Он замер, недоумевающе прищурился, когда моя рука сама собой потянулась к ожогу.

— Она дала мне работу, — взорвался он и ударил правым кулаком в стену около моего лица.

Я даже не моргнула — стояла и смотрела на соседа, которого видела словно впервые. Майло не был убийцей, хоть и легко приходил в бешенство. Знала бы его ближе, этого разговора можно было избежать.

— Мы с ней хотели изменить мир к лучшему, а теперь я остался один.

— Каким образом?

— Саммер разоблачала мошенников, приторговывающих поддельными оберегами и зельями. И помогал ей в этом я.

— Она приносила тебе их?

— Да, или люди. Приносили неисправные игрушки, купленные с рук. Саммер пыталась доказать, что ограбления в городе — дело рук мошенников, сбывающих именно эти подделки наивным людям. Они не могут отличить настоящий оберег от дешёвки. И когда дело пошло в гору, эти, с позволения сказать, кудесники замахнулись на охранную сигнализацию. Людская жадность преобладает над разумом. Из-за незначительной разницы в цене они покупают безделицы, а мошенники проникают в их жилища и обчищают. А всё потому, что настоящие, заговоренные обереги стоят чуть дороже!

— Так вот откуда в её доме столько барахла….

Мне стало ясно, почему охранная сигнализация — единственное волшебное средство, способное остановить рагмарров. Как рагмарр может убить рагмарра, так и воздействовать на него можно его же магией. Её изготавливал и устанавливал Майло. Гениально!

— И что вы делали? Как обличали негодяев?

— Мелкие сошки быстро кололись. Но те, что сейчас промышляют в городе, хорошо поставили дело. Их магазинчик переезжает с места на место и постоянно меняет название. Он может быть где угодно. Они притаились около одного из домов и выносят золото и другие ценные вещи. Потому что Саммер больше нет.

— А как же булочная?

— Всего лишь прикрытие.

Я внимательно посмотрела на Майло. Чем дольше он отвечал мне прямым взглядом, тем заметнее в нём стихала магия. Тьма и гнев ускользали, дышать стало легче, и кожа не плавилась от его силы.

Он медленно отпустил руку и разжал пальцы, сквозь которые мгновение назад вырывались языки магического пламени. Смутившись, Майло отвернулся и шагнул прочь от меня.

— Майло, — тихо позвала я, и сосед посмотрел на меня через плечо. — Расскажи мне. Кеннет, Бишоу и Калеб вместе с вами разоблачали шарлатанов?

Он мотнул головой.

— Нет. Не имею понятия, чем они занимались.

— Когда ты был в детском доме, они подыскивали детям семьи.

— Что-то припоминаю, — Майло нахмурился.

— Почему тебе не нашли?

— Я сам не хотел, был слишком привязан к Саммер. Она заменила мне мать.

— Я думала… Она же ненамного тебя старше?

— Разница в возрасте незначительная, но наши отношения не имели романтического характера. И предугадывая твой дальнейший вопрос, отвечу — у неё не было мужчины. Она целиком и полностью отдавалась нашему общему делу.

— Как же так⁈ — я прошла к стулу и опустилась на него. В стене темнела обгорелая вмятина, стол вместе с чаем вылетел в окно, из которого в комнату задувал прохладный ночной ветер. — Где связь между их смертями?

Майло бесцельно бродил по комнате, несколько раз измерил её широкими шагами, а потом остановился напротив меня с задумчивым видом.

— Ты никому не расскажешь про меня?

— И в мыслях не было, Майло. Ты поможешь разыскать мошенников, чистящих дома?

— Конечно.

— Я постараюсь посодействовать, чтобы тебя взяли на подмогу жандармам. Тогда ты не останешься без дела, Майло. Но мне нужны ответы на вопросы, которые ты, вероятно, знаешь. Откуда у тебя зелья? Вивиан продаёт?

— Я несколько раз ходил с Саммер в ее лавку, а потом один стал захаживать. И Вивиан спокойно продавала мне их, хотя я понимаю — они запрещённые.

— Что ты говоришь… — задумчиво произнесла я. — А она не имела отношения к детским домам?

— Мы росли вместе. Понятия не имею, удочерили её или нет, ведь я покинул приют задолго до того, как он сгорел.

— Сгорел? — переспросила я, чувствуя, что по спине пробежал холодок. — Я слышала, что его просто бросили.

