Флот Эйвери против французских купцов

Ставший пиратским, корабль взял курс на острова Зеленого мыса и по пути забрал по праву сильнейшего провиант с трех английских кораблей. Далее пираты захватили два датских судна, но их первая добыча не впечатляет: всего по 8 унций золота на человека. Еще несколько мелких приобретений, и вот уже «Фенси», минуя мыс Доброй Надежды, заходит на один из Коморских островов. Вскоре сюда же пришло французское пиратское судно с добычей, взятой в Красном море. Эйвери, не забывая, что Англия находится в состоянии войны с Францией, захватывает его. Теперь добыча принадлежит капитану, после чего Эйвери благополучно забыл о войне и нанял французов в свою команду. Перед тем как плыть дальше, Генри написал открытое объяснительное письмо своим соотечественникам и попросил местного вождя вручить его англичанам, когда те здесь появятся.

Теперь «Фенси» держал курс к Красному морю, где пираты намеревались поджидать Кофейный флот Великого Могола. По пути к Эйвери присоединились два пиратских корабля из американских колоний; еще два судна пополнили его флот уже в Красном море. Вскоре появились Кофейный флот, но лишь два корабля становятся добычей пиратов, остальным удалось ускользнуть под покровом ночи.

На просторах Индийского океана

Добыча на этот раз превзошла самые смелые ожидания пиратов. Один из захваченных кораблей, «Ганг-и-Саваи», оказался крупнейшим во всем флоте Великого Могола. Корабль был хорошо вооружен: 62 пушки крупного калибра, четыре сотни мушкетеров и других солдат. Схватка продолжалась два часа, обе стороны несли тяжелые потери, но в конце концов пираты взяли верх в абордажном бою.

Индийский историк Хафи Хан обвиняет капитана «Ганга» Ибрагима Хана в поражении.

«Англичане не столь блестяще владеют саблями, – пишет он, – и при явном нашем преимуществе в вооружении мы обязаны были их разгромить, будь сопротивление организовано должным образом».

Историк сообщает, что, когда пираты прорвались на палубу «Ганга», Ибрагим Хан бросился в трюм, где держал молодых турчанок, взятых им в Мекке, надел на девушек тюрбаны и велел им сражаться. Разумеется, участие в схватке таких «воинов» не решило исхода битвы. Англичане, захватив корабль, убили немало мужчин и не упустили возможности изнасиловать женщин – не важно, были они молоды или стары. Затем они оставили «Ганг», забрав с собой почти всех женщин. Несколько знатных дам бросились в море, другие сами закололи себя оружием англичан. Среди знатных дам, на которых польстились необузданные пираты, находилась престарелая родственница индусского владыки, возвращавшаяся из Мекки. По-видимому, она-то и послужила анонимному автору «Удачливого пирата» прототипом, «прекрасной принцессы».

Члены команды «Фенси» впоследствии не отрицали, что англичане пытали мужчин, заставляя отдавать спрятанные на борту судна сокровища, которых оказалось великое множество, насиловали пленниц. Добычу делили на французском острове Реюньон: каждый пират получил около 1 тысячи фунтов наличными и некоторое количество драгоценных камней в придачу. Сделав дело, пираты после некоторых споров согласились с предложением предводителя идти на Багамы, где они могли рассчитывать на радушный прием. Итак, «Мадагаскарское королевство» капитана Эйвери, скорее всего, такой же миф, как и его «прекрасная принцесса».

Прежде чем появиться на Багамах, осторожный капитан зашел на остров Св. Томаса. И не зря: оказалось, что на Багамах теперь другой губернатор, Николас Тротт. Эйвери написал письмо, выразив надежду, что новый губернатор отнесется к нему столь же благосклонно, как и его предшественники. Разумеется, подразумевался взаимный интерес.

Тротт принял предложение без оговорок. Но при подходе к порту Провиденс «Фенси» попал в сильный шторм, был выброшен на берег и полностью разбит. По совету Тротта пираты сняли со своего корабля пушки, которые затем установили на берегу для защиты гавани.

Обосновавшись на Багамах и зная, что Ост-Индская компания не оставит без последствий их «подвиги» в Красном море, Эйвери и его команда стали искать возможность получить королевское прощение. В этом им мог помочь губернатор Ямайки, имевший влияние при дворе. Пираты обратились к нему с просьбой, предлагая хороший гонорар за содействие, но тот, не поддавшись соблазну, отказался.

Тем временем Ост-Индская компания, находясь в очень сложных отношениях с индийскими властями из-за действий английских пиратов, умоляла британское правительство принять ответные меры. Правительство издало указ о награде в 500 фунтов за голову каждого члена шайки Эйвери, а компания эту награду удвоила.

Не получив поддержки губернатора Ямайки, пираты покинули своего капитана и рассеялись: одни перебрались на американский материк, другие – на соседние острова Вест-Индии. Часть команды, купив два шлюпа, отплыла в Англию. Капитаном одного из шлюпов был сам Эйвери, но теперь его звали Бриджменом. Оба судна благополучно пересекли океан и в июне 1696 года добрались до Ирландии. Здесь, при разгрузке своей добычи, они вызвали подозрение местного шерифа. Один из пиратов, Филип Миддлтон, был арестован. Спустя три месяца, в Лондоне, он дал пространные показания против своих бывших товарищей по ремеслу. Другой пират из команды Эйвери, Джон Ден, благополучно добравшись до Англии, был выдан полиции одной девицей, которая пришла в негодование от скупости своего клиента, хотя у того, как она сумела заметить, денег было больше, чем полагалось иметь простолюдину. Ден дал показания, которые подтвердили достоверность информации Миддлтона.

До конца года были арестованы еще несколько бывших людей Эйвери, и свидетельств о жестоких похождениях удачливого пирата прибавилось. Кроме того, показания пойманных преступников указывали на широкое потворство со стороны губернаторов американских колоний, что также не осталось без последствий.

Из двадцати четырех осужденных шестерых повесили, а остальных отправили на плантации в Виргинию. Самого Эйвери так и не нашли. По свидетельству Дена, капитан из Ирландии отправился в Шотландию, но собирался потом перебраться в Девоншир.

Конец действительной истории Архипирата остается загадкой. После ареста своих бывших товарищей он вряд ли продолжал называть себя Бриджменом, а раз так, то хроника его дальнейшей жизни скорее всего никогда не станет известной. Можно предположить, что Эйвери благополучно окончил свои дни в Англии и даже посещал Лондонский театр, где любовался пьесой «Удачливый пират».

Пираты являлись не только грабителями, но иногда, «по совместительству», и путешественниками, открывателями новых земель. Жизнь заставляла. Многие из них попали на страницы энциклопедий и справочников и ныне предстают перед нами весьма уважаемыми людьми. Впрочем, некоторые из них отнюдь не кровожадны. Кое-кто на склоне лет отходил от разбойного промысла, покупал себе дворянские титулы и поступал на королевскую службу. Такой неоднозначной фигурой, например, являлся прославленный Фрэнсис Дрейк. Именем этого пирата-путешественника даже назван пролив на южной оконечности Южной Америки.

XVI век ознаменовался прославленными путешествиями целой плеяды знаменитых английских капитанов. Фробишер и Хокинс, Рэйли и Девис, Дрейк и много других блестящих мореходов бороздили волны Северной Атлантики и Карибского бассейна, Индийского океана и Полинезии. Увы, эта пора являлась одновременно и эпохой расцвета пиратского промысла. Поэтому все перечисленные здесь капитаны прославились в первую очередь как «джентльмены удачи».