Французские губернаторы острова покрывали дея­тельность флибустьеров и от имени французского короля выдавали им каперские свидетельства. В тот короткий промежуток времени, когда Франция находилась в со­стоянии войны с Испанией, флибустьеры получали капер­ские грамоты от Англии или Голландии. Если же и это по каким-то причинам было невозможно, то флибустье­ры вели собственную войну против кровного врага -- Ис­пании. Когда испанский посланник в Париже жаловался на разбойничьи действия флибустьеров, французское правительство заявляло, что эти последние не являются французскими подданными и его католическое величест­во в случае поимки этих людей может поступать с ними, как сочтет возможным.

В книге Эксквемелина дается описание внутренней организации флибустьеров, основанной на сочетании же­сткой дисциплины и демократических начал. Когда пред­водитель планировал проведение новой экспедиции, он набирал команду из флибустьеров, буканьеров и даже индейцев. Участники экспедиции заключали договор, скреплявшийся клятвой, в котором оговаривались пра­вила распределения добычи, размер возмещения за по­лученные увечья и другие условия. Каждое условие со­гласовывалось в отдельности. При разделе добычи было принято выделять определенные суммы в пользу военно­го лекаря и корабельного плотника. Кроме того, принималось решение о вознаграждении за особые заслуги, на­пример, тому, кто первый окажется на вражеском кораб­ле и вывесит пиратский флаг, кто захватит пленного, за которого будет уплачен богатый выкуп. Тяжелораненые получали: при потере правой руки или ноги 600 реалов или 6 рабов, при потере левой руки 500 реалов или 5 ра­бов. Потерявший левую ногу получал 400 реалов или че­тырех рабов. Компенсация за потерю глаза составляла 100 реалов. Определялись договором суммы, отчисляе­мые на приобретение оснастки и провианта. Питались все одинаково, невзирая на ранги.

Добыча распределялась между пиратами по строгим правилам. Капитан обычно получал пять долей за ко­рабль и три -- за свои личные заслуги, штурман -- две доли, все остальные члены экипажа, если для них не были определены твердые суммы, как для врача или плотника,-- по одной доле, юнги -- по половине доли.

Перед выходом в море флибустьеры давали клятву не утаивать и не присваивать ни одной, даже самой нич­тожной вещи из захваченной ими добычи. Нарушившего клятву исключали из товарищества, выдавали ему ружье, порох, флягу питьевой воды и высаживали на необитае­мом острове или пустынном побережье, бросив на произ­вол судьбы. Это правило распространялось и на капита­на, несмотря на то что при командовании кораблем и в бою он имел неограниченную власть. При распределении добычи важная роль отводилась штурману. Он опреде­лял на борту захваченного корабля, что следует взять как добычу, а что оставить. При этом главным образом за­бирали золото, серебро, жемчуг, предметы роскоши.

С течением времени флибустьеры расселились по ост­ровам Антильской группы, образовав небольшие сообще­ства, которые были многонациональными по составу: в одних преобладали французы, в других -- англичане или голландцы. Эти сообщества флибустьеров позднее были использованы европейскими державами как форпосты колониальных завоеваний. Флибустьеры выступали как каперы или экспедиционные отряды под флагом той или иной страны вместе с регулярными вооруженными си­лами.

В 1625 году французы поселились на острове Св. Хри­стофора. Оттуда они завоевали часть Санто-Доминго, а также Мартинику и Гваделупу. Голландцы в 1634 году высадились на Тобаго и Кюрасао, англичане в 1655 го­ду -- на Ямайке и Барбадосе. Постепенно испанцы были вынуждены покинуть Антильские острова. И наконец в их руках остались лишь Куба и наиболее бедная поло­вина Эспаньолы. Со своих баз на Антильских островах флибустьеры, в качестве каперов какого-нибудь государ­ства или по собственной инициативе, могли в любое время нарушить связь Испании с ее американскими ко­лониями. Однако они не ограничивались нападениями на испанские корабли и совершали налеты также и на порты Американского континента, откуда выходили эти суда. Тактика была всегда одна и та же: флибустьеры появлялись внезапно и обстреливали порт, затем коман­да высаживалась и начинался штурм города. В нем при­нимали участие все пираты до единого. Основными объ­ектами грабежа являлись церкви и дома богатых горо­жан. Богачей подвергали пыткам, пока они не указыва­ли, где были спрятаны их ценности. Затем город поджи­гали, и флибустьеры исчезали так же внезапно, как и появлялись.

