Коварство пиратов соседствовало с хитростью. Самой удобной их добычей являлись женщины, неспособные оказать сопротивление. Упомянем случай, когда несколько разбойников остались на берегу, в то время как основные силы ушли. Переодевшись в платье своих жертв и прикрыв лица шляпами, которые носили крестьяне, они залезли в каноэ и поплыли вниз по реке. Пираты громко звали женщин на сандонском наречии, обещая отвезти их в безопасное место.

Во многих случаях коварная уловка срабатывала. Перепуганные женщины с детьми на руках бежали к пиратским каноэ, и головы несчастных падали к ногам кровожадных убийц.

Малайские девушки

Среди саребасов находился старый жестокий головорез-малаец по имени Данг-Донг. Он носил одежду даяков и использовал их обычай охотиться за черепами. Однажды, когда его банда грабила хижины крестьян, Данг-Донг заметил юную красавицу, пытавшуюся убежать в джунгли. Он бросился за ней, но поскольку, копье с тяжелым железным наконечником мешало ему, Данг-Донг воткнул его в землю, решив забрать на обратном пути. Пират быстро догнал девушку, схватил ее и, держа пронзительно визжавшую жертву на руках, вернулся к тому месту, где оставил копье. Но копья там не оказалось. Тогда он поспешил с добычей к своему судну, но тут же был пронзен в шею собственным же копьем, брошенным отцом жертвы.

После возвращения из Англии Брук немедленно собрал флот, который был полностью готов к походу против пиратов 24 июля 1849 года. В его состав входили британский бриг «Роялист», принадлежавший Ост-Индской компании, пароход «Немезида» с гичкой и баркасом, военный корабль «Альбатрос», а также несколько катеров, плавучая база «Рани» и три шлюпки с «Немезиды». Сам раджа Саравака, Джеймс Брук, отправился в поход на самой большой малайской прау «Король львов», команда которой состояла из семидесяти воинов и гребцов, а также у него имелись семнадцать прау меньшего размера. К радже присоединились и местные князьки, так что туземные силы в целом составляли семьдесят боевых прау с тремя с половиной тысячами воинов. «Немезида» буксировал все лодки к устью реки, за ним следовали туземные суда.

Захваченный пленник рассказал, что большой флот саребасов вышел в море за несколько часов до появления сил раджи Брука. Раджа решил устроить засаду и ждать возвращения неприятеля.

Раджа Брук со своим флотом караулил свою жертву трое суток, собирая подробные сведения о неприятеле. Стало известно, что у того имеется сто пятьдесят прау, на борту которых есть мушкеты и даже латунные пушки. На каждом прау находились от тридцати до семидесяти воинов. Разведчики сообщили, что пираты совершают грабительские набеги на берега северных рек и, среди прочего, разграбили и подожгли два торговых судна из Сингапура.

Наконец пришло известие, что пираты, прослышав, что белый раджа охотится за ними, спешат домой, не подозревая о ждущей их засаде. 31 июля, под вечер, пришло судно-разведчик, принесшее долгожданную весть о приближении пиратского флота. Через полчаса выпущенная ракета известила, что вражеская флотилия уже близко, и вскоре уже различался плеск весел, хотя сами суда еще не появились в поле зрения.

Когда пираты заметили пароход, то, осознав грозящую им опасность, ударили в гонг, что означало приказ главарям собраться на совет. Звуки гонга, взорвавшие тишину, смолкли, и в черной бездне тропической ночи воцарилось безмолвие. Вдруг грянул пронзительный боевой клич. И своим, и чужим стало ясно, что пираты решили принять бой.

Но врагам уже расставили ловушки. Катера и малайские прау выстроились большим полукругом, посреди которого находилось устье реки Саребас, куда и направлялся неприятельский флот.

Когда головная пиратская прау натолкнулась на них, раздался ружейный залп, посеявший панику. Пираты устроили беспорядочную пальбу. Вскоре восемьдесят неприятельских судов наскочили на мель, остальные устремились в открытое море.

