Я с удовольствием оглядела проделанную работу. Спину уже нещадно ломило, по лбу стекал пот. Но я гордилась собой. Признаюсь честно, ощущение от того, что сделала дом чище и уютнее для меня перевешивало всю усталость. И только придавало больше энергии.

А энергия мне была нужна. Пора было переходить к чистке камина. В конце концов кристалла Урсулы хватало только заварить чаю или яйца поджарить. А этим сыт не будешь. Мне предстояло кормить целую ораву народа.

Начать я решила с камина на кухне. Сейчас лето. Готовка важнее обогрева. Да и домик Рейны небольшой, даже если станет прохладнее, с одним камином не замерзнем.

Я успела только подготовиться: принести ведро с водой, собрать метелок и щеток, когда Урсула вернулась на кухоньку.

— Вы что это, леди, собираетесь камин чистить? — всплеснула она руками. — Вы же не умеете. Только запачкаетесь вся. Вы их чистили когда-нибудь? Нет? Ну и куда лезете со своими метелками?

— Урсула, — попыталась прервать поток реплик я.

— Надоть трубочиста пригласить, — Урсула попыталась отнять у меня метелку. — Да и стоят они недорого, — не сдавалась она.

— Урсула, — я отобрала метелку у служанки. — У нас не так много средств, чтобы разбазаривать их направо и налево.

Нет, в кошель я еще не заглядывала. Но зная жадность Якоба, могу предположить, что Рейне досталось не так много денег после расставания. А камин здесь топили дровами, а не углем. Значит, можно смахнуть сажу простой метелкой, а не лезть в трубу и очищать скребком.

Это я помнила из университетского курса истории. У нас был очень увлеченный своим делом преподаватель. И сейчас я его мысленно благодарила.

Потому что на сэкономленные деньги, я лучше лишний мешок муки на зиму куплю, чем дети будут впроголодь жить, из-за того, что я решила лениться.

Холодные здесь зимы или нет, я еще не знала. Но, если судить по наличию каминов — должны быть не жаркие.

Урсулу я отправила за листиками и травами против насекомых. А сама принялась за чистку золы.

Через час упорного труда, я, вся перепачканная золой, потирала руки от удовольствия. Камин стал опрятным и готовым к растопке.

Оставалось нарубить дров. Поленья я видела на заднем дворе, под навесной крышей. Не скажу, чтобы много, но на неделю-другую хватит. А там уже найду у кого купить.

Но сейчас их нужно было нарубить, чтобы растопить камин на кухне. Ужин приготовить. А для этого найти топор.

Когда вернулась Урсула, я обыскала весь дом, но искомого предмета так и нашла.

— Так нету его, — пожала плечами служанка.

С собой она притащила целую корзинку благоухающей листвы.

Я вздохнула. Похоже, пришло время идти знакомиться с соседями. Попрошу одолжить топор. А уже разобравшись с финансами, куплю собственный в городе. Заодно выясню, кто тут лучший поставщик дров.

И как Рейна только собиралась в изгнание? Нет, я понимаю, девушка из богатой семьи. Знать не знает, как живут простые люди.

Хорошо, топор — не то, о чем она подумает в первую очередь. Пусть не во вторую. Но как она собиралась топить камин и греться? А готовить? Тут даже зимы ждать не надо. Или по ее мнению, все по волшебству появляется?

Фуф, зла не хватает.

Рейна

— Я не… — Рейна впала в ступор.

Развод.

— Куда мне идти? — непонимающе добавила она. — Я родилась в этом доме. Я здесь выросла. Мой отец…

Ее отец был богатым торговцем. Много путешествовал. В детстве Рейна видела его редко. Но недавно, когда девушке исполнилось девятнадцать, он захворал и осел дома. Мать Рейны умерла через год после родов, от холеры. Отец растил девушку один и даже издали заботился о дочери, как о сокровище.

И когда Рейна влюбилась, отец без раздумий позволил девушке выйти замуж за избранника.

“Пусть он и из обедневшей семьи, — повторял отец. — Но ведь аристократ. Так мы тоже аристократами станем”, — улыбался он.

