Но увы. Фавориток ещё не выбрали, а значит, сенсация так и не случилась.

Девушки разочарованно переглядывались, понимая, что попасть в листовки и прославиться не выйдет.

Таким же озадаченно-разочарованным выглядел и Эвелиус. Уж он-то насладился бы плодами трудов Рамона, если бы того поймали после выбора финалисток.

Увы, всё пошло совсем не по плану, и предателя поймали заранее.

Замешательство и шок длились недостаточно долго.

— Как, кто? — всё же нарушил тишину разочарованный Арсо, а потом покосился на всё ещё пустующее место Рамона. — Не может быть! — выдохнул он, хватаясь за сердце.

Безразлично наблюдающий за девушками Фердинанд криво улыбнулся.

— Может, декан Арсо. Ещё как может. Лорда Тарвина казнят на закате. Сейчас выясняют, кто был его протеже на отборе, — произнес принц, и в зале зазвучали ахи и охи.

Девушки косились друг на друга, а потом осматривались.

Только одна претендентка продолжала играть дурноту и даже не взглянула в сторону. Она-то точно знала, кто именно был протеже Рамона. Мне тоже это было очевидно — но, опять-таки, только мне.

По какой-то причине Фердинанд не выгнал Мишель и не обвинял её в сговоре.

И, судя по предупреждающему взгляду чудища, я тоже должна была делать вид, что это страшная загадка.

Что ж…

Что бы там ни задумал принц, я в эти игры не играю.

Подозреваю, именно из-за Мишель меня и попросили остаться. То ли она не знала, что задумал Рамон, и ее хотели использовать вслепую. Или очень даже знала — и была с ним заодно.

Подозреваю, что именно это меня и попросят выяснить. Но что бы ни пообещал Фердинанд взамен — от фиалки я буду держаться как можно дальше.

Шпионские игры с привкусом казни — это совсем не моё и не стоит даже тройного жалования.

Где-то в глубине звенело: не только из-за чувства самосохранения я не хочу общаться с Мишель и наблюдать за тем, как она играет в невесту.

Но я отгоняла эти мысли прочь.

У меня нет ни единой причины для ревности — просто потому, что нет никаких прав, планов или видов на этого мужчину.

Наконец подали завтрак, и атмосфера в столовой из напряженной стала напряженно-звенящей.

Девушки принялись изучать новое блюдо со дворца, а Арсо даже вспомнил, что он — какой-никакой, а декан факультета красоты.

На этот раз он даже показал, как правильно это есть, и с каждой вилкой наигранно приторно расхваливал вкус Императора и придворного повара.

Казалось, буря миновала.

С моей скромной персоны внимание переключилось на Рамона, и принц заметно расслабился, наблюдая за завтраком.

Как всегда — рано расслабился.

***

Фиалкин интеллект принц-ректор, к сожалению, переоценил, и взглядом её ни о чём не предупреждал.

Первую половину завтрака Мишель сидела слишком тихо. Я даже решила, что она собралась к Фердинанду с повинной. Но снова ошиблась.

В голове под чёрными кудрями зрели коварные планы.

Очевидно, пока все ели, она размышляла, как избавиться от препятствия в виде ассистентки чудища.

Стоило ректору объявить, что трапеза окончена, и попытаться покинуть столовую — невинная фиалка резко проснулась.

Вскочив со своего места, она перегородила Фердинанду дорогу и обхватила его руку, преданно заглядывая в глаза.

— Я хотела извиниться. Это я подняла панику тем вечером и надеюсь, не нарушила ваши планы по поимке предателя, — невинно хлопая глазками, сказала Мишель.

В столовой снова воцарилась тишина.

Девушки замерли, предчувствуя новую сцену, а Арсо даже с любопытством наклонил голову.

Только Фердинанд смерил свою фиалку недоверчивым взглядом и медленно освободил руку.

— Боюсь, я не совсем понимаю вас, леди Сантэй. И меня уже ждут во дворце, — сказал он и попытался обойти девушку.

Но Мишель только с виду была фиалкой. Под красивым невинным личиком скрывалась настоящая змея.

Опять перегородив ректору дорогу, она наигранно сложила руки на груди.

