Много причин и один факт: Фердинанд смотрел на меня и явно о чём-то размышлял. Будто всерьёз думал — продолжать ли играть в сон или показать, что это совсем не сон и мне конец.

Реакция чудища была неожиданной.

Вместо криков, что меня нужно казнить, он просто подхватил на руки... и понёс в воду.

— Что ты делаешь? — спросила я странно притихшего мужчину.

Он нёс меня, пока глубина не достигла плечей — а значит, мне была бы выше головы.

— Ты же хотела поплавать, — напряженно сказал Фердинанд, а потом отпустил.

Инстинктивно я обхватила его за шею, чтобы не уйти под воду, и мужчина придержал меня рукой.

— Разве ты не умеешь плавать? — наигранно удивлённо спросил он.

Странная игра, правила которой мне не объяснили.

Но я всё же подавила внутренний страх и попыталась удержаться на воде.

После нескольких попыток не пойти ко дну кирпичом, пришло осознание: Юлианна — не я. Она не только не умела плавать — она панически боялась воды.

Тело было совсем чужим, и все мои прежние навыки оказались бесполезны. Мышцы каменели, дыхание сбивалось, и я то и дело цеплялась за Фердинанда, стараясь не уйти под воду с головой.

Мой импровизированный бортик вёл себя как настоящий: замер и молча наблюдал.

Он позволял держаться за себя, но не поддерживал — и это было чертовски неудобно.

К сожалению, страх тела перед водой победил мои умения.

— Не могу… Тело не слушается. Плаваю как топор, — выдохнула я, снова обвивая мужскую шею.

Фердинанд улыбнулся, будто ни на секунду не сомневался, что всё будет именно так. А потом подхватил меня на руки и медленно направился в сторону берега.

— Прежде чем плавать, нужно научиться держаться на воде, сладкая. Даже во сне отсутствие навыка не даст тебе плыть, — произнес он тоном строгого учителя.

Либо это действительно сон…

Либо Фердинанд, убедившись, что я не умею плавать, решил, будто всё остальное — тоже выдумки.

За эти месяцы он привык к моим странностям, удобно списывая их на общение с ведьмами. А значит, выяснить — настоящий передо мной ректор или придуманный мною — так и не удалось. По крайней мере, не раньше, чем мы встретимся утром.

Что ж, наверное, так даже лучше. Если он всё запомнит — я вроде как сама всё рассказала. Если нет — мои тайны останутся при мне.

Однако, попасть на море и даже не поплавать было обидно.

— Научишь меня держаться на воде? — спросила довольного собой Фердинанда, когда мы выбрались уже по пояс.

Мужчина ласково улыбнулся, коснувшись губами моего виска. Он всегда так делал, если не хотел меня обидеть, но слышал, по его мнению, какую-то чушь.

Вот и сейчас Фердинанд остановился, явно раздумывая, как отказать, но не задеть.

— В Лисандии держаться на воде учат только магов-мужчин, служащих Империи. Остальных этому не обучают. Тем более леди, — попытался выкрутиться.

— Это мой сон, и здесь я не леди, — напомнила я немаловажную деталь.

Принц обреченно вздохнул и присел, выставив руки вперёд.

— Ложись на воду так, будто она твёрдая. Я буду держать.

— Лучше сначала спиной, — согласилась я и плюхнулась ему на руки.

Уроки плавания от чудища — зрелище ещё то. Но, к счастью, я оказалась вполне способной ученицей.

Спустя прорву попыток и тихих подсказок мне удалось лечь на воду — спокойно, без страха, почти грациозно. Волны мягко покачивали, руки Фердинанда поддерживали за спину, а солёный воздух щекотал щеки.

Я закрыла глаза, позволяя себе поверить, что могу всё. Даже летать… или хотя бы не тонуть.

— Прости, сладкая, но уже пора возвращаться, — прошептал он.

В ответ на мой разочарованный стон он коснулся губами лба:

— Я знаю, моя неугомонная. Мы продолжим в следующий раз, — тихо пообещал.

Потом он подхватил меня на руки и куда-то унёс.

Кулон работал странно, ведь уснуть внутри сна — казалось невозможным, но я отключилась. Прямо на руках у Фердинанда.

