Хаос. В зале начался хаос. Слуги бросились к лорду-протектору с салфетками. Лиана рыдала, роняя крокодиловы слезы. Придворные перешептывались.

А я? Я с самым искренним сочувствием на лице взяла со стола свою расшитую золотом салфетку и протянула ее побагровевшему лорду.

— Какая неприятность, милорд, — сказала я своим самым сладким голосом. — Эта девушка так молода и так неопытна. Вам не стоит на нее сердиться. Хотя, боюсь, это пятно уже ничем не вывести. Красное вино, знаете ли, такая коварная вещь.

Я посмотрела на Лиану, которая продолжала свой спектакль.

— Не плачьте, дитя, — сказала я ей. — С кем не бывает. Просто в следующий раз будьте осторожнее. Особенно когда держите в руках то, что может испортить чужую репутацию. Или наряд.

Я произнесла это достаточно тихо, но так, чтобы слышали те, кто был рядом. Включая Эдвина.

И тут я встретилась с ним взглядом.

Он не смотрел ни на разъяренного лорда-протектора, ни на рыдающую Лиану. Он смотрел прямо на меня.

И в его золотых, как расплавленный металл, глазах не было ни гнева, ни насмешки. Там было что-то совершенно новое. Что-то, от чего у меня по спине пробежал ледяной холодок.

Это было понимание.

Он все видел. Он понял, что я сделала. Он понял, что это не было случайностью. Он разгадал мой маневр.

И в его взгляде, на одно короткое, страшное мгновение, мне показалось, я увидела… восхищение. Хищное, темное восхищение одного игрока, оценившего красивый ход другого.

Он понял, что я не просто безумная кукла. Я — игрок. Такой же, как и он.

И в этот момент я осознала, что моя игра стала намного, намного опаснее.

После фиаско с лордом-протектором во дворце на несколько дней воцарилась напряженная, выжидательная тишина. Эдвин больше не появлялся в моих покоях.

Лиана дель Артуа, зализав раны своему уязвленному самолюбию, тоже куда-то пропала. Но я не обманывалась. Это было не затишье. Это была тишина перед бурей. Я чувствовала это кожей, каждым нервным окончанием. Весь двор замер в ожидании: что же будет дальше? Какую еще выходку отчебучит сумасшедшая королева?

Я дала им то, чего они ждали.

Через неделю был объявлен ежегодный Осенний бал. Самое главное светское событие года. Повод для всех знатных семейств королевства выгулять свои лучшие наряды, продемонстрировать дочерей на выданье и сплести пару-тройку новых интриг. Для меня же это был идеальный шанс нанести следующий удар. Более громкий. Более скандальный.

Мой наряд был готов. Мадам Розетта, рыдая над попранным чувством прекрасного, но исправно получая мешки с золотом, сотворила очередной «шедевр» по моим безумным эскизам. Это было платье из того самого огненно-оранжевого бархата. Корсет был расшит черными бриллиантами, которые на оранжевом фоне выглядели как уродливые жуки. Но главной деталью были рукава. Вернее, их отсутствие. Вместо них с плеч ниспадали длинные, до самого пола, шлейфы из ядовито-зеленого шелка. Я была похожа на диковинную райскую птицу, которая сбежала из клетки и явно была не в себе.

Прическа была под стать. Башня из локонов, еще выше, чем в прошлый раз, украшенная не просто перьями, а целой композицией из засушенных экзотических цветов и веточек, которые я заказала у придворного ботаника за баснословные деньги. Я выглядела абсурдно. Я выглядела как вызов.

Когда я вошла в огромную бальную залу, музыка не смолкла. Но я почувствовала, как по залу пробежал шепоток, словно порыв ветра по полю сухой травы. Сотни глаз впились в меня. Я видела, как дамы в своих пастельных платьях брезгливо морщили носики. Видела, как мужчины смотрели на меня со смесью шока и похотливого любопытства. Я была пятном. Ярким, кричащим, неуместным пятном на этой благопристойной картине.

Я нашла глазами Эдвина. Он стоял на возвышении у тронов, как всегда одетый в черное, что делало его похожим на темного бога на фоне всей этой мишуры. Рядом с ним, разумеется, была Лиана. Сегодня она была в нежно-голубом платье, которое делало ее похожей на ангела. Они были идеальной парой. Свет и Тьма. Король и его будущая, правильная королева.

