— А как на счёт Бишоу, Кеннета и Калеба? — напомнила я.

Джош замер и перевёл взгляд на Стэнли. Фамильяр изогнул бровь, да и только.

— Список магов, работавших с детским домом, будет у вас через несколько часов. А пока я над ним работаю, вы можете навестить Вивиан Моррис.

— А… — я открыла рот, чтобы возразить, но Стэнли остановил меня жестом руки.

— А Майло подождёт. Будет лучше, если мы всё выясним прежде, чем он догадается о нашей осведомлённости и начнёт действовать. У вас несколько часов. Постарайтесь уложиться до утра.

Мне пришлось сесть за рычаги кареты Джоша и довезти его до моего дома. Он остался с Мишель и Моникой на тот случай, если угроза вновь нависнет над домом. А сама отправилась в таверну — настал момент, когда помощь Лорелеи была мне крайне необходима.

Проезжая по проспекту, я смотрела на дорогу, не отвлекаясь на посторонние звуки и прохожих. Но всё-таки кое-что заставило посмотреть в сторону, а именно — безмолвное моргание сигнальных огней жандармских карет.

Перед домом из белого камня с пристроенным гаражом мелькали служители закона. Один из них натягивал оградительную жёлтую ленту, а ещё двое сновали по территории.

За забором столпились прохожие — чужое горе всегда притягивает взоры. Куда бы люди ни направлялись, какие бы дела их ни занимали, жёлтая лента и мигалки гораздо занимательнее. Потом будет, о чём поболтать с соседями и коллегами.

Двое жандармов сдерживали толпу, не подпуская к подъездной дорожке, пока их товарищ натягивал ленту. Известно, что любопытство не отбить тонким куском ткани, но раз так положено — надо делать.

Я припарковалась у обочины и заглушила двигатели. Лента, окольцовывающая дом, колыхалась на ветру, и она меня тоже заинтриговала. Раньше, чтобы понять — отмечено здание тёмной магией смерти или нет, мне требовалось приблизиться к нему. А теперь я могла ощутить это, не выходя из кареты. В чудесном доме из белого камня никто не умирал. В таком случае, что здесь забыли Лукас и Брейнт?

Пока шла к забору, я думала, что если бы была хоть немого умнее, то проехала мимо. Но нет, меня несли ноги быстрее, чем мозг успевал обрабатывать информацию. На волне любопытства немало глупостей совершенно мною за всю жизнь, но разве понимание этого хоть раз останавливало?

Нет, конечно. Поэтому я энергично преодолела толпу зевак, растолкала жандармов, у которых от моей наглости и целеустремленности поползли глаза на лоб, а языки прилипли к нёбу, и направилась к Лукасу. Мелькнула мысль: нет ли здесь Бена, и взгляд уже выхватывал лица, вглядывался в силуэты. Нет, его здесь нет. К счастью.

Брейнт раздавал указания горстке экспертов в белых перчатках, и меня он не имел счастья заметить. А Лукас, напротив, повесил на лицо вежливо-удивлённое выражение.

Он и не подозревал, что за мгновение на нём отразились все истинные чувства сразу — от приятной неожиданности до печали. И я их видела. Вежливо улыбаясь, остановилась перед ним и спрятала руки в карманы плаща.

— Привет.

— Привет, — эхом повторил он, осторожно рассматривая меня.

Лукас хотел улыбнуться в ответ, но задетые чувства не позволили проявить слабость. Я же легкомысленно улыбалась. Мне больше не было его жаль, больше не вызывали трепета глаза, а при виде печально-холодного выражения лица не появлялось мысли подойти и поцеловать в щеку. Частичка меня, любившая его, умерла.

— Проезжала мимо и увидела….

— Сигнальные огни, — усмехнулся он.

Моя улыбка скисла. Если во мне больше не теплились чувства к нему, это не означало, что в душе Лукаса они тоже угасли.

Он успел изучить мои привычки. Хотелось подстегнуть и отметить его прозорливость, но насмешка застряла в горле. Нет, я не настолько чёрствая и жестокая, чтобы издеваться над человеком, с которым провела чудесное время.

И не могу сказать, что мне было плохо с ним. Я тоже помнила. То, как он поправлял манжеты рубашки, когда ему неловко смотреть в глаза, то, как смотрел вдаль, когда хотел подшутить, наравне с привычкой загибать уголки страниц в книге, вместо закладки, чтобы не забыть, на каком месте остановился читать.