Переполох и неразбериха, вызванные стрельбой, яркими вспышками залпов, голубыми огнями, зажженными на военных катерах, дабы отличать своих от врагов, ослепительный свет ракет, взлетающих в небо, пронзительные боевые кличи – все это составляло устрашающее и в то же время великолепное зрелище, усиленное темнотой и тем, что поле битвы занимало не менее десяти квадратных километров.

Когда наступил рассвет, стало ясно, что пираты полностью разгромлены. На морской отмели валялось шестьдесят брошенных прау, огромный пиратский флот превратился в обломки, прибой качал полузатопленные лодки. Вскоре были захвачены еще восемьдесят прау. Длина некоторых из них достигала 30 метров.

В ту ночь было убито и утонуло около восьмисот пиратов. Пленных было немного. И дело тут не в милосердии, которого не знали охотники за черепами. Падая в воду, пираты не расставались со своими саблями и щитами и ожесточенно отражали любые попытки вытащить их. Этим объяснялись многочисленные раны, полученные воинами раджи.

Если бы победители удовлетворились достигнутым и вернулись домой, пираты, несомненно, быстро бы восстановили свои силы и взялись за старое. Но на этот раз раджа Джеймс Брук решил покончить с пиратством раз и навсегда. Двое суток он размещал пленников в джунглях и уничтожал захваченные прау, в которых он не нуждался.

2 августа флот раджи поднялся вверх по реке Саребас. Маленький пароход «Рани» в сопровождении боевых лодок шел впереди, за ним следовало несколько сотен туземных прау, команды которых так жаждали добычи, что их с трудом удерживали от грабежа. Пройдя милю или две, суда остановились, потому что реку перегораживали свежесрубленные деревья, связанные вместе веревками из коры ротанговой пальмы. Приходилось разрубать узлы и оттаскивать стволы прочь, чтобы суда могли пройти. Все местные жители, оказавшие сопротивление, были убиты, а хижины бежавших – сожжены. Во многих домах в изобилии имелись трофеи – человеческие головы, в большинстве своем добытые совсем недавно.

Продвижение вверх по реке вскоре превратилось в триумфальный парад. Местные управляющие и старейшины поселений выходили из джунглей, чтобы сдаться радже Бруку, и заверяли его в своих намерениях вести себя в будущем миролюбиво.

Многие сдавшиеся в плен пираты представляли собой прекрасные образцы даякских мужчин. У них были длинные черные волосы и множество медных колец в ушах, на руках и ногах. Они выглядели живой иллюстрацией бытовавшего на Борнео поверья, согласно которому следовало остерегаться даяка, носившего много колец, поскольку он, несомненно, являлся членом банды головорезов.

19 августа флот снова вернулся в устье реки и направился с визитом к даякам Кановита, в больших количествах скупавшим награбленное добро. Эти богатые скупщики краденого жили в двух огромных хижинах, стоявших на сорокафутовых сваях. В них проживало до полутора тысяч человек и хранилось множество различных товаров. В наказание за их деятельность у торговцев отобрали латунные пушки и медные кувшины. Все это впоследствии было продано раджой Бруком на общественных торгах в Сараваке, а вырученные деньги по его приказанию отдали тем, кто брал пленных живьем и не причинял им вреда. Так он надеялся подтолкнуть дикарей, особенно охотников за черепами, к более гуманным способам ведения войны.

24 августа победитель вернулся на Саравак. Благодаря Джеймсу Бруку север Борнео был полностью и навсегда освобожден от пиратов.

Саравак, освобожденный от пиратов

Пиратство у западного побережья Африки расцвело сравнительно поздно. После путешествия Васко да Гамы в 1498 году устойчивые торговые пути между Португалией и Востоком пролегали через мыс Доброй Надежды. Письменные упоминания о пиратских разбоях на этих маршрутах были весьма неопределенными вплоть до XVIII века, когда вышла в свет книга Джонсона «История пиратства», где описывалось, как морские разбойники промышляли в этих водах, спасаясь от преследования властей.