С согласия команды шлюпа, который носил название "Месть", Тич назначил на этот корабль капитаном свое­го человека -- некоего Ричарда. Вскоре после этого в Гондурасском заливе пиратами был захвачен барк "Авантюр". Сдавшуюся без боя команду Тич взял на борт своего корабля, а на захваченное судно направил своих людей, назначив капитаном штурмана Хэндса. Та­ким образом, у Тича была уже небольшая эскадра из трех кораблей. Он крейсировал в водах Вест-Индии и захватывал большое количество судов с богатой добы­чей. Награбленные товары пираты сбывали в Северной Каролине, население которой было заинтересовано в де­шевых товарах, а губернатор относился к пиратам более или менее благосклонно. Тич некоторое время орудовал в непосредственной близости от побережья, а затем от­важился на более наглый пиратский акт: вошел в порт Чарлстон и захватил стоявшие там восемь кораблей. Са­мым ценным трофеем был корабль с грузом хлопка, предназначенным для Лондона, и с большим числом бо­гатых пассажиров на борту, среди которых находился один из членов городского самоуправления Чарлстона Самуэль Роджер. Пираты захватили этот корабль еще до захода в порт. Тич назначил пассажирам выкуп. По­скольку у него на борту кончились медикаменты, он от­правил капитана Ричарда с тремя пиратами и одним из пленных на берег, чтобы они потребовали от городских властей, помимо выкупа за людей и корабли, еще и ме­дикаментов. Требование это было предъявлено в ульти­мативной форме. Тич пригрозил, если оно не будет вы­полнено, обезглавить пленных и послать губернатору их головы. Городской совет собрался на заседание. Было решено удовлетворить требование пирата. Тич отпустил пленных и вернул корабли. Предварительно он приказал перегрузить на свой корабль дорогостоящие товары и ценности. Одного только золота и серебра было захваче­но на сумму 1500 фунтов стерлингов. После этой успеш­ной операции Тич решил, взяв с собой горстку наиболее верных ему людей, бросить команду, предварительно обманув ее при разделе добычи. Возле острова Топсейл он посадил свой корабль на грунт, якобы для ремонта, и приказал вытащить на берег два других. Затем в сопро­вождении 40 человек он под каким-то предлогом удрал на баркасе.

С небольшой группой своих людей Тич прибыл к гу­бернатору Северной Каролины и принял королевскую амнистию. В действительности же Черная Борода и не думал порывать со своим пиратским ремеслом. Он дого­ворился с губернатором Северной Каролины Чарлзом Иденом о том, что ранее захваченный пиратом испан­ский корабль будет предоставлен ему на правах закон­ного приза. На этом корабле Тич вновь вышел в море в июне 1718 года и стал крейсировать возле Бермудских островов. Черная Борода чувствовал себя в Северной Ка­ролине в полной безопасности. Губернатор Северной Ка­ролины покрывал все деяния своего друга, и потому по­страдавшие судовладельцы, купцы и плантаторы обрати­лись с требованием поймать или изгнать пирата и его сообщников к губернатору Виргинии. Созванный этим губернатором совет принял прокламацию, которая долж­на была воодушевить всех на поимку и уничтожение пи­ратов. В прокламации, подписанной губернатором А. Спотсвудом, содержалась также фраза о том, что "ис­коренение пиратов, являющихся врагами всего человече­ства,-- справедливое и славное дело". Губернатор потре­бовал помощи у английской военно-морской базы на реке Джеймс. Старшему лейтенанту стоявшего там военного корабля "Жемчужина" Роберту Майнарду были выде­лены два шлюпа и дан приказ изловить Черную Бороду.