Рейна знала, что титул его не волнует. И он предпочел бы выдать единственную дочь замуж за человека с деньгами, а не громким именем. Но видя влюбленные глаза дочери, шел на поводу у своего сокровища.

— Ко всему, у него дядя сам лорд Демиан Даргарро, — добавлял отец.

А вот это было действительно важно для него. Перед этим человеком он трепетал. И не только он. Все, кого Рейна знала.

Лорд Даргарро — советник самого императора. Один из шести самых приближенных правителю драконов.

Но лорд Даргарро с Якобом, хоть тот и был его племянником, почти не общался. И почему, Рейна знала, но не понимала. Точнее, считала, что знает. И не понимала. Ведь они были родной кровью.

И все же она видела его. Дважды. Первый раз на своей свадьбе.

У нее тогда сердце в пятки ушло при одном взгляде на мужчину. Высокий, властный, могущественный.

А второй раз — сегодня утром.

Якоб был совсем на него непохож. И Рейна полюбила его именно такого. За нежные слова, мягкий, уступчивый характер. За любовь, которую он ей дарил.

А теперь так жестоко отнял.

— Проваливай, — процедил Якоб.

В доме раздался детский смех. Двойняшки еще не знали, что сегодня произошло. Рейна позавидовала их безмятежному счастью.

— И этих бастардов с собой забери, — холодно бросил Якоб.

Рейна вздрогнула. Она опекала двоюродных брата и сестру почти с рождения — тетка умерла десять лет назад. А дети только-только начали приходить в себя. Они тогда потеряли дом, семью.

И теперь тринадцатилетки были вынуждены пройти через это снова.

Хотя отца они и не знали, ее муж не лукавил. Тетка родила их от какого-то лорда, вне брака. Но имя так никому и не рассказала.

— Ты выгоняешь меня с двумя детьми на улицу? — ошарашенно переспросила Рейна.

— Почему на улицу? — хмыкнул бывший муж. — У твоей тетки был дом. Туда и проваливайте.

Дом — одно название. Крошечный домишко, оставшийся с тех времен, когда отец Рейны еще не разбогател. Сам он вырос именно там, но Рейна там ни разу не была.

Тетка продолжала жить в этом домишке из-за ссоры с братом. Тот злился, что сестрица крутит шашни, как он сам выражался, с каким-то лордом. Вне брака. Позорит себя и всю семью.

Помирились брат с сестрой, только когда тетка забеременела, а лорд ее бросил. Отец Рейны пожалел сестру, начал помогать. Но та слегла от тоски.

Дом тетка так и не бросила. Отказалась переезжать. А вот дети были вынуждены покинуть его еще крохами. Сначала их опекуном стал отец. А после его смерти — Рейна с мужем.

А теперь муж выгонял ее, предавая доверие жены и детей. К тому же…

— Тот дом десять лет стоит без ухода и присмотра! — вдруг поняла Рейна. — Там не живет никто. Его, может, уже и на месте нет.

— Да наплевать, — скривился Якоб. — Главное, формально, по бумагам, он на месте.

— А значит, ты имеешь право выгнать меня туда, — поняла Рейна.

Ответа ее муж не удостоил.

— Собирай вещи, — буркнул он. — У тебя есть час.

Рейна сглотнула. Что с собой взять в изгнанье, она не представляла.

Рейна ходила по комнатам второго этажа, словно не в себе. Брала в руки одну вещь, другую — и откладывала назад. Мысли то и дело возвращались к бывшему мужу и Аните. Они все еще в его покоях? Он целует ее лучшую подругу? Сейчас? Когда она вынуждена собирать вещи? Когда он прогнал ее?

Девушка закрыла лицо руками. Затем глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться.

Что ей может понадобиться в доме тетки? В изгнании.

Рейна убрала руки и окинула взглядом шкаф с одеждой.

Что вообще берут брошенные жены, когда их прогоняют из дома? Заменив на любовницу. Лучшую подругу.

Платье из шелка? Рейна пропустила гладкую, холодную ткань сквозь пальцы.

Наверное, нет. Шелк — нежный и хрупкий. Он быстро испортится, если носить его в заброшенном доме.

Там наверняка потребуется уборка.