Звягинцев закричал и обнаружил себя лежащим на груде тряпья.

— Уф, — пробормотал он, — это был сон.

Ангарет тоже проснулась и ткнула ему в бок кулаком.

— Вот только не надо орать как недорезанный поросенок, — прошипела она и снова уснула.

Сергей снова лежал, не в силах погрузиться в сон. Вой снаружи продолжался, но Звягинцев постепенно привык к нему и наконец-то рухнул в объятия Морфея. На этот раз проспал до самого утра без сновидений.

— Вставай, лежебока, пора в путь, — грубо разбудила Сергея Ангарет тычком локтя в бок.

Снаружи было уже светло. Жуткий вой прекратился. Лес теперь не выглядел таким ужасным, и попаданец снова шагал за отшельницей по узким лесным тропам, временами продираясь через колючие кустарники.

— Ну вот мы и пришли, — сказала вдруг Ангарет.

— Пришли? — удивился Сергей, осматривая деревья и бегущий между ними ручей.

— Что, не узнаешь эти места? Ну… это уж твоя забота. А мне пора.

И она резко исчезла в чаще леса.

— Ангарет! — закричал Сергей ей вслед, но молчание ему было ответом.

Звягинцев хотел было побежать за ней, но быстро понял, что уже ее не найдет, а только заблудиться в лесу: лучше идти по реке, так можно куда-нибудь выйти. «Куда-нибудь» он вышел. А точнее, к тому самому мосту, где его оставили сестры.

Звягинцев хотел было пойти посмотреть, что твориться в деревне, но тут его кто-то окликнул:

— Сергей!

Это оказалась девушка в черном балахоне.

— Мы давно тебя ждем, уже хотели уезжать, — сказала она, — тебе повезло, пойдем.

Они вышли на небольшую дорожку, где уже стояла запряженная лошадьми кибитка.

— И как успехи? — спросила одна из сидевших в ней сестер.

— Ну… в деревне он, судя по всему, шороху навел, — ответила за него провожатая, — а что в других районах… — она вопросительно посмотрела на Звягинцева.

— Я еще хотел распылить где-нибудь этот порошок, — ответил тот, демонстрируя полученный от Ангарет мешочек.

— Что это? Пыльца черноклена⁈ — удивленно воскликнула та, принюхиваясь.

— Да, Ангарет сказала, что это пыльца черноклена.

— Невероятно. Кто такая эта Ангарет?

— Отшельница местная, — ответил Сергей.

— Я бы не советовала связываться с отшельницами. Но то, что она тебе дала этот порошок, это хорошо, — сказала сестра, забирая у Звягинцева мешочек.

— Почему не стоит с ними связываться?

— Да потому, что они с демонами якшаются. И вообще, себе на уме. Но то, что у нас теперь есть пыльца черноклена — это хорошо. Очень хорошо.

— Я хотел распылить порошок в этой деревне, — сказал Сергей, заметив, что они движутся.

— В этой? — она неопределенно махнула рукой, — не стоит. Надо в Клезбурге распылить. Но это потом. Сначала мы приедем в Храм и ты доложишь Великой Матери о том, что удалось сделать.

Дорога оказалась, как и в прошлый раз, довольно длинной, приехали они только к вечеру, но Великая Мать сразу приняла Сергея, на этот раз в довольно большом зале, с круглым столом посередине. Вместе с ней здесь так же была Миранда и еще женщина с длинной черной косой в синем платье, из какого-то плотного материала, которое больше походило на плащ. Велика мать была в своем неизменном белом одеянии, а Миранда в красном балахоне.

— Рассказывай, — велела Великая мать, кивая в сторону свободного стула за круглым столом.

Тот спокойно, вдумчиво, стараясь не концентрироваться на мелочах, но и не упуская важного, поведал сестрам о своих приключениях.

— Он становиться опасен, — сказала та, что в синем платье, — предлагаю его казнить. Тем более, вы уже умеете пользоваться артефактом, Великая Мать.

От неожиданности Звягинцев даже вздрогнул и вытаращил на нее испуганные глаза.

— Нет, Гвиневра, он нам еще пригодиться, — мягко ответила Великая Мать.

— И он не опасен, — поспешила заступиться за Сергея Миранда, — я лично наложила на него ограничивающее заклятие.

— Э… а ничего что я здесь? — пробормотал Сергей.