— Нет, там произошёл несчастный случай. Я — не единственный ребёнок, рожденный от рагмарра. Нас таких было много. Не каждый способен подавить в себе магию.

— Значит, сгорел? Ты уверен?

— Да, абсолютно уверен. А кто тебе сказал, что его бросили?

— Да так. Я уже и не помню, — а про себя подумала: какая же я дура, что не просмотрела личные дела каждого ребёнка из детского дома!

— Странно, — пробормотал Майло.

— Как думаешь, Вивиан могла быть рождена от рагмарра?

— Я не задумывался. По крайней мере, никогда не замечал за ней ничего, характерного тёмным.

— Ясно, — вздохнула я. — Я наткнулась в приюте на инициалы «М. Б.», вырезанные на спинке кровати….

Он нахмурился, пробежался недоумевающим взором по комнате.

— Не припоминаю, чтобы оставлял их. Меня часто переселяли из спальни в спальню из-за горячего нрава, — он невесело усмехнулся.

— Думаю, мне пора, Майло, — улыбнувшись, проговорила я и поднялась со стула. — Надо ещё кое-что успеть сделать сегодня.

— Наведаться к другому подозреваемому? — он тихо рассмеялся, но улыбка до глаз не дошла.

Я посмотрела на него.

— Да. Я с самого начала собиралась туда, но решила проведать тебя. Спасибо. Ты мне очень помог, Майло.

Когда выходила из дома Майло, затрещал браслет связи.

Напряженно вглядываясь в ночную улицу, я зажала его ладонью — только бы никто не услышал! Том мог оказаться поблизости.

Перебежав дорогу и добравшись до кареты, я достала руку с браслетом из кармана. Из динамика донёсся встревоженный голос Джоша:

— Эшли, звонил Стэнли. Он составил списки, и оказалось, Вивиан Моррис никогда не работала с детскими домами. После выхода из приюта, она открыла собственную лавку.

— Я знаю, Джош. Она приторговывала запрещёнными зельями.

— Откуда ты….

— Только что рассказал Майло, — буднично сказала я, заводя двигатели и отъезжая от обочины.

— Какого чёрта, Эшли⁈ — взревел он так, что пришлось убрать устройство от уха. — Стэнли велел сразу ехать к Вивиан, не трогать Майло!

— Знаешь, о чём я подумала, Джош? — игнорируя его вопли, рассуждала вслух. — Детям давали имена работники детского дома. Что, если был ещё один М. Б.? Но сейчас его зовут совершенно по-другому? И я не обратила внимания на инициалы, потому что попросту не знаю их? Приёмные родители могли дать ребёнку другое имя.

— Значит, придётся пройтись по всему списку, — сменил гнев на милость Джош и тяжело вздохнул. — А как же Вивиан?

— Сейчас еду к ней. И ещё. Детский дом сгорел. Никто его не бросал.

— Чёрт. Там могли погибнуть люди.

— Почему Стэнли не упомянул об этом?

— Он упомянул бы, если бы были сведения о пожаре.

— Выходит, их нет?

— Похоже на то. Я поговорю с ним снова, а ты будь осторожнее. Отбой.

— Отбой, — вздохнула я и встряхнула рукой, отключая связь.

Сейчас уговорю Лорелею оказать мне помощь и покачу в тёмный, кишащий фантомами, лес допрашивать ведьму. Какой насыщенный вечер выдался!

К закату я не успела — Лорелея уже скользила между столиками в таверне. Изящной походкой обходила посетителей, которые бросали ей вслед восхищённые взгляды.

В этот поздний час заведение было до краев наполнено весёлым людом, так что я с трудом протолкнулась в зал.

Запах табака и алкоголя сбили мои обонятельные настройки, но через пару минут я привыкла к характерной для таверны атмосфере. Музыка, громкий смех и звон бьющихся бокалов и бутылок.

Белокурая девушка с невероятными глазами никак не вписывалась в местный антураж, но чувствовала себя, как рыба в воде.

Нагнав Лорелею, я коснулась её локтя. Русалка обернулась, одарив меня обворожительной улыбкой.

— Привет, Эшли! Я успела соскучиться по тебе.

— Я тоже, моя дорогая, — улыбнувшись, я потянула её на себя. — Мне необходима твоя помощь. Срочно.