Они оба смотрели на меня. Лиана — с плохо скрытым злорадством. Она была уверена, что сегодня я окончательно себя похороню. А Эдвин… он смотрел иначе. Его золотые глаза были темными, непроницаемыми. Он ждал. Он наблюдал. Словно хищник, следящий за жертвой, которая сама идет в капкан.

Я одарила их самой лучезарной и фальшивой улыбкой, на которую была способна, и демонстративно отвернулась. Моей целью на сегодня был не король. Моей целью был кто-то другой.

Я обвела взглядом зал. Мне нужен был партнер для моего спектакля. Кто-то молодой, знатный, красивый и, желательно, не слишком умный. И я его нашла. Герцог Арман де Вальер. Юноша лет двадцати двух, с копной золотистых кудрей, мечтательными голубыми глазами и репутацией романтика и повесы. Он был баснословно богат, хорош собой и приходился дальним родственником какой-то враждебной Эдвину фракции при дворе. Идеальная кандидатура.

Он стоял в компании таких же молодых аристократов и с откровенным любопытством разглядывал меня. Я поймала его взгляд и слегка улыбнулась ему одними уголками губ. Этого было достаточно. Он тут же встрепенулся, что-то сказал своим друзьям и направился ко мне, лавируя между танцующими парами.

— Ваше величество, — он склонился в изящном поклоне, и его голубые глаза сияли восторгом. — Вы сегодня… ослепительны. Словно огненная саламандра, явившаяся в наш скучный мир.

Комплимент был напыщенным и глуповатым, но я оценила старание.

— Благодарю, герцог, — промурлыкала я. — Вы тоже весьма милы. Хотя, боюсь, на моем фоне вы рискуете выглядеть блекло.

Он рассмеялся. Смех у него был приятный, заразительный.

— Рядом с солнцем все звезды меркнут, ваше величество. Позвольте мне стать скромным спутником вашей планеты на этот вечер? Не окажете ли мне честь, выпив со мной бокал шампанского?

— Только если вы не будете называть меня планетой, герцог. Это заставляет меня чувствовать себя старой и массивной, — я кокетливо надула губки. — И да, я с удовольствием выпью с вами. Мне кажется, этот вечер обещает быть смертельно скучным, и я отчаянно нуждаюсь в интересном собеседнике.

Он просиял и тут же подхватил меня под руку, уводя к столам с напитками. Я бросила быстрый взгляд в сторону трона. Эдвин смотрел прямо на нас. Его пальцы сжимали подлокотник трона так, что костяшки побелели. Бинго.

Следующий час я посвятила исключительно герцогу де Вальеру. И, к моему удивлению, он оказался не таким уж и глупым, как я думала. Да, он был наивен и избалован, но он много путешествовал, читал книги и мог поддержать разговор не только о лошадях и охоте. Мы говорили о политике соседних государств (я использовала свои знания из реального мира, слегка замаскировав их под «слухи, дошедшие до меня»), обсуждали новые веяния в архитектуре и даже спорили о преимуществах разных пород боевых скакунов. Я смеялась его шуткам, касалась его руки «случайно» чаще, чем того требовали приличия, заглядывала ему в глаза, хлопая ресницами.

Я была в ударе. Я чувствовала себя настоящей актрисой. А самое главное — я чувствовала на себе его взгляд. Тяжелый, прожигающий, полный ярости взгляд моего мужа. Он не сводил с нас глаз. Температура вокруг него, казалось, упала на несколько градусов. Он был похож на вулкан, который вот-вот взорвется. И это придавало мне сил.

Конечно, Лиана не могла остаться в стороне. В какой-то момент она подошла к нам, изображая на своем ангельском личике самую искреннюю озабоченность.

— Ваше величество, — произнесла девушка. — Простите, что вмешиваюсь. Но не кажется ли вам, что вы… э-э-э… привлекаете слишком много внимания? Люди начинают перешептываться.

— Правда? — я удивленно захлопала ресницами. — Какая прелесть! Значит, мой новый наряд все-таки произвел фурор. Благодарю, что сообщили, леди Лиана. Вы такой внимательный друг.