— Заткнись, тебя не спрашивают, — огрызнулась на него Гвиневра, а потом посмотрела на Миранду и сказала:

— Ну и что? Его можно снять. Ты никогда не была хорошей чародейкой. В школе магов я всегда тебя обгоняла по успеваемости.

От той так и полыхнуло ненавистью. Сергей, как маг, сразу это почувствовал.

— Молчи, недоучка. Твоя магия всегда была посредственной, а пятерки тебе ставили, потому, что ты трахалась с преподом, — ответила Миранда, и по ее лицу было видно, что она едва сдерживает гнев.

— Вы бы еще в волосы друг другу вцепились, — голос Великой Матери разрезал пространство, словно ледяной клинок. В её тоне не было гнева, лишь бесконечный, вымораживающий холод. — Уймитесь. Вы — Великие Сестры, а ведете себя как уличные девки, не поделившие медяк. Держите себя в руках. Соответствуйте своему статусу, если еще помните, что он значит.

«Господи, ну и серпентарий… Нужно убираться отсюда, пока они не перегрызли друг другу глотки, а заодно и мою», — опрометчиво подумал Сергей.

В ту же секунду он почувствовал, как в его висок, словно тонкая ледяная игла в воск, вошел мягкий, но властный толчок темной энергии. Это не была атака, скорее — бесцеремонное предупреждение. Великая Мать медленно повернула голову. Её взгляд, тяжелый и пронзительный, замер на Сергее.

— А ты, я надеюсь, понимаешь, что глупости — это слишком дорогая роскошь, которую ты не можешь себе позволить? — спросила она. Голос звучал обманчиво спокойно, но в глубине её глаз, подернутых серой дымкой, плескалась холодная сталь.

Сергей замер, боясь даже вздохнуть. Спустя несколько мучительных секунд давление исчезло.

— Впрочем, ты хорошо поработал, — добавила она, и в её интонации промелькнуло нечто похожее на одобрение.

— Если честно, результат далек от идеала, — подал голос Звягинцев, стараясь, чтобы его слова звучали уверенно, несмотря на сжимающийся от страха узел в животе. — Я действовал вслепую. Сплошная импровизация, ни одного просчитанного шага… Вы не оставили мне времени даже на то, чтобы составить план.

— И тем не менее, твои успехи в деревне… впечатляют, — Великая Мать слегка прищурилась, словно заново оценивая его потенциал. — Пыльца черноклена — ресурс редчайший и баснословно дорогой. Признаться, я удивлена, что старая отшельница рассталась с таким сокровищем ради тебя. Но этого мало, Сергей. Нам нужно больше. Гораздо больше, чем то, что ты принес в кулачке.

Она ненадолго задумалась и потом продолжила:

— Мы сделаем так. Я пошлю кого-нибудь из сестер в Клезбург, распылить черноклен. А ты будешь нас троих учить… своим наукам. Тем, что хранятся в твоем… артефакте… компьютере. Гвиневра, распорядись и возвращайся сюда.

Она ушла, но вскоре вернулась в сопровождении двух сестер, которые несли компьютер.

— Я отправила в город сестру Иорду, — доложила Гвиневра, пока сестры устанавливали оборудование.

Когда они закончили, тихо удалились, Сергей потянулся к кнопке, чтобы включать.

— Нет! Я сама, — сказала Великая Мать, — я уже это умею.

И она включила компьютер. «Ну вот, скоро они от меня избавятся», — грустно подумал Звягинцев, наблюдая, как Великая Мать начала открывать различные файлы.

— Сестры! — сказала она, — я выучила их язык, — Великая Мать кивнула в сторону Сергея, — вы тоже сможете его выучить.

— Тогда зачем нам нужен он? — спросила Гвиневра, презрительно разглядывая попаданца.

— Потому что с ним обучение пойдет быстрее, — сказала Великая Мать, посмотрев на Звягинцева? — давай, Сергей, учи нас.

— А потом вы меня убьете? Когда все выучите?

— О нет. Убивать такого умного человека, да еще и мага — большое расточительство. Да, не все сестры готовы принять тебя, — она укоризненно посмотрела на Гвиневру, — но никто не посмеет ослушаться Великую Мать! И я гарантирую, что пока ты нам полезен, ты будешь жить.

«Пожалуй, в течение нескольких лет меня точно не убьют, — подумал Сергей, прикидывая хранящийся на компьютере объем знаний, — Но все равно, надо тянуть время».