаи на ней. Красиво.

У Нелли в озере плескались три разноцветные рыбки.

Рисунок Леси был каким-то порочным… Яблоко, струйки крови и клинок с тонким лезвием, что похож на клык.

Рисунок Билли был разрозненным и абстрактным, потому что рисовали все подряд, будто бы не договорившись друг с другом. Мальчику никогда ещё не приходилось быть главным, он явно растерялся.

У Кира был нож, вместо рукоятки которого было нарисовано перо.

Словно это означало силу и знания.

Фон же моего герба был абстрактным, накаляканным малышами. Но я обвела несколько цветных клякс в силуэт дракона. Хотела, чтобы маленькая драконица почувствовала себя в своей тарелке. Но она не оценила герб и едва не спалила его. Благо, я вовремя отобрала бумагу и успокоила детей.

— Будем драться! Кого из команд больше стоит на ногах, у того и лучшая команда… — предложил Томас, вскочив на стульчик.

— Да мы вас уделаем! — заревел Далтон.

— Дети, никто не будет драться!

— Но ка-а-а-ак…

— Почему-у-у-у-у…

— Фух, — это уже от девочек.

— Потому что даже для сильнейших воинов главное вот тут, — я постучала пальцем по виску. — Давайте проверим, как быстро вы соображаете…

— А как?

— Быстро!

— Быстрее ветра!

— Я вообще самый умный, если вы не знали, — это Томас, конечно же.

— Хорошо… Начнём, пожалуй. Три татарина в мешке, сколько ног в мешке?

— Что? — опешили многие.

Но больше всего их интересовало вот что:

— Что такое татарины?

Я рассмеялась.

— Люди такие. Но пусть будут Томасы. Загадка так звучит: «Три Томаса в мешке, сколько ног в мешке?».

Мальчишка был очень доволен стать героем этого обсуждения. Он взглянул на свои ноги, пожал плечами и выпалил весело:

— Так шесть же! У меня две. Ещё у одного две. И ещё у одного две. Всего шесть!

Я улыбнулась.

— А вот и нет. Думайте.

Многие пытались ответить, найти какие-то пути к решению, пока не начали называть все цифры наугад. Некоторые детки были такими маленькими, что едва ли подозревали о значении чисел, которые называли. Но им было очень весело, а это самое главное.

Самый серьёзный мальчик, Кир, наконец заявил что…

— Это плохая загадка. У неё простое и единственно верное решение, если у ваших татар действительно столько же конечностей, сколько и у Томаса. И если у Томаса нет лишней пары лап. Но стоит заметить, что он не оборотень. А значит, ноги у него две в любом возрасте и состоянии. Если Томаса три, то ног шесть.

— Она просто уже не знает, что ещё выдумать… — фыркнула Пангея.

Я покачала головой и спросила:

— Дать вам правильный ответ? Никто больше не хочет попытаться?

Всем не терпелось узнать, что же не так с ногами Томаса. Далтон даже попытался его укусить за коленку, чтобы проверить, не деревянная ли она.

— Ну а вдруг он инвалид, и няня сейчас нам раскроет его обман.

— Да не такой я! — прошипел Томас.

Это было и смешно, и нелепо, и странно…

Конечно, мне бы и в голову не пришло так всё выворачивать.

— Стойте, милые! Для того чтобы всё показать вам, мне нужен мешок или что-то вроде. Никто не видел?

— Я, — Нелли робко подняла руку, — я видела. Принести?

Я была очень рада, что она пересилила себя и подала голос. Привлекать к себе внимание вот так бывает непросто, особенно, в детстве.

— Да, пожалуйста, дорогая. Спасибо большое.

— Хм… Может быть, дело в том, что не три татарина, не три Томаса не поместятся в один мешок? И поэтому ноги только две? — предположил мальчик с ослиными ушами.

Я протянула руку и несмело погладила его по голове.

Всё-таки он вёл себя как маленький взрослый. А взрослых трогать странно.

Но это ребёнок. Все они дети. И мой Резергард, которого ещё предстояло приручить. Об этом не стоило забывать.

Кир выгнул бровь, но позволил мне проявить незамысловатую ласку.

— Ты прав. Ноги две. Но путь, которым ты пришёл к решению, неверный.

— Как две? — удивились многие.

— Я ничего не понял… — захныкал один из малышей.

Но тут вернулась Нелли с шёлковым мешком и подала его мне.

Все замерли, ожидая, что решение загадки появится в мешке.

Так почти и случилось.

— Томас, — протянула я руку к сорванцу, — ты позволишь?

Он подошёл ближе, и я аккуратно надела на него мешок.

— Кот в мешке получается, — выдохнула с усмешкой, и… начала его тереть через ткань.

— Ой, — пискнул Томас, — ой, что это такое?

— Нелли, — позвала я, — три Томаса в мешке.

— Прямо тереть?

— Да.

Она несмело провела ладошкой по его спине.

— Три Томаса в мешке, — повторила я, — а теперь скажи, сколько ног в мешке?

Она моргнула. И даже крикнула ответ от эмоций:

— Две! Две, потому что сколько его не три, он всё равно будет в мешке, а ног у него две!

Она подпрыгнула на месте и засмущалась уже запоздало. Это был прогресс.

Мы сразу же выпустили котика.

— Это нечестно, — заключил Кир.

— Но весело, — улыбнулась ему я.

И многие были в восторге из-за этой глупенькой старой загадки. Дальше я отвлекала их более простыми и стройными вариантами из моего мира. Самым сложным было вспомнить загадки, отгадки на которые существовали в обоих мирах.

Детей было много, все умненькие, так что ответ скоро находился.