Или как накручивал спагетти на вилку и не любил поджарки на пирогах. Память — штука непростая. За один день не забываются особенности и ставшие привычными и родными повадки человека, с которым пережито несколько лет в близких отношениях. Чёрт, нужно говорить о чём-то, или во мне проснётся совесть….

— Да. Что-то случилось?

— Очередное ограбление. Пришлось подключиться, — он тоже перенастроился на деловой тон, щурясь на солнце. Этот взгляд, морщинки возле глаз — ещё пару дней назад я бы умилилась и растаяла. — В городе произошла серия краж, и жандармы не справляются. Приходится иногда приходить на выручку.

— Серия краж? — переспросила я. — Приблизительно неделю назад мы встречались при похожих обстоятельствах.

— Да. Оказывается, неделя может стать вечностью.

Поджав губы, Лукас посмотрел мне в глаза, намереваясь задеть или упрекнуть, но я ответила вежливой улыбкой.

— Вы уже выяснили, что объединяет все эти ограбления? В них есть что-то особенное?

— Во всех домах стояли поддельные охранные сигнализации магического происхождения.

— Любопытно. Выходит, почерк один и тот же. Всё, как неделю назад, а вы до сих пор не вычислили преступников?

— Я понадеялся, что ты можешь помочь мне с расследованием, — иронично предположил он, возведя глаза к небу. — Прольёшь свет на некоторые моменты и особенности жизни магов.

— Какие именно? — недоверчиво протянула я.

Лукас внимательно посмотрел на меня.

— Я подумал, может, кто-то из твоих знакомых мог бы промышлять этим. Нечестный знакомый.

То, как он произнёс последние слова, зацепило меня — надменно, свысока, холодно. Как же в тот миг Лукас, до противного, походил на Брейнта!

Внутри меня зашевелилась злость — и у Лукаса проявилась нелюбовь к магам, отрицание равенства в правах… Магоненавистник Брейнт презирал наш народ, что проявлялось во всём, что он делал и говорил. И, судя по всему, эта штука заразная. А, может, всему виной я?

— У меня нет таких знакомых, — так же холодно ответила я, посмотрев на него в упор. — Маги продают фальшивую магию? Это бессмыслица какая-то, Лукас.

Развернувшись на каблуках, я двинулась к карете, но он поймал меня за руку чуть выше локтя. Я остановилась, обернувшись через плечо, и мой взгляд Лукасу не понравился. Мне удалось его смутить.

Он, извиняясь, улыбнулся, но не сумел смягчить меня.

— Я не хотел….

— Хотел, — перебила я. — И у тебя получилось.

Одёрнув руку, быстрым шагом удалилась, чувствуя его колючий, уязвлённый взгляд между лопаток.

Сев за рычаги, отправилась на пирс. Солнце уже садилось, и через несколько минут Лорелея выйдет на сушу. Я ехала не просто повидаться с подругой — мне была необходима её помощь.

Стэнли сказал, что в лес Грейтхем можно войти, одолев фантомов, а они отступают лишь перед несвойственной им силой. Магия русалки им незнакома. Оставалось надеяться, что она согласится.

Джош томился в ожидании Тома у меня дома. Фамильяры ему в помощь! Да, Стэнли дал слово, что его пернатая армия в нашем, пусть не полном, но распоряжении. Стоило призвать, и на выручку прилетят все, кто находится поблизости. Пустячок, а приятно.

До заката оставалось минут двадцать, когда я подъезжала к пирсу. Почему я отправилась к Вивиан, когда подозреваемый ещё на свободе? Разве мы не должны его обезвредить, пока он не совершил очередное убийство? Что, если следующая жертва вовсе не Вивиан Моррис?

На последней мысли я резко развернула карету, благо дорога оказалась пустой, и вдавила педаль газа в пол. Джош будет рвать на голове волосы, Стэнли тоже вряд ли понравится, но я гнала карету обратно.

Придётся идти одной, но иных вариантов у меня нет.

Бросив карету на соседней улице, я прошла пешком до дома Майло и остановилась на углу. Звёздное ночное небо покрывалом застилало город. Я вглядывалась во тьму, но не замечала ничего подозрительного.