Ощутила, как меня уложили в кровать, а потом снова прижали к себе. Всю ночь — точнее, её остаток — я чувствовала чьё-то присутствие. А потом открыла глаза и оказалась одна в своей тесной каморке.

Ни океана, ни чудища, ни следа от жарких поцелуев. Только одеяло, в которое я закуталась вечером. Похоже, так и пролежала всю ночь, не шелохнувшись.

Кулон, пусть и странно, но всё же сработал. Однако наступило утро, и чудный сон развеялся.

А впереди уже поджидало новое испытание. Оно ворвалось в комнату на рассвете, объявив о себе громким стуком в дверь.

Первый Бал во дворце — самое важное событие для всех претенденток.

То, чего все ждали и боялись.

Даже если бы я и хотела, проспать сборы во дворец не получилось бы. С самого раннего утра в коридоре раздавались женские голоса, суета, беготня и даже ругань.

Это завтрак разносили по комнатам. Впервые за все недели вместо угощений от повара Императора нам подали сносную еду.

Правда, сопровождалось это криками Арсо из коридора:

— Не налегайте на еду! Нам не нужны конфузы перед Императором! — вопил декан, бегая вслед за прислугой.

Я знала, что ужин будет во дворце, а обед заменит фуршет в Тронном зале. Поэтому съела весь завтрак и припрятала несколько кусков выпечки на перекус.

Сработал принцип: если Арсо что-то советует — нужно делать с точностью до наоборот. Кроме того, я быстрее упаду в обморок от обезвоживания и голода, чем верну то, что съела утром.

А может, это и был его план — скрыть провал с танцами тем, что девушки массово начнут падать в обморок. Конечно, проще списать всё на нервы, чем на неумелое (и дорогое!) обучение.

Сразу после быстрой трапезы под вопли Эвелиуса начались сборы. Непонятно, зачем так рано — и совсем неясно, почему вместе с горничными в мою комнату вломился инквизитор.

Вопросительно вздернув бровь, я покосилась на Илариона.

— Всё в порядке, их отбирал лично принц. Сюрпризов не будет, — успокоил он, втолкнул девушек в комнату и закрыл дверь.

Похоже, Фердинанд сделал выводы после конфуза на репетиции.

Решил, что подкупить горничных, которые работают во дворце, — золота не хватит даже у самой богатой невесты. Никто не станет терять настолько хлебное место ради пары монет.

Теперь за своё платье и внешность я могла не беспокоиться — как и за безопасность.

На смену воплям Арсо теперь звучал голос Илариона, и, как ни странно, это даже успокаивало.

Спустя много часов странных и непонятных мне процедур, подходя к зеркалу, я ожидала увидеть чудо.

Как в фильмах, где главная героиня превращается из пугала в королеву бала. Даже глаза закрыла, чтобы явно ощутить разницу. А когда открыла — замерла, рассматривая отражение.

В зеркале отражалась обычная я — в бальном платье. Не такая бледная и без кругов под глазами, с чуть порозовевшими щёчками и лёгким блеском на губах. Но это всё.

Волосы слегка завили, и часть локонов убрали назад, открывая лицо. Ни тебе косметики, ни вычурной прически, ни обещанных украшений.

Образ, который я видела, совсем не сочетался с изначальными планами Сильвена. Значит, планы изменили.

Но кто? И зачем?

Ответ на этот вопрос я узнала, стоило выйти из комнаты.

Все претендентки словно из инкубатора выползли. Одинаковые платья — разного оттенка и с разной формой рукавов, но в целом — будто школьная форма.

Тот же фасон юбки, та же ткань, примерно схожие причёски и ни на ком ни единого украшения.

Это были совсем не те наряды, которые девушки надевали на репетицию.

Внутри зрело нехорошее предчувствие, что первый в моей жизни бал обернётся большим разочарованием. Несмотря на страх перед Императором, в голове всё выглядело иначе.

Я должна была вплыть в Бальный зал, ощущая себя принцессой. Ловить восхищенные взгляды и мило улыбаться.

Но нет же, чуда не случилось.

На фоне принцессы Мишель в Бальный зал Императорского дворца войдёт просто Юлианна — дочь уважаемого всеми мошенника, ассистентка ректора, подставная невеста, на которой никто так и не женится.