Некоторые из предводителей флибустьеров в резуль­тате своих отчаянных и успешных операций на море по­лучили особую известность.

 Что безусловно объединяло всех флибустьеров, неза­висимо, от того, были это французы, англичане, голланд­цы или индейцы, так это ненависть к Испании и всему испанскому. Испанцы почти целиком искоренили индей­ское население. С небывалой жестокостью хозяйничали они в Нидерландах. Они считали себя, с благословения папы, единственными хозяевами целой части света, об­ладающей неизмеримыми богатствами. Поэтому флибу­стьеры были убеждены в необходимости борьбы с испан­цами, так же как и в том, что отбирать у них золото и серебро -- справедливо. Руководствуясь такими мораль­ными соображениями, действовал, например, Даниель Монбар, прозванный "истребителем". В годы учения в школе на юге Франции он познакомился с работами епи­скопа Лас Касаса, защитника индейцев, а позднее при­был на Тортугу, чтобы мстить испанским убийцам за смерть многих тысяч аборигенов Америки. Его не прель­щали ни сладость добычи, ни свободная жизнь на мор". Им руководила только жажда мести. Так писал о нем Эксквемелии. Нападая на испанские корабли и поселе­ния, он не щадил ни одного испанца. Каким был его соб­ственный конец, остается неизвестным.

Другим капитаном флибустьеров, добившимся боль­ших успехов в борьбе с Испанией, был Бартоломео Пор­тугалец. В начале своей карьеры пирата он однажды, имея небольшой четырехпушечный барк, захватил у бе­регов Кубы крупный испанский парусник. На обратном пути к Ямайке он вместе со своим трофеем был захвачен тремя испанскими военными кораблями. Испанцы до­ставили Бартоломео в Кампече, на мексиканское побе­режье, и организовали против него и его товарищей су­дебный процесс. Флибустьеров приговорили к смертной казни через повешение. Однако Бартоломео удалось бе­жать, и после двухнедельных скитаний он добрался до моря, где, благодаря помощи других пиратов, получил каноэ, вооружил группу из 20 человек и направился об­ратно в Кампече. Внезапным нападением он отбил за­хваченное судно и ушел на Ямайку.

Рок Бразилец, голландский флибустьер, стал извес­тен благодаря следующему эпизоду. Потерпев корабле­крушение, Рок с 30 членами экипажа вынужден был на берегу защищаться от 100 испанских всадников. Флибу­стьеры убили 30 испанцев, остальных обратили в бегство. На лошадях убитых всадников они прискакали в ближайший порт, захватили испанский корабль и ушли в море.

Следующую историю, относящуюся к начальному периоду эпохи флибустьеров, рассказывает Эксквемелин:

"На Тортуге одним из первых пиратов был Пьер Большой родом из Дьеппа. В 1662 году на маленькой барке с отрядом всего лишь двадцать восемь человек он захватил вице-адмирала испанского флота. Это событие произошло у западного побережья острова Эспаньолы, близ мыса Тибурон (в те времена испанцы ходили Багамским каналом и мимо острова Кайкос). Пьер Боль­шой высадил испанцев на берег, а корабль отправил во Францию".

Вот как описывает это Эксквемелин со слов очевид­ца: "...Сей пират бороздил воды моря уже довольно долго, но добычи у него не было. На корабле кончался про­виант, обшивка была довольно ветхая, и в любое время судно могло дать течь. И вдруг пираты заметили корабль, отбившийся от большой флотилии. Пьер сразу же приказал поставить паруса и направился за ним следом, не выпуская его из виду... Когда они приблизились, уже смеркалось, и их никто не заметил. Вооруженные толь­ко пистолетами и палашами, они взяли корабль на абор­даж. Не встретив сопротивления, пираты добрались до каюты, где капитан играл в карты со своими подчинен­ными, и мигом приставили ему к груди пистолет. Капитан был вынужден сдать корабль, а тем временем остальные пираты бросились туда, где хранилось оружие, и момен­тально его расхватали... Пираты захватили все имуще­ство матросов, командир присвоил себе корабль, выса­дил испанцев на берег, а сам отправился во Францию..."