— Так это портовый город, — восхитилась я.

А жизнь-то налаживалась. У меня был собственный дом с садом, река неподалеку, откуда можно наловить рыбы. Лес, где можно собрать ягод и съедобных грибов. А может, даже, поохотиться.

И целый морской порт!

Торговые города пусть и небольшие — это всегда отличные возможности для торговли.

А где есть торговля и заинтересованные покупатели, там и простор для развития.

Так что весь путь от дома до реки и обратно я размышляла, что я смогу продавать.

Для начала стоило выяснить, что местным жителям не хватает. Что им может пригодиться, но еще здесь не продается?

Когда я набрала достаточно воды для уборки, в моей голове уже сформировался план:

Пункт первый — привести дом в порядок.

Пункт второй — сходить в город, прогуляться по местным рынкам и магазинчикам.

Пункт третий — купить самое необходимое для жизни.

Пункт четвертый — выяснить, чем я смогу торговать, чтобы заработать денег.

Нет, идеи у меня уже, конечно, были. Особенно вдохновлял собственный грушевый сад. Я могу делать на продажу конфитюр по пробакиным рецептам.

И мои друзья, и подписчики блога обожали эту сладость.

Но, пока не знаю, понравится ли он местным жителям. Или быть, может, они сами делают уже что-то поинтереснее.

И все же я не собиралась унывать. Не понравится конфитюр, найду что-то еще. Я знаю много отличных рецептов. Я всегда найду, чем удивить.

В свой скромный домик я вернулась в приподнятом настроении. И сразу же взялась за уборку.

Да, тело устало от непривычной нагрузки. Хотелось уютно устроиться в кресле. И немного вздремнуть. Хотя бы просто полежать. Отдохнуть.

Но работы предстояло много и времени на отдых у меня не было. К тому же без дела я сразу начинала скучать.

Кроме полов и, казалось, вековых слоев пыли повсюду, нужно было очистить камин, перестелить кровати, помыть посуду.

И это на первый взгляд!

Без всего этого, я не могла ни воды вскипятить, ни обед приготовить. Ни даже лечь отдохнуть вечером — жуткое насекомое с кучей мелких лапок, ползающее по матрасу в спальне — мне не давало покоя. Я хоть и изучала насекомых в рамках общего курса энтомологии, но что в кровати ползает такое — понятия не имела. Кусается ли оно? Ядовитое ли?

Не смогу спать, пока не перетряхну все.

Нещадно хотелось пить. Но воду из реки без кипячения я пить опасалось. Дитя цивилизации, что поделать. Я слишком хорошо знала, что там может водиться. Да, один глоток меня не убьет, но если активно пить такую воду, можно и заболеть.

Болеть мне ну никак не хотелось.

И тут я замерла. Урсула же как-то заварила мяту. Что она делала, я не видела, но камином не пользовалась точно. Он так и стоял холодный и полный золы.

Я позвала служанку. Но так как сквозь землю провалилась. Быть, может, пошла в сад. Или еще куда.

Я сделала мысленную пометку спросить у нее, а сама вернулась к уборке. Смахнула пыль, подмела полы в комнатах и на террасе. Заглянула с метлой и тряпкой на второй этаж, не оставила без внимания и кухню с кладовой.

Отметила про себя, что предстоит перемыть гору посуды. Сняла занавески, чтобы перетряхнуть и вывесить во дворе.

К этому моменту Урсула как раз вернулась. С собой служанка принесла стебельки и листики незнакомых растений.

— Это в воду добавить надобно, чтобы пахло в доме после уборки приятно, — пояснила она.

Я растерла один из листиков пальцами и почувствовала приятный аромат, напоминающий лимон.

— Отлично! — похвалила я. И пока служанка удивленно оглядывала меня, не привыкшая, похожа, к благодарности хозяев, я спросила, — а есть что-то насекомых отпугивать? Я там в постелях видела… бррр, — выразила свое негодование я. Как могла.

Урсула кивнула.

— Да, вот это подойдет, леди, — и указала мне на листочки посветлее.

— Отлично! — обрадовалась я. — Так, теперь самое главное. Как ты заваривала мяту? — я заинтересованно уставилась на Урсулу.

Та некоторое время оценивающе меня разглядывала.