Капитан Джонсон описывает последний акт из жизни Черной Бороды: "17 ноября 1718 года Майнард вышел из Риквайетана на реке Джеймс и вечером 21-го обнаружил пиратов, стоявших на якоре в бухте Окракоке. Майнард задерживал все встречавшиеся ему или обгонявшие его корабли, чтобы Черная Борода не смог преждевременно узнать о его приближении. Однако Тич был уже предупрежден своим другом Иденом. Секретарь губернатора Книгге письменно известил Тича о планируемой операции. Однако, как видно, Тич не считал положение особенно серьезным. У него на борту оставалось всего 25 человек. Он приказал им подготовить корабль к бою, как только покажутся оба шлюпа. Сам же он отправился на берег для участия в попойке. Мелководья и сложный фарватер помешали Майнарду подойти к пиратскому ко­раблю под прикрытием ночи, и он стал на якорь. Ранним утром 22 ноября оба шлюпа, следуя за шлюпкой, с кото­рой все время измеряли глубину, приблизились к кораб­лю пиратов на расстояние пушечного выстрела. Тич, ко­торый уже находился на борту со всей командой, прика­зал поднять якорь, чтобы иметь лучшую возможность для маневра, и открыл огонь. Первый бортовой залп пирата попал в малый шлюп, его капитан и несколько членов команды были смертельно ранены. Затем Тич направил­ся к большому шлюпу, на котором находился старший лейтенант Майнард. При этом пиратский корабль сел на мель. Выбросив балласт и вылив из бочек воду, Тич ско­ро вновь обрел плавучесть. Меткий ружейный и писто­летный огонь пиратов лишил Майнарда 20 человек уби­тых и раненых. Оба корабля, стоявшие близко друг к другу, относило к берегу. Первым коснулось дна пират­ское судно. Затем корабли соприкоснулись бортами. Пи­раты стали бросать на палубу шлюпа недавно изобретен­ные ручные гранаты, начиненные порохом, кусочками свинца и железа, а также наполненные горючим веще­ством бутылки с прикрепленным к ним горящим шнуром. В дыму последней взорвавшейся бутылки Тич и четыр­надцать его людей ворвались на борт корабля противни­ка. Разгорелась ожесточенная схватка. Майнард и Тич выстрелили один в другого из пистолетов, Тич был ра­нен. Затем они стали драться на саблях. Когда у Майнарда сломалась сабля и Тич приготовился нанести ему смертельный удар, один из моряков Майнарда тяжело ранил пирата в шею. Однако Черная Борода продолжал драться. Он свалился лишь после меткого пистолетного выстрела Майнарда, сразившего его насмерть. На теле пирата насчитали 25 ран, пять из которых были огнестрельными. Майнард приказал отрубить Тичу голову и повесить на рее".

Остальные пираты сдались, когда погиб их капитан. Из 15 пленных 13 были повешены. Самуэль Одель был помилован, так как его насильно зачислили в пиратскую команду лишь накануне сражения. Вторым членом преступной шайки, избежавшим веревки, был некий Израэль Хэндс. Он повредил колено и ночью перед боем был от­правлен на берег. Его также приговорили к смерти, од­нако казнь пришлось отменить: в то время, когда Хэндса содержали под стражей, король продлил срок действия амнистии. Хэндс был выпущен из тюрьмы и отправлен в Англию. Он вел в Лондоне нищенское существование, Однако Хэндс попал в историю -- в качестве персона­жа знаменитого романа английского писателя Роберта Луиса Стивенсона "Остров сокровищ".

 Необычной фигурой в пиратском мире был, без сом­нения, майор Стеде Боннет, который некоторое время был сообщником пирата Тича. Почти год продолжалось это странное партнерство, прежде чем Боннет, после эпи­зода у острова Топсейл, вновь смог вернуться на борт корабля, которым когда-то командовал.

Боннет, происхождение которого так и осталось неиз­вестным, принимал участие в войнах между Францией и Англией и дослужился до чина майора. Уйдя из армии, он отправился в Вест-Индию, намереваясь поселиться на острове Барбадос и стать плантатором. Он был богат, образован и имел на острове хорошую репутацию. При­чины, по которым Боннет покинул свои плантации и стал пиратом (по-видимому, в 1717 году), нам неизвестны. Некоторые современники характеризуют его как воль­нодумца, другие считают, что он был душевнобольным, а третьи утверждают, что он стал пиратом из-за скан­дального характера своей жены. Ясно одно: он не имел ни малейшего понятия ни о море, ни о пиратском про­мысле. Шлюп, имевший десять пушек и 70 человек команды, он оборудовал на собственные деньги и назвал его "Месть". Это название не проливает никакого света на мотивы действий Боннета, так как называть корабль "Месть" или "Месть за кого-то или за что-то" считалось у пиратов хорошим тоном. Поначалу занятие пиратством принесло бывшему майору успех. В североамериканских водах у побережья Виргинии он захватил семь кораблей. В отличие от других пиратов он брал с захваченных ко­раблей только отдельные, нужные ему товары, не трогал команду и пассажиров и обычно отпускал свои жертвы, давая им возможность продолжать плавание. Правда, вскоре у Боннета испортились отношения с командой. Он не соблюдал пиратских обычаев и традиций и считал, что их можно заменить муштрой. Так как Боннет был абсо­лютным невеждой в области навигации и судовождения, он был вынужден прибегать к помощи других, и это вы­зывало на борту его корабля большие волнения. Очевид­но, в этом и состояла причина, по которой Боннет вре­менно отказался от командования кораблем и стал наб­людателем при Тиче.