— Я так рада, что тайное свидание леди Свон и декана Прута не стало поводом для её исключения. Она очень хорошая девушка, Фердинанд, просто всё ещё влюблена в бывшего жениха, — невинным голосом произнесла Мишель.

Казалось бы, всё так же мило и невинно, но она сказала это так, чтобы эхо прокатилось по столовой, заглушая шепот и наверняка привлекая внимание.

И снова это сработало.

Девушки навострили уши, а до ректора наконец дошло.

Дошло, что мелкие придворные шалости иногда бывают не такими уж мелкими.

Благодаря шоку от того, что Рамон оказался предателем, все забыли обо мне и Николасе.

Все — но не злобная фиалка.

Смерив свою фаворитку совсем не ласковым взглядом, Фердинанд вопросительно вскинул бровь.

Однако даже это не заставило её отступить или замолчать.

— Простите, мне не стоило вмешиваться, — наигранно произнесла она и покосилась на меня.

Даже показательно покраснела, изображая смущение.

— Просто после того случая с платьем… я думала, лорд Николас тоже осознал свои чувства к леди Свон. Он так на неё смотрел… Я решила, что им нужен один разговор. Но когда леди Юлианна буквально кинулась в его объятия, поняла, что совершила ошибку. Я не думала, что всё будет так. Решила постоять в стороне, пока они поговорят, все приличия будут соблюдены, а они… Простите, — пыталась изображать шёпот, но говорила так, что голос разносился по залу.

Если кто-то ещё был не в курсе вчерашнего происшествия с Николасом — теперь в курсе были все.

Ох, зря Мишель ломает свои вёсла о подводную лодку.

По какой-то причине она решила, что позор заставит Фердинанда тут же меня выгнать. Может, собиралась сама стать его ассистенткой — что вполне соответствует плану Рамона.

Наивная или глупая, она всё ещё не поняла, что я тут совсем не по собственной воле.

Зато взгляд принца на фиалку был просто бальзамом на мою рану.

Чудище смерил её таким взглядом, от которого хотелось упасть на колени и молить о пощаде.

— Лорд Николас унёс леди Свон в кабинет, где в то время ждал его я. Свидетелем разговора стали не вы, а я, леди Сантэй. Приличия были соблюдены. Я благодарен за то, что вы так печетесь о чужих чувствах и нормах поведения. Но впредь не пытайтесь организовывать тайные свидания моих финалисток, — строго произнес он.

Освободив свою руку из новой хватки ошарашенной фиалки, Фердинанд, казалось, собирался уйти.

Собирался… но потом наткнулся на мой почти довольный взгляд — и остановился.

— Ещё одна подобная вольность и из Отбора вы отправитесь домой вместе с осчастливлённой вами девушкой. Моя жена должна знать, когда стоит помочь, а когда – промолчать, — отчеканил он.

Я едва подавила улыбку, видя, как перекосило девушку. Уж выговора она точно не ждала.

В глазах заблестели слёзы, нижняя губа задрожала, как у обиженного ребёнка, а потом она тихо всхлипнула.

Не улыбнуться было крайне сложно — особенно когда принц покинул столовую, а вокруг Мишель образовался круг сочувствующего осуждения.

Вот теперь это были не показательные всхлипы и слезы.

До интриганки дошло, что сегодняшний выпад не остался незамеченным и сыграл не против меня, а против неё самой.

Да и взгляд Фердинанда…

Впервые он смотрел на неё не с нежностью и заботой, а с плохо скрываемым неодобрением и злостью.

От таких резких перемен, внутри меня триумфально захихикала маленькая мстительная ведьма.

— Что ж… на таком отборе можно и задержаться, — пролепетала я себе под нос, а потом быстро покинула зал.

Остаток дня прошёл до неприличия спокойно.

Принц, как и планировал ранее, отлучился во дворец.

Девушки сплетничали о том, как осадили одну из фавориток, и выдвигали версии, кто мог быть протеже Рамона. А я наслаждалась тишиной.

Все были слишком заняты, и никому не было дела до какой-то там ассистентки.

Даже змея-фиалка уползла в свою нору — ни на обед, ни на ужин не спускалась.