— Что-то вы совсем на себя не похожи, леди, — пробормотала она.

Упс. Конечно не похожа, я же не Рейна. Стоит быть осторожнее. Кто знает, как тут относятся к перемещении между мирами.

— Идемте покажу, леди, — наконец кивнула Урсула.

Я выдохнула. Двинулась следом за служанкой. И та привела меня на кухню. Где полы я перемыла первым делом.

Здесь было совсем небольшое окно, зато стоял огромный камин. Он был чуть ли не в каждой комнате.

Присутствовали и длинные столы, над которыми подвешены были лопаточки, длинные двузубые вилки для мяса, огромные ложки для помешивания пищи. По углам — котлы, горшки. Все покрыто слоем пыли и сора. Все предстоит отмыть и отчистить.

Стены увешаны полками с деревянной и глиняной посудой и сковородками с кастрюлями. Под потолком крюки для мяса, колбас и вяленых окороков.

Дом раньше был зажиточным.

Из кухни можно были выйти в кладовую. Еще одна дверь вела на задний двор. Через нее, думаю, ходили слуги — на рынок или в магазинчики. А может, и приезжали поставщики продуктов, если требовалось много пищи. Во время приема гостей.

Сейчас кладовая пустовала. От уборки я сильно не отвлекалась, а теперь оглядела внимательно и заметила лишь полмешка с крупой. Заглянула внутрь, но пшеница покрылась плесенью.

— Смотрите, — позвала меня Урсула.

Я вернулась к служанке. Та как раз поставила на стол необычную конструкцию. Чем-то она напоминала туристическую горелку. Только под металлической поверхностью лежал кристалл. А на самой поверхности была выведена незнакомая руна. Скорее, даже, выдавлена в металле.

Я заинтересованно разглядывала как служанка включала устройство.

Урсула деловито провела пальцами по руне. Без какого-либо благоговения. И глянула на меня.

— Готово, — буркнула она.

Поставила глиняный чайничек. А я с удивлением наблюдала, как кристалл начал светиться. Сначала медленно, будто просыпаясь. А затем, ярче и ярче.

— У меня не самое лучшее, — уныло заметила Урсула, — но чашку-другую горячего взвара хватит, — отрезала она уже жестче. — Придется вам, леди, теперь нищенкой жить.

— Урсула, — я строго посмотрела на служанку. — У нас есть крыша над головой и еда. Никто не болеет, все здоровы. Да еще и куча возможностей для развития, — я улыбнулась. И добавила, — Это отличная жизнь!

— Это да, — хмыкнула Урсула. — Заодно и козла этого, бывшего вашего, нет здесь. Все мозги мне извел. То ему не так, это не этак. Стираю никудышно, готовлю ужасно, за детьми углядеть не могу, — она покачала головой. — И как вас замуж-то выйти угораздило?

— Кто бы знал, — буркнула я.

Если все так, как она рассказывает, то, похоже, Якоб скрывал от Рейны настоящего себя. А на слугах спускал пар. Всегда нужно приглядываться не только как человек себя с тобой ведет. Но и как к людям ниже статусом относится. Смотрит ли сверху вниз на обслуживающий персонал. Грубит ли тем, кто не может ответить. Унижает или оскорбляет.

— У вас, леди Рейна, одно оправдание — юность и неискушенность, — продолжала Урсула. — А вот отец ваш не углядел. Чем смотрел, спрашивается, когда дочь замуж, за такого мужчину выдал? Эх.

А ведь правда! Похоже, отец шел на поводу у любимой дочери. И, похоже, закрыл глаза на недостатки Якоба. Надеялся, что тот одумается и станет беречь Рейну. Поверил в то, во что так хотелось поверить. И это талантливый торговец! Что только ни делает с людьми любовь.

Я покачала головой.

Пока Урсула бухтела, да пила мятный взвар, я отправилась подметать и мыть полы дальше.

Грязищи в доме было немеряно. Оно и понятно, с десять лет не убирали.

Через час трудов, воздух в комнатах посвежел. Исчезла затхлость, застоенность. Зато появился приятный аромат лимона.

А еще выяснилось, что полы здесь не блеклые, и грязно-темно-серые, а приятного, орехового оттенка.