Но все это было мне совершенно неинтересно. Кофейня процветала. Ко мне заглядывали вереницы гостей, расхваливая кофе направо и налево. Пару раз, среди новостей из столицы, я даже встречала анонсы кофеен, только открывшихся на столичных улочках.

Но ни в одной из них не варили кофе как у меня. С белой пенкой сливок и молока, сахаром и приправами.

Посетителей становилось все больше и больше. Я начала подавать в кофейне пироги навынос вместе с глиняными чашечками кофе.

Пироги и конфитюр катастрофически быстро заканчивались.

Я уже сварила для посетителей конфитюр из яблок, которые купила у соседей и агавы, которую нашла на рынке в Ярдене. Пока что фаворитом оставался земляничный конфитюр.

Через неделю я даже решилась взять помощницу, чтобы дать себе отдых и вернуться на выходные в пригород Ярдена.

Ну как выходные. Подоспели груши и я собиралась сделать новую партию конфитюра. Да и агар-агар получился загляденье. Пластинки высохли на солнце, я перемолола их в крошку. А когда добавила к земляничному конфитюру, у меня он загустел в идеальный джем!

Так что в пригород я вернулась собираясь сделать настоящий грушевый конфитюр, который без агар-агара точно бы не получился.

Сегодня я закончила работу в саду, когда уже стемнело. Глянула на желтенькие, теплые окошки дома и поняла, что счастлива здесь.

Отнесла в плетеной корзине груши в дом. Накинула на озябшие плечи теплый плед. Вдохнула аромат овечьей шерсти.

И принялась за любимое занятие — готовить.

На втором этаже раздался детский смех. Я улыбнулась и вернулась к раскатке теста.

Сегодня был грушевый пирог к чаю. Дети его обожали.

Дубовые дрова уютно потрескивали в камине. Ничего, совершенно ничего этим вечером не предвещало беды.

У стены лежала горка дровишек из ольхи. Я любовно глянула на них. Эти я использовала реже.

Ольха шикарно чистила дымовую трубу от сажи, но у нас почти не росла. Так что взять неоткуда. Разве что торговцы привезут на ярмарку в пригород. Да и то по моему личному заказу.

Зато дуб давал замечательный, лесной аромат. Теперь я обожаю растапливать им камин холодными вечерами. Когда на улице уже зябко, а в доме становится тепло и уютно.

Интересно, смогу ли я организовать такой же камин в своей кофейне? — задумалась я. Даже летом в этом мире холодные ночи. А что будет осенью? Моим гостям точно придется по вкусу растопленный дубовыми дровами камин. И чашечка кофе с корицей.

От мыслей меня оторвал неожиданный гость.

Раздался неприятный, требовательный стук в дверь.

Кого это бездной принесло? — растерялась я.

Вытерла обсыпанные мукой руки о чистый передник. Направилась к двери. Но дойти не успела.

Дверь распахнулась, впуская холодный вечерний воздух. Шум ветра. Первые капли дождя.

И моего, а точнее Рейны, бывшего мужа. Якоб!

— Что ты здесь делаешь? — попятилась я.

— Узнал о тебе интересные новости, дорогая жена, — ухмыльнулся в ответ мужчина и нагло шагнул в дом.

— Говорят, ты теперь успешная женщина, — Якоб оценивающе оглядел меня.

Я постаралась не выдать свои чувства. Страх, гордость и… раздражение. Якоб и конфликты с ним мне сейчас совершенно ни к чему. Вместе с законником мы пытались найти способ развестись с бывшим так, чтобы это не коснулось моего имущества. В идеале — забрать то, что по праву принадлежало Рейне.

Но, пока что не находили.

А теперь Якоб заявился сам.

Выглядел бывший еще хуже, чем когда я видела его в прошлый раз. Он, кажется, только сильнее обрюзг, располнел и вел явно нездоровый образ жизни.

Одежда на мужчине выглядела еще более потрепанной, чем в прошлый его визит. Грязные ботинки, потертые брюки, когда-то дорогой и роскошный, а сейчас потерявший лоск кожаный ремень. Манжеты рубашки темнели по краям, выдавая давно не стиранную ткань.

От бывшего неприятно пахло… выпивкой!

Я поморщилась от отвращения.

— Говорят, деньжата у тебя завелись, — ехидно потер руки Якоб. — Не зря я так и не отдал тебе документы на развод. Делись, Рейна. И я подумаю, не принять ли тебя обратно? Мы все еще можем быть вместе, — заюлил он. — Анита… ничего для меня не значила. Я все понял и осознал. Я так скучал без тебя, — воскликнул Якоб, раскинул руки и попытался обнять меня.

Я отшатнулась.

— Ты в бездну упал и головой ударился? — неласково поинтересовалась я.

На секунду Якоб растерялся. Да, от Рейны он ожидал страха или слез влюбленной. Чего-то такого. Но не твердого отпора, с которым столкнулся.

— Проваливай, Якоб, — процедила я.

Да, я все еще его жена. И так и не попросила защиты у Деймона. Но уверена, Якоб провалится в бездну прежде, чем сможет отобрать у меня хоть что-то.

— Мне по закону положено… — Якоб обвел взглядом домик моей тетки и неожиданно ухмыльнулся.

— А мне детей воспитывать, — отрезала я. — Знаешь, ты, как опекун, должен их обеспечивать, — я вдруг вспомнила и ринулась в бой. — Да и за меня ответственность несешь, Якоб. Так что…

— Они даже не твои дети, — раздраженно заметил мужчина. — Так, племянники. Нечего на них время тратить. Отдай в приют, если денег нет.

Я даже задохнулась от возмущения. Какой он все-таки подлый человек. Как Рейна вышла за него замуж?

Из воспоминаний девушки я выудила информацию о безумной влюбленности. Но как можно полюбить такого человека? Она же общалась с ним. Неужели не замечала, какой он гнилой?

Я с отвращением глянула на брачную цепочку на руке, которую все еще была вынуждена носить.

— Убирайся вон из моего дома, — процедила я, едва сдерживаясь.

Страшно хотелось отходить его скалкой для теста.

— И не подумаю, — зло рассмеялся он. — Пока я их опекун, и мы женаты, это и мой дом тоже, — подмигнул он. — А давай ты свалишь отсюда, а? Я думаю, — он оценивающе огляделся, — продать этот домишко. Раз ты не хочешь делиться. Мне, знаешь ли, понадобились деньжата.

— И где нам жить? — растерялась я от такой наглости.

— Слышал, у тебя есть обветшалая лавчонка в городе, — ехидно ухмыльнулся бывший муж. — Предлагаю там и поселиться, Рейна. Тебе, простолюдинке, там и место.

Тьфу. Какой же он… удод!

И что мне делать? Пять человек на втором этаже той лавки не поместится. Да и терять дом, за которым я с любовью ухаживала — это ни в какие ворота!

— Ни за что, — отрезала я.

И на всякий случай поудобнее перехватила скалку. — Ты меня из моего дома не выгонишь.

— Один раз уже выгнал, — зло расхохотался бывший муж.

Дверь в дом снова открылась, и в этот раз я увидела двух высоких и плечистых парней. Первая мысль, которая проскользнула в моей голове: ну просто проходной двор какой-то.

А затем я почувствовала облегчение. Парни — та самая стража дома Даргарро, которую поставил Деймон.

Специально на такой случай. Я и думать про них забыла. Настолько они примелькались.

Стражи встали по обе стороны от Якоба. Пока они ничего не делали, но выглядели достаточно угрожающе, чтобы бывший муж занервничал.

За окном промелькнула тень, накрывая дом. На мгновение стало темно, будто глубокой ночью. Послышались крики.

Я дернулась, чтобы посмотреть, что там, но Якоб меня отвлек. Парни придвинулись к нему поближе, угрожающе положив ладони на рукояти кинжалов. Лоб бывшего мужа покрылся бисеринками пота, пальцы задрожали.

— Они меня не остановят, — процедил он, злясь на собственную трусость. — Я часть дома Даргарро, и эти прихвостни Деймона меня не тронут. Не посмеете… — рыкнул он на стражей.

Те и ухом не повели. Так же внимательно и спокойно наблюдали за Якобом.

А через мгновение… снова открылась дверь.

— Часть дома Даргарро? А это мы еще посмотрим, — раздался низкий мужской голос.

На пороге появился… Деймон!

Дверь он открыл бесшумно и появился весьма вовремя.

Как только добрался так быстро? Его будто предупредили, что